– Игорь Петрович, о вашем единственном полёте в космос в Звёздном городке до сих пор ходят легенды и травят анекдоты. В чём была главная задача?

– Я провёл в космосе 12 суток, чтобы разрешить спор между двумя научными школами. Иван Силаев и академик Валентин Глушко считали, что после космического полёта лётчик не сможет посадить «Буран» в ручном режиме, и надо его сажать на «автомате». Мы пытались доказать – ещё как сможет!

Для этого я два раза ходил на недельную «водную инверсию». Это когда испытателя на семь дней кладут в воду. Это лучшая модель невесомости. Поначалу я замечательно заснул. Но ночью проснулся от того, что болят почки. Пытаюсь размяться – ещё хуже становится. Пришлось петь песни, чтобы отвлечься от боли. Потом прекращают работать мышцы-разгибатели. Ощущения очень неприятные. Через двое суток боль прошла.

После инверсии сразу на вертолёт – и в летающую лабораторию МиГ-25. Взлёт, пилотирование, посадка. Убедились, что пилотирование возможно. Но инверсия и невесомость всё-таки разные вещи. Поэтому было принято решение о реальном полёте и немедленном пилотировании.

Но сразу после приземления сесть в самолёт не вышло – меня 40 минут не могли вытащить из спускаемого аппарата. А потом мне искали штаны. Я сказал, что без штанов в самолёт не сяду.

 

– То есть как без штанов?

– Когда сняли скафандр, я остался в одном шёлковом нижнем белье. Начали искать мне шаровары. А обувь так и не нашли – в степи ботинки почему-то не растут. Пришлось пилотировать вертолёт босиком, на месте второго пилота. Прилетаем на аэродром Джезказгана. Для встречи космонавтов там собралось множество людей. Пришлось надеть чужой лётный комбинезон и короткими перебежками, чтобы никто не увидел, что на космонавте нет ботинок, добираться до Ту-154. Может быть, даже обидел собравшихся казахов, они подарки готовили, а я мимо пробежал. Так босиком и долетел до Ахтубинска.

И только уже там, на военном аэродроме, переодевшись в высотно-компенсирующий костюм, вылетел обратно на Байконур на МиГ-25. Из-за этих задержек пришлось совершать ночную посадку с отключёнными двигателями в режиме планирования. Таких тренировок раньше не было. Но всё прошло успешно. Меня обнял маршал Александр Ефимов и поцеловал: «Спасибо, сынок».

Диагноз

 

– В России за последние дни сразу несколько авиакатастроф. Налёт пилотов гражданской авиации вроде бы приличный, но самолёты падают. Что нужно изменить в системе их подготовки?

– Нужно менять всю систему управления государством. Подготовка пилотов – это частности на общем фоне уничтожения всей отечественной промышленности, и в первую очередь авиационной. Авиастроение – это хребет государства. Каждое рабочее место на самолётостроительном предприятии создаёт 4–6 рабочих мест у поставщиков комплектующих. Такое же число рабочих мест в металлургии или химии. А ещё транспорт, здравоохранение и так далее. Убей авиастроительную отрасль, и ты убьёшь почти всё остальное.

Поэтому действия нынешних властей по уничтожению отечественного авиастроения можно называть только предательством своей страны.

 

– Сейчас колоссальная нехватка гражданских пилотов. Но военных лётчиков, которых Сердюков выкинул из ВВС, на работу практически не берут. Почему?

– Это глупость тех, кто проводит такую политику. По уровню подготовки военный лётчик на порядок выше любого гражданского пилота. Особенно при решении сложных, внезапно возникающих проблем. Убеждён, что после взлёта ATR‑72 в Тюмени произошло элементарное сваливание. И из него есть выход – прекратить подъём и набрать скорость на той высоте, на которой находился самолёт. И ручку штурвала не на себя надо брать, как обычно делают гражданские пилоты. Без скорости самолёт на подъём не пойдёт, свалится! Надо, наоборот, штурвал «отдавать», чтобы набрать скорость. И только потом продолжать взлёт. У военных лётчиков это на уровне рефлексов. А гражданских таким вещам сейчас не учат.

 

Суперджет – афера

 

– Авиастроители пытаются биться за Ту-334. Пишут письма Путину. Есть компании, которые готовы заказать эти самолёты. Но ОАК и структуры, которые должны отвечать за производство авиационной техники, от этого самолёта всячески отбиваются. Почему?

– Все региональные самолёты либо устарели и сняты с линий, либо Медведевым запрещены к полётам. Стало невозможно добраться до многих населённых пунктов, особенно в районах Сибири и Крайнего Севера.

В 2000-е годы поднимался вопрос – нет регионального самолёта. Затем был объявлен конкурс на его создание. А выиграл его почему-то Михаил Погосян, который заявил, что сделает региональный самолёт. Причём за внебюджетные средства. Но так как «Сухой» никогда не делал гражданских самолётов, то у него не получилось создать самолёт ни на 50 мест, ни на 75 или 90. В результате вместо небольшого самолёта получился Суперджет на 100 мест. Причём за счёт госбюджета. Но это не региональный самолёт, а среднемагистральный. А смысла в нём не было никакого – среднемагистральный Ту‑334 был уже сделан, сертифицирован, было выпушено постановление о начале его серийного производства. Но фирма Сухого уже подмяла под себя всё. И конкурент ей был не нужен. В результате до сих пор постановление правительства о Ту-334 не выполнено. Кому это было выгодно? Ответ на поверхности.

При этом ни один высокопоставленный чиновник за 20 лет не пострадал. Тот же Христенко, который фактически похоронил нашу авиационную промышленность и даже посмел заявить, что нашей стране дальнемагистральные самолёты не нужны, просто перекочевал в другое кресло.

 

– То есть для внутренних перевозок у нас родных самолётов нет…

– Главное для региональной авиации – возможность сесть на любой аэродром. Суперджет такого не позволит. Других уже нет. Зато некие личности активно лоббируют западные образцы, совершенно не приспособленные к нашим климатическим условиям и аэродромам. Это катастрофа. А высшие чиновники делают вид, что всё хорошо. В СССР такими «управленцами» напрямую занимался Комитет госбезопасности. Кто сейчас ими занимается – не знаю.

 

И снится нам не рокот космодрома…

 

– Глава Роскосмоса Владимир Поповкин заявил, что пилотируемая космонавтика отменяется. Мол, слишком много денег ест.

– От развития пилотируемой космонавтики начал отказываться не Поповкин. Всё произошло раньше. Когда уничтожали Центр подготовки космонавтов им. Гагарина (ЦПК) под прикрытием его передачи от Минобороны в Роскосмос. Когда топили полностью модернизированную орбитальную станцию «Мир». И решения принимал не Поповкин или Сердюков, а президенты России Путин и Медведев.

Американцы хотели построить свою обитаемую станцию «Фридом». Не получилось. МКС строили по нашим заделам, но на американские деньги. «Миру» места не было. Пока мы ещё возим американцев и других на станцию. Но я гарантирую: как только они сделают свой корабль – а такие работы активно ведут и НАСА, и частные компании, Россию оттуда просто выгонят. Кто платит – тот и живёт.

 

– ЦПК «распогонили», сделав гражданской конторой. Более 200 офицеров должны покинуть ЦПК и перевестись, к примеру, на Дальний Восток либо уволиться из Минобороны и остаться без квартир.

– Сердюков и те, кто его поддерживает, сознательно выталкивают профессионалов из отрасли. На Центре подготовки космонавтов в обозримом будущем можно ставить крест.

И не думаю, что на Сергея Крикалёва после этого прольётся денежный дождь, для того чтобы он искал и готовил новые кадры. Не для того ломали.

 

– А где искать новые кадры?

– Только среди нынешних студентов МАИ, МАТИ, физтехов. Платить им стипендии, вести их, помогать приобретать навыки, необходимые для космической науки.

 

– Возможно ли при нынешнем положении придумать и построить новый проект многоразовой космической системы типа «Бурана»?

– Если ничего в политике государства не изменится – однозначно нет.

 

Гильотина для российского космоса

 

– Может, имеет смысл возродить авторитет генеральных конструкторов?

– В России отраслями руководят не конструкторы, а снабженцы. Раньше генеральный конструктор к министру дверь ногой открывал. А сейчас вынужден кланяться даже не министрам, а каким-то мелким жуликам. Власть очень умно уничтожала промышленность. Вначале создала ФГУПы, потом не давала им денег в виде госзаказов. И они стали банкротами. Балансовая стоимость нулевая. Рыночная – миллиарды. Как только обанкротили – продали своим людям по балансу. А тут ещё и новая обвальная приватизация по Медведеву. И тысячи пока оставшихся оборонных предприятий уйдут с молотка. Создали госкорпорации, им выделили огромные деньги, которые большей частью бесконтрольно тратятся на зарплаты. И лишь мизер доходит до конструкторов. Будут ли в такой ситуации уничтожены космическая и авиационная отрасли? Да, без вариантов.

 

– В Минпромторге 6 человек отвечают за всю авиацию. Изменится ли ситуация от смены министра или главы Роскосмоса?

– Менять надо промышленную политику, а не кукол на ниточках. Космосу, авиации фактически уже отрубили голову.

 

От редакции. 12 апреля страна отметит очередной День космонавтики. Будут бравурные речи о мнимых успехах, награждения непричастных, поощрения виновных. Игорь Волк посмотрит торжественную церемонию по телевизору. Как и десятки тысяч других настоящих, а не мнимых патриотов космоса. Которые не благодаря нашей власти, а вопреки её решениям пока ещё создают уникальные космические аппараты. Запускают людей на орбиту. Помогают им из Центра управления полётами. Делают свою работу. Без фанфар и громких слов.

 

С праздником вас!