В понедельник спецкомиссия Национального комитета на транспорте Индонезии, которая занимается расследованием крушения российского самолета SSJ-100, обнародовала первые результаты своей работы. Индонезийские специалисты рекомендуют разработчику и производителю воздушного судна компании «Гражданские самолеты Сухого» (ГСС) организовать дополнительное обучение экипажей для проведения демонстрационных полетов, особенно в условиях горной местности. При этом в документе нет никакой информации о причинах катастрофы.

 

Достоверных сведений о том, что именно происходило в аварийном полете, пока крайне мало. Сегодня, спустя семь недель после трагедии, мы знаем об этой катастрофе ровно столько же, сколько знали в первые часы после случившегося. 9 мая во время демонстрационного полета в Индонезии экипаж SSJ-100 запросил снижение до 6000 футов, после чего на связь не выходил. Спустя сутки обломки воздушного судна обнаружили на отвесном склоне 7250-футовой горы Салак. Все.

 

А информация быть должна. На месте крушения удалось найти и речевой, и параметрический самописцы, записи с которых, по данным многочисленных «источников», уже расшифрованы и проанализированы. Ведь что-то же дало основания президенту Объединенной авиастроительной корпорации (ОАК), в которую входят «Гражданские самолеты Сухого», Михаилу Погосяну заявить: «Никаких отказов в работе систем самолета не было».

 

И информационный вакуум уже 7 недель заполняется версиями крушения и слухами разной степени достоверности. «Магистральных» версий две: «человеческий фактор» и отказ техники.

 

«Человеческий фактор» наиболее удобен для ОАК, ГСС и российских властей. Разработка SuperJet, как известно, ключевой проект в гражданском самолетостроении последних десяти лет. И здесь, помимо имиджевой составляющей, не стоит забывать о финансовом аспекте — по подсчетам «Новой», на разработку SSJ-100 было потрачено около 7 млрд долларов, причем примерно половина этой суммы — прямые вливания из госбюджета (см. №16 от 15.02.2012), и эти деньги могут «вернуться» только за счет продаж качественного, не подверженного техническим проблемам «продукта».

 

«Ошибка экипажа», «залетались», «лихачили» — предполагают специалисты разной степени заинтересованности. Так, по данным корреспондентов программы «Вести» (телеканал «Россия 1»), на расшифровках речевого самописца слышно, как второй пилот отговаривает командира от опасных маневров. Командир, вместо того чтобы прислушаться, отключает систему заблаговременного предупреждения о столкновении с землей, а в кабине, помимо членов экипажа, находится индонезийский ребенок (хотя в списке погибших детей нет).

 

К версии «залетались» склоняются и не имеющие отношения к проекту SuperJet летчики-испытатели и линейные пилоты.

 

Свою роль в катастрофе, по данным газеты «Коммерсантъ», могла сыграть недоработка диспетчера. Но если, по первоначальной информации, диспетчер разрешил SSJ-100 снижение, по информации источников «Коммерса», экипаж вообще не получил от диспетчера никакого ответа.

 

К «отказу техники» склоняются в первую очередь те, кто в принципе скептически относится к проекту SuperJet и не склонен верить словам господина Погосяна (согласитесь, когда представитель самой «заинтересованной» в продажах самолета стороны заявляет об отсутствии технических проблем, это не вызывает слепого доверия). В пользу вероятных отказов техники говорит и статистика эксплуатации SSJ-100. Еще в марте этого года на коллегии Росавиации представители «Аэрофлота» — на сегодняшний день основного эксплуатанта этого типа самолетов — заявляли о проблемах SuperJet с пилотажно-навигационным оборудованием.

 

В этом контексте провокационно выглядят действия «Гражданских самолетов Сухого», чей представитель в начале июня вдруг заявил, что компания намерена выплатить по 140 тысяч долларов семьям погибших в результате крушения индонезийцев (всего 4,9 млн долларов на 35 семей). Что, извините, больше похоже на закамуфлированную взятку индонезийской стороне, чем на желание оказать помощь родственникам погибших. Ведь на борту SSJ-100 находились не только граждане Индонезии, но также американец, француз и 8 россиян. Однако их семьям, судя по заявлению представителя ГСС, такие выплаты не обещают («Новая» уже отправила запрос в «Гражданские самолеты Сухого» по этому поводу и с нетерпением ждет ответа).

 

По прошествии полутора месяцев после крушения складывается впечатление, что в нормальном расследовании катастрофы обе стороны заинтересованы гораздо меньше, чем в том, чтобы сохранить лицо. Михаил Погосян, как мантру, повторяет слова об отсутствии технических неисправностей, и неназванные представители ГСС заявляют о выплатах семьям погибших индонезийцев. Индонезия тщательно охраняет «тайну следствия», а местная авиакомпания Sky Aviation, чьи сотрудники находились на борту в момент крушения, опровергает информацию о том, что собирается отложить закупку SSJ-100. Но в этой истории есть те, кому наплевать и на экономические успехи проекта SuperJet, и на вопросы международной политики, — это близкие и друзья погибших в катастрофе на острове Ява. Они имеют право знать правду. И никакие 140 тысяч долларов «отступных» ее не заменят.