-- Александр Васильевич, чем нынешняя выставка принципиально отличается от предыдущей?

-- На нынешнем салоне есть новые образцы противовоздушной техники, наземные радиолокационные станции артиллерийской разведки, турельная установка для ПЗРК «Игла» и другие.

-- Авиация составляет значительную (40--50%) часть российского экспорта. Есть ли какие-то новые программы с Индией в этой области?

-- Проектов много. В частности, развитие лицензионного производства самолетов семейства «Сухой», уже обсуждается вопрос их дальнейшей модернизации. Один из самых удачных примеров нашего сотрудничества с Индией -- совместное предприятие «Брамос», которое занимается разработкой и производством ракет. «Брамос» уже имеет противокорабельную ракету, обсуждается производство авиационной и возможность ее установки на борт Су-30МКИ.

Еще одно направление -- поставка корабельных МиГ-29К и МиГ-29КУБ. Мы участвуем в объявленном Индией тендере на поставку среднего многоцелевого истребителя. Россия предлагает МиГ-35. Кроме того, подписан контракт на модернизацию ранее поставленных самолетов марки «МиГ». Первые четыре самолета-лидера уже поступили на предприятие в России. Еще более 50 самолетов будут модернизироваться уже на территории Индии.

Среди совместных проектов надо назвать и самолет пятого поколения -- сейчас идет передача индийцам эскизно-технического проекта, согласовывается технический облик, ожидается подписание первого контракта по первому этапу опытно-конструкторских работ. Возможно, это произойдет в конце февраля -- начале марта. Не забудем про совместный проект транспортного самолета. Недавно был подписан контракт на поставку Индии большой партии вертолетов марки «Ми».

-- Индия ведь покупает теперь не только готовые вооружения, но и технологии...

-- Многие государства уже не устраивает схема «продавец -- покупатель готовой техники». Мы продали Индии лицензию на производство самолетов Су-30МКИ, танков Т-90С, к которым по лицензии будет выпускаться и активная защита «Арена».

-- Индия не так давно объявила несколько новых тендеров -- на закупку вооружения для сухопутных войск, индийцы хотят построить четыре корвета. Россия будет участвовать в этих тендерах?

-- В таких тендерах мы участвуем. В том числе по поставке Индии большой партии стрелкового вооружения, в частности производства Конструкторского бюро приборостроения. Это винтовки (от мало- до крупнокалиберной), специальные пистолеты и пулеметы для ведения боя в городских условиях, гранатометы и боеприпасы к ним. По некоторым тендерам принято решение, подписаны контракты, в некоторых мы продолжаем участвовать.

-- Поставляет ли Россия Индии оружие для борьбы с терроризмом? Эта тема особенно актуальна после серии терактов в Мумбаи с 26 по 29 ноября 2008 года.

-- Мы поставляем Индии целую линейку стрелкового вооружения -- портативный пистолет для экипажей боевых машин, штурмовые средства, в том числе уникальную беззатворную винтовку, подствольный гранатомет, оптическую технику (дневную и ночную).

-- Насколько мне известно, у нас заключен контракт о поставках вооружений с Ливией на 1,3 млрд руб. Какое оружие мы поставляем по этому соглашению?

-- Речь идет о бронетанковой, авиационной технике, средствах ближнего боя. Вообще пакет большой.

-- Верны ли прогнозы, что Вьетнам в ближайшие годы займет второе после Индии место среди партнеров России в военно-технической сфере?

-- Сейчас Вьетнам в пятерке первых стран по объемам военно-технического сотрудничества с нами -- вместе с Индией, Китаем, Алжиром и Венесуэлой. Масштабное сотрудничество с Вьетнамом разворачивается. Дело даже не в конкретных цифрах, а в широте подхода к сотрудничеству. Вьетнам для нас стратегический партнер. На какое место он выйдет в ближайшие годы, говорить пока сложно. Возможно, и на второе.

-- Ведем ли мы переговоры с индийцами по поводу подводной лодки «Амур»?

-- К сожалению, не ведем. Хотя, на мой взгляд, эта тема достаточно перспективна, в том числе и для индийского рынка. Надеюсь, мы выйдем с таким предложением, а наши партнеры его рассмотрят. Российская заинтересованность в этом, безусловно, есть. «Амур» -- лодка особого класса, а Индия морская держава.

-- Можно ли сегодня говорить о сумме, оговоренной в дополнительном соглашении к контракту по авианосцу «Адмирал Горшков»?

-- Дополнительное соглашение еще не подписано, идут согласования. Надеюсь, процесс завершится успешно, тогда и сумма будет обнародована.

-- В качестве оценочной стоимости фигурирует цифра 2,5 млрд долларов...

-- Пока о конкретных суммах говорить рано.

-- В прессе постоянно появляются сообщения о контракте с Саудовской Аравией как альтернативе российско-иранскому контракту по поставке в эту страну комплексов ПВО С-300. Саудиты дают значительно большую сумму -- 4 млрд долл. против иранских 1,5 млрд. Так ли это?

-- В последние годы мы активно работали с саудовскими коллегами по трем основным направлениям: вертолетная, сухопутная техника, средства ПВО. Проявляется интерес и к нашему стрелковому оружию. На сегодня контракты (именно контракты) сверстаны, названы и цены, и условия выполнения. Документы переданы нашим уважаемым саудовским партнерам для принятия окончательного решения. Нам бы хотелось, чтобы оно было принято как можно быстрее.

Что касается поставок С-300 для Ирана, то их нет по техническим, а не по политическим причинам. Все остальное -- спекуляции. Нужно понимать, что Саудовская Аравия для нас новый рынок, он далеко не наш, в основном Соединенных Штатов, Франции, Великобритании. Открыть дверь и войти на этот рынок очень трудно. Я бы на месте "хозяина" рынка сделал все, чтобы не пустить новых конкурентов. Вокруг такой ситуации могут появиться всякие домыслы и предположения, но они не являются определяющими.

-- Какой смысл вкладывается в выражение «по техническим причинам», когда речь идет о поставках С-300 Ирану?

-- В производстве, в процессе подготовки имущества могут быть выявлены технические недостатки. В данном случае речь идет о радиочастотах. Идет устранение недостатков.

-- Но когда недостатки устранят, комплексы С-300 будут поставлены Ирану?

-- Я говорю только о сегодняшней непоставке и ее причинах.

-- Вы говорили, что не склонны примешивать в сферу военно-технического сотрудничества политическую составляющую. Но разве военно-техническое сотрудничество не является политическим инструментом?

-- Мы иногда противоречим сами себе, когда говорим, что это не так. К сожалению, в практике военно-технического сотрудничества применяются все средства конкуренции, в том числе далеко не добросовестные.

-- Но есть и обратный процесс -- прямое политическое лоббирование высшими лицами государств сделок в сфере ВТС. Вот президент Николя Саркози летал в Бразилию «проталкивать» французский самолет.

-- Наше высшее политическое руководство тоже оказывает нам большую помощь.