- В тот день я находился на форуме «Транспортная неделя – 2013» в Гостином Дворе, и тут вдруг меня начинают забрасывать информацией: у вас в ведомстве – обыски. Я, конечно, не понял, что происходит, но сразу приехал на работу, там все и выяснил.

- Говорят, обыск был прямо в вашем кабинете?

- Если бы обыск был в моем кабинете, я бы, наверное, сейчас с вами тут уже не разговаривал. Собственно никаких вскрытий дверей или сейфов вообще не происходило. Просто пришли представители Следственного комитета, предъявили постановление о выемке необходимых им документов. Мы выделили им помещение для работы и предоставили то, что они у нас попросили. Все происходило в рабочем порядке. Честно говоря, я с работниками СКР даже не успел встретиться. Но мои сотрудники рассказали, что следователей интересовали в основном документы 2008-2009 годов, касающиеся сертификации авиационных учебных центров. В то время я на этой «вахте» еще не стоял, занимался аэронавигационной службой. Хотя, я не исключаю, что позже следствие захочет более широко посмотреть на многие вещи, так что если потребуется, мы предоставим и документы высшей квалификационной комиссии, и любые другие бумаги за последующие годы.

Но пока следователей интересует как раз тот период, когда пилоты разбившегося «Боинга» проходили переподготовку в рамках целевой программы переучивания из бортмехаников, бортинженеров, штурманов в пилоты. С такой инициативой в то время выступил профсоюз летного состава. И в этом не было ничего неправедного, это – нормальная практика…

- Ну да, люди, имеющие непосредственное отношение к авиации, в сложные для нее времена не должны были остаться на улице…

- Конечно, ранее они летали в кабине самолетов как штурманы, бортмеханики, бортинженеры… При переучивании все они проходили сначала теоретическую подготовку. Затем им было необходимо дать 200 часов налета на маленьких учебно-тренировочных самолетах. Но в то время классические авиационные училища гражданской авиации не могли справиться с подготовкой еще сотни человек. Тогда их подготовку отдали как бы на аутсорсинг в авиационные учебные центры, где имелись инструкторы и самолеты. Одним из них был Калужский учебный авиационный центр, а так же Северо-Западный. Именно там переучивались погибшие в Казани пилоты.

По окончании программы переучивания, в таких центрах на выпускников готовили соответствующие документы, а затем на основании этих бумаг авиационные власти уже выдавали свидетельства летчикам.

- Официальный представитель СКР Владимир Маркин сказал, что центры, где переучивались погибшие пилоты, «к настоящему времени ликвидированы». Когда это произошло и почему?

- Их закрыли из-за недостатков в работе…

- … когда вы уже руководили Росавиацией?

- Нет, раньше. Сертификат Калужского центра аннулирован 12 ноября 2008 года, а Северо-Западного – 18 января 2009 года после того, как проверки Ространснадзора и Росавиации указали на существенные нарушения в их деятельности. Какие точно, сегодня сказать не берусь, но там вполне могли быть и какие-то приписки, и что-то еще. Поэтому сейчас мы сами проводим проверку всех пилотов, которые переучились по той целевой программе, причем не только в двух учебных центрах – Калужском и Северо-Западном – но и в других тоже.

- Зачем вообще нужны такие учебные центры, если подготовка в них вызывает серьезное недоверие?

- Позиция Росавиации сейчас такова: у нас есть шесть летных учебных заведений гражданской авиации…

- …то есть, государственных?

-… именно государственных.

- Они подчиняются вам или министерству образования?

- Минобразования. Это государственные образовательные учреждения, которые получают от Минобразования лицензию. Наша задача – формирование там программ подготовки летного состава. И мы активно выступаем за то, чтобы готовить пилотов коммерческой гражданской авиации только в этих вузах.

Но, к сожалению, есть другое, противоположное мнение… Его отстаивают сторонники так называемой либерализации. Они за то, чтобы готовить пилотов в частных школах. Доказывая свою позицию, они ссылаются на зарубежный опыт.

Нам этот опыт тоже хорошо знаком. А еще мы знаем, что там, начиная с детских лет, люди по воскресеньям в церковь ходят, и знаем, какие там правопослушные граждане живут. У нас, к сожалению, ситуация иная. Именно с учетом этой ситуации мы как раз и выступаем за подготовку коммерческих пилотов, - подчеркиваю, не частных (их пускай готовят в частных школах), а именно коммерческих, то есть тех, что потом будут возить пассажиров в авиакомпаниях, - исключительно на профессиональной основе в государственных образовательных учреждениях.

- А мы тут с коллегами на днях открыли сайт одной из наших ведущих авиакомпаний, и увидели там объявление о наборе желающих получить профессию коммерческого летчика в учебном центре этой авиакомпании. Пилотом обещают сделать любого, кто имеет высшее техническое образование и готов оплатить обучение.

- Вот мы как раз категорически выступаем против этого, иначе в небе наступит беспредел. Но, к сожалению, у нас в стране есть представители бизнеса, для которых деньги – главное, и борьба за их количество затмевает всякий здравый смысл. При этом многие из этих людей прикрываются словами о необходимости поднимать и развивать частную, региональную авиацию. Все верно. Только главным при этом должны стать вопросы безопасности полетов. Остальное – приходящее. Жизнь человека настолько ценна, что пренебрегать ею преступно.

- Да, но тогда почему у Росавиации, наравне с государственными летными училищами, до сих пор имеется более 100 таких вот «сомнительных» учебных центров, работу которых вы сейчас критикуете?

- На самом деле их порядка 80. И они готовят специалистов по разным авиационным категориям. Не все из них выпускают пилотов, некоторые инженеров, бортпроводников. Но, к сожалению, правила, по которым сертифицированы эти центры, действуют с 1999 года и уже устарели.

- Недавно один из авиационных экспертов мне рассказывал, что еще пару лет назад они разработали новую версию этих правил, ужесточающих требования к летным учебным центрам. Документ отправили на утверждение вверх по инстанциям, и он застрял в одном из кабинетов многочисленных чиновников, имеющих весьма отдаленные понятия об авиации, но при этом отвечающих в ней за все сразу и ни за что конкретно. А люди тем временем гибнут... Так, может, пора прислушаться к специалистам, которые давно говорят о создании единого министерства гражданской авиации со штатом профессионалов и личной ответственностью каждого?

- Какой смысл обсуждать эту тему… Мне приходится работать в той среде, которая есть сейчас. Я не разбираю время, в котором живу, а лишь стараюсь в нем изменить к лучшему то, что могу, что в моих силах.