Три составляющие

Что касается вектора развития ОСК, то Роман Троценко не сомневается: «Основная задача корпорации на ближайшее время – увеличение доли гражданского судостроения в нашем пакете заказов».

«За последние два года нам удалось прийти к ситуации, при которой в этом году наш портфель заказов – а он чуть меньше 200 миллиардов рублей – разделен на три примерно равные части, – пояснил Троценко. – Первая часть – продукция гражданского назначения, примерно треть – продукция военно-технического назначения (экспортная), третья – государственный оборонный заказ Министерства обороны и других силовых ведомств. Это уже позволило нам прийти к ситуации достаточно устойчивого развития, поскольку, например, какое-то уменьшение активности военно-технического сотрудничества либо сокращение спроса в каком-то определенном секторе мы можем компенсировать за счет развития другого сектора».

По мнению президента ОСК, «главное, что у нас есть, – постоянное, уверенное увеличение доли гражданского судостроения в портфеле заказов корпорации». Он обратился к фактам из недавнего прошлого: «Надо сказать, что соотношение гражданского судостроения и военного кораблестроения всегда было большой проблемой. И в свое время существовала даже такая шутка, что в Советском Союзе нет судостроения, есть только военное кораблестроение. Доля гражданского судостроения начала сокращаться с 1974 года. Постепенно она уменьшалась, и в конце концов к 90-м годам Советский Союз пришел к тому, что отрасль на 92 процента была загружена военным заказом».

«Мы видим, что за последние 20 лет в мире произошла серьезная технологическая революция в судостроении. Она связана с появлением нескольких технологий – 3D проектирования, использования крупных блоков водоизмещением три-четыре тысячи тонн, для чего потребовалось применение сверхтяжелых кранов, – констатировал Троценко. – Все это привело к тому, что сегодня судостроение выглядит иначе по сравнению, скажем, с 1990 годом. Но все эти изменения, к сожалению, произошли не в России, а в новых центрах судостроения, таких как Южная Корея, Китай, Япония». «У нас накопилось существенное отставание в техническом и технологическом развитии, в подходах к организации производства», – признал президент ОСК.

И как результат – произошло действительно интересное, по словам Романа Троценко, событие: «Впервые за всю историю человечества военный флот стал менее прогрессивным, менее передовым по сравнению с гражданским. Одна из причин этого – конкуренция в гражданском судостроении была намного выше. Вот почему практически все крупные судостроительные компании мира приходят к необходимости сочетать в себе гражданское судостроение, которое на сегодня является локомотивом новых технологий, новых технических решений, и военное кораблестроение, которое более высокодоходное».

«Теперь движителем развития является не военный, а гражданский заказ, – считает глава ОСК. – Поэтому главные задачи корпорации – увеличение доли гражданского судостроения, освоение новых технологий, создание новых мощностей и ликвидация того отставания, которое накопилось в отрасли, и в итоге превращение ОСК в крупную корпорацию мирового уровня, специализирующуюся на создании техники для освоения морского шельфа и военно-морской техники».

По прогнозу Троценко, темп роста отрасли в следующем году может составить 14 процентов и у ОСК этот показатель будет выше среднеотраслевого. Что касается 2011-го, то «мы его закроем с ростом процентов 16–17». «В следующем году, судя по имеющимся заказам, будем иметь этот показатель порядка 15 процентов, – полагает президент корпорации. – Сейчас каждый процент роста дается очень тяжело и требует значительного повышения производительности труда».

Роман Троценко подчеркнул, что строительство ледокольного флота и судов ледового класса для освоения Арктики является ключевой компетенцией и основным приоритетом на будущее у ОСК, и добавил: «На это направление будут направлены научные и конструкторские разработки корпорации».

По словам главы ОСК, корпорация будет основательно участвовать в выстраивании программы строительства ледокольного флота, которая рассчитана на 10–12 лет. «Что касается этого проекта, то у нас есть хорошее взаимопонимание с Министерством транспорта», – отметил Троценко, пояснив, что это ведомство в отличие от ситуации с государственным оборонным заказом выставило тактико-технические характеристики ледоколов, зафиксировало цену и дало нам программу на много лет вперед. «Фиксация цены на эти работы на много лет заставляет корпорацию повышать производительность труда», – считает президент ОСК.

«Если говорить о том, какие предприятия в России могут строить, допустим, атомный ледокол, то это четыре предприятия: два – в Северодвинске и два – в Санкт-Петербурге, – заметил Роман Троценко. – Все они либо входят, либо управляются ОСК».

Рассказывая о судьбе Амурского судостроительного завода, он подчеркнул, что АСЗ попал в ОСК примерно так же, как и Балтийский завод, то есть это была вынужденная мера по отношению к предприятию, которое было брошено предыдущим собственником: «Его коллектив остался без зарплаты и без заказов. Если говорить о специализации завода, то на данный момент она определилась. Завод станет заниматься надводным судостроением и кораблестроением – это суда-снабженцы, корабли второго ранга. Мы считаем, этого вполне достаточно. Завод не будет заниматься строительством подводных лодок. Связано это в том числе и с изменением фарватера на Амуре – вывести сегодня атомную подводную лодку по нему становится затруднительно, поскольку завод находится в 600 километрах от моря вверх по Амуру и ситуация с глубинами там изменилась. Завод имеет свою нишу, он будет развиваться. Сейчас он загружен заказами на 100 процентов».

Говоря о работе трех совместных предприятий ОСК и иностранных партнеров корпорации, Троценко заметил, что их общий объем инвестиций не очень большой – порядка 200 миллионов долларов.

Рассудит межведомственная комиссия

Коснувшись самой громкой и острой проблемы – взаимоотношений ОСК с российским военным ведомством, президент корпорации заявил: «Большинство контрактов с Минобороны мы подписали». Вместе с тем он сообщил: «Не подписаны самые сложные и самые объемные по деньгам контракты, связанные со строительством атомных подводных лодок. Проблема связана с существующими правилами формирования облика такого контракта».

Глава ОСК уверен, что корпорация не может удовлетворить требование Минобороны и снизить стоимость контрактов на строительство АПЛ на 30 процентов. Почему? «Доля наших работ в области заказов Минобороны составляет 30–35 процентов, – пояснил он. – Наша рентабельность при строительстве кораблей ограничена 20 процентами по нашим собственным работам и одним процентом по работам субподрядчиков. Общий объем нашей рентабельности составляет 6–7 процентов от стоимости контракта. Мы понимаем цель Минобороны, но при всем уважении к нему, когда оно требует снизить цену контракта на 30 процентов, мы на это пойти не можем, поскольку это означает, что мы выполним этот заказ с рентабельностью минус 24 процента от стоимости».

Что же, по мнению Троценко, надо делать, дабы найти выход из создавшегося положения: «Первое – если Минобороны выбрало своих субподрядчиков, то пусть самостоятельно их воспитывает, снижает цены либо соглашается на цены субподрядчиков. Второй путь – пусть Минобороны поручит нам как профессионалам строить корабли по заданным тактико-техническим характеристикам, но с правом самим выбрать субподрядчиков».

«Тогда мы будем отвечать за цену, формировать облик корабля, торговаться с субподрядчиками и тех людей, кто ведет себя нескромно, будем заменять», – предложил президент ОСК.

«Мы ожидаем какого-то решения по этому вопросу», – добавил он, но при этом не уточнил стоимость контракта на постройку АПЛ: «Речь идет об очень большой сумме. Эти контракты не заключены уже девять с половиной месяцев. Это приводит к тому, что масса субподрядчиков второго уровня просто уходит. Они просто переключаются на какую-то другую продукцию. И когда мы к ним начнем обращаться по поводу производства той или иной продукции, выяснится, что они больше ее не изготавливают. Это приводит к тяжелым последствиям для устойчивости отрасли».

Между тем образована межведомственная комиссия по урегулированию ценовых споров при заключении контрактов между Минобороны и корпорацией. «Мы оцениваем факт ее создания положительно, поскольку необходим некий арбитражный орган, который должен сказать свое слово в случае, если две стороны не согласились с подходами по цене. Говорить о каких-то итогах ее работы рано», – заявил Троценко.

Напомним, что накануне пресс-конференции руководителей ОСК о позиции военного ведомства в конфликте с корпорацией журналистам рассказал первый заместитель министра обороны Александр Сухоруков. Он, в частности, сообщил, что расхождение в оценке стоимости атомных субмарин типа «Борей» и «Ясень» между Минобороны и ОСК составляет десятки миллиардов рублей.

По словам Сухорукова, именно по этой причине создана специальная МВК при правительстве, однако даже на уровне Военно-промышленной комиссии не удается получить ответ, сколько на самом деле стоят подводные лодки: «Минобороны согласно принять любую цену, но она должна быть экономически обоснованной и подтвержденной расчетами. С этим у ОСК есть существенные проблемы».
О будущих боевых кораблях

Естественно, не была обойдена молчанием животрепещущая тема об отечественных «плавающих аэродромах». Роман Троценко сообщил: «Если не произойдет никаких изменений, решение о строительстве авианосцев будет приниматься в 2018 году». Поскольку к этому времени определится понимание облика и стоимости кораблей. В настоящее время, судя по словам президента ОСК, в корпорации занимаются именно обликом авианесущего комплекса в соответствии с Государственной программой вооружения до 2020 года.

Троценко также сказал, что планируется построить девять кораблей океанской зоны нового поколения проекта 11350.6 с водоизмещением 5600 тонн и ракетным комплексом «Клаб»: «Контракт подписан и находится в исполнении. На сегодня и с заказом, и с реализацией по фрегатам все хорошо».

«Мы поменяли подход к проектированию (надводных кораблей океанской зоны. – В. К.), – отметил президент ОСК. – Сейчас нами также предлагается корабль нового поколения XXI века, который будет спроектирован на новых принципах. Презентация этого проекта планируется в начале следующего года».

Троценко уделил внимание и самому обсуждаемому в России контракту – сделке с Францией относительно закупки у нее двух вертолетоносцев типа «Мистраль». Он сообщил, что у этой сделки будет продолжение: «В госзаказ на закупки вооружения включено строительство третьего и четвертого кораблей-доков типа «Мистраль» для нужд Минобороны РФ. Подписание контракта на их строительство планируется на 2012 год. Рассчитываем, что он будет заключен, так как в противном случае не было бы смысла закупать лицензию на строительство третьего и четвертого кораблей». По словам главы ОСК, первый и второй вертолетоносцы типа «Мистраль» наполовину построят в металле в Санкт-Петербурге, затем для финальной сборки их отправят во Францию, в Сен-Назер. «Третий и четвертый «Мистрали» будут полностью построены в России», – подчеркнул Троценко.

В целом заявления Троценко и Сухорукова относительно главной проблемы уходящего года – возможности заключения контрактов по АПЛ – убеждают в одном: стороны будут стоять насмерть, защищая свои позиции. Возможное решение проблемы – окрик сверху в любой его форме. Но он вряд ли согласуется с элементарными законами рыночной экономики, в которую страну так долго и упорно тащили. И еще один вопрос: а стоило ли создавать такого монстра, который во многом оказался монополистом? Ведь, как совершенно правильно заметил Троценко, зарубежное судостроение получило за последнее время быстрое развитие именно благодаря высокой конкуренции, а не отсутствию таковой…