В эфире радиостанции «Вести-ФМ» генерал Маркин заявил, что руководство аэропорта «Домодедово» якобы самостоятельно внесло изменения в лицензию, удалив из нее пункт про обязанность обеспечивать безопасность пассажиров. Это в итоге, по его мнению, позволило сократить службы безопасности аэропорта, что и привело к теракту. Они, дескать, внедрили «технологию досмотра на входах в аэровокзальный комплекс московского аэропорта «Домодедово», в соответствии с которой большинство посетителей проходили в здание, минуя рамку металлоискателя».
Кроме того, комментируя заявления защиты Дмитрия Каменщика о том, что часть потерпевших сняли свои претензии и готовы даже выступить в его поддержку, генерал заявил: «Речь идет о 30 потерпевших. На сегодняшний момент предъявили иски по ущербу порядка 62 потерпевших, общая сумма компенсации составляет 1 миллиард 36 миллионов. Иски предъявлены в рамках уголовного дела. Что делать остальным 30?»
Эти заявления генерала Маркина вызвали довольно бурную реакцию в среде авиационных специалистов. Все они единодушно утверждают, что изменить сертификат, как утверждает официальный представитель СКР, ни «Домодедово», ни любой другой аэропорт просто физически не смогли бы. Подобные заявления из уст юриста звучат как минимум странно. Более того, член Общественного совета Ространснадзора, в прошлом заместитель руководителя Департамента авиационной безопасности и специального обеспечения полетов ГС ГА Минтранса России Юрий Мосеев вообще рассуждения о том, что система безопасности в аэропорту «Домодедово» была хуже, чем в остальных аэропортах Московского авиаузла, назвал голословными и непрофессиональными.
«В 2011 году, — пояснил Мосеев, — системы безопасности и в «Домодедово», и в «Шереметьево», и во «Внуково» были устроены примерно одинаково, и в любом случае с соблюдением требований действовавшего тогда законодательства. Действовали Федеральные авиационные правила (ФАП-142), которые аэропорт «Домодедово» строго соблюдал. Указание на это есть в решениях предыдущих судов и даже в постановлениях самого Следственного комитета». По мнению Мосеева, «ни один из субъектов воздушного транспорта не отвечает за «непредотвращение» и другие абстрактные понятия; они несут ответственность за соблюдение требований законодательных и нормативных актов».
В распоряжении «МК» оказались фото- и видеодокументы, которые ярко демонстрируют тот факт, что на момент предъявления обвинений руководителям «Домодедово» за «непредотвращение» (!) теракта точно такая же ситуация с безопасностью была и в других столичных аэропортах. На этих кадрах видно, как люди — пассажиры и встречающие — спокойно проходят в стеклянные двери, после которых нет даже намека на какие-либо рамки металлоискателей. Именно поэтому «МК» обратился за комментарием к другим авиационным специалистам, которые, возможно, хотели бы высказать иную точку зрения. Однако таких, как ни старались, так и не нашлось.
Главный редактор авиационного интернет-портала «Avia.ru» Роман ГУСАРОВ:
— «Ухудшил» или «не ухудшил» требования безопасности менеджмент аэропорта требования к безопасности — это вообще не юридическая норма, а некая субъективно-оценочная категория. На юридическом языке это должно звучать: требования к безопасности «соответствуют» или «не соответствуют». На тот момент система авиационной безопасности в «Домодедово» соответствовала требованиям законодательства, что и было впоследствии подтверждено судебными решениями.
Более того, технология, которая применялась в «Домодедово», была утверждена и Ространснадзором, и МВД. Никаких претензий к этой технологии проведения досмотра на входных группах в аэропорт со стороны этих ведомств не имелось — ведь они сами ее и утвердили.
Как позже оказалось, Каменщику вменяется в вину то, что в аэропорту не проводился тотальный досмотр всех входящих в аэропорт. Но на тот момент такого досмотра не было ни в одном аэропорту страны — это не было закреплено законодательно. Сотрудники службы авиационной безопасности аэропорта вообще не имели юридического права проводить тотальный досмотр, это является прерогативой МВД, что также подтверждено судебными решениями. Именно потому потерпевшие, подробно изучив документы, на данный момент отзывают свои иски к Каменщику.
И тут надо понимать: то, что он окажет благотворительную помощь пострадавшим, это вовсе не компенсации, положенные пострадавшим по закону, — это его добровольные пожертвования, его добрая воля. Он просто создал фонд помощи пострадавшим — это его добрая воля, которая ни в коем случае никак не связана с признанием его вины и ответственности. В этот же фонд могут вносить деньги все желающие: и бизнесмены, и просто частные или юридические лица. Каменщик по-человечески просто поддержал и оказал помощь этим людям. Между тем Владимир Маркин уже вменяет ему чуть ли не в обязанность выплату компенсаций нескольким сотням пострадавших.
При этом обращает на себя внимание тот факт, что параллельно с предъявлением обвинений Каменщику СКР заявил о своем желании произвести опись имущества аэропорта «Домодедово», мотивируя это необходимостью защитить интересы пострадавших в теракте. И даже несмотря на то, что пострадавшие готовы отозвать свои претензии к Каменщику, СКР от своих планов не отказывается. Это может указывать на то, что конечной целью инициаторов процесса является отъем собственности у Дмитрия Каменщика с помощью использования всяческих юридических процедур под предлогом помощи пострадавшим в теракте. Но ведь ни для кого не является секретом, что сначала происходит опись имущества, а потом — его продажа с аукциона. Причем продажа осуществляется, как правило, по бросовой цене. И уж точно не в интересах потерпевших.
Председатель комиссии по гражданской авиации Общественного совета Ространснадзора, заслуженный пилот СССР Олег Смирнов:
— Суть претензий СКР к Каменщику абсолютно противоречит международной авиационной практике. Вот вам последний пример: теракт в аэропорту Брюсселя, случившийся недавно. Там даже мысли ни у кого не возникло привлечь к ответственности владельцев брюссельского аэропорта или его гендиректора. А почему? Да потому что в конституциях практически всех стран мира, включая Россию, записано, что ответственность за безопасность граждан страны несет не директор аэропорта, магазина или рынка, а государство! И осуществляет оно эту функцию через соответствующие полномочные органы.
А вот у нас, причем почему-то только в «Домодедово», оказывается все иначе? Абсурд! И вот теперь вся страна с интересом наблюдает, как на фоне этого судебного дела идет борьба государственных структур-гигантов: с одной стороны, скажем так, конституционные гиганты — Генпрокуратура и суды, а с другой — чиновничье ведомство СКР. Генпрокуратура и суд уже давно установили невиновность владельца аэропорта в этом процессе. А СКР все еще настаивает на его вине. У меня все же теплится надежда, что победят в конце концов конституционные силы, а не СКР, который к таким силам, как выясняется, отнести нельзя.
Эти конституционные силы, в частности — суды, давно уже доказали, что на момент теракта в аэропорту «Домодедово» все делалось по существующим на тот момент законам и порядкам — никаких отклонений от них не было. Это же подтвердили и открытые выступления в СМИ лучших юристов страны. Совершенно однозначно доказано, что ответственность за недопущение теракта в «Домодедово» должны были нести те органы, которые по российской Конституции отвечают за безопасность. В данном случае — структуры МВД.
А все эти нечистоплотные «игры» вокруг дела Каменщика лишь отбивают желание любых — как российских, так и зарубежных — инвесторов от ведения совместного бизнеса в нашей стране, чего так активно добиваются власти нашей страны во главе с президентом. Если предположить, что Дмитрий Каменщик подаст документы в Международный европейский суд, то я вам на 110% гарантирую, что суд будет на его стороне. И это станет пощечиной не СКР и не конкретно г-ну Маркину — это будет пощечиной России и ее президенту. Странно, но именно этого, похоже, СКР сейчас и добивается.
комментарии (5):
ЭКСПОРТ НОВОСТЕЙ/RSS