Топ-100
Сделать домашней страницей Добавить в избранное



Главная История Исторический обзор

Авианосцы в войне за Фолклендские острова (часть1)

13 мая 2015 года / Владимир Карнозов / Aviation EXplorer
 

Владимир Карнозов
Аналитик

Эксперт "Aviation EXplorer"

Опубликованный нами ранее исторический экскурс на авианосную тему касался, главным образом, событий между двумя мировыми войнами и действий авианосных соединений на Тихом океане в 1941-1945 годах. Публикация вызвала определенный интерес, особенно в свете перспектив строительства кораблей данного класса для ВМФ России. При этом некоторые читатели выражают сомнение насчет реальной ценности авианосцев как средств вооруженной борьбы на море в век реактивной авиации и управляемого ракетного оружия. Между тем, война 1982 года за Фолклендские острова, в ходе которой обе противоборствующие стороны активно использовали реактивные палубные самолеты, противокорабельные ракеты, зенитно-ракетные комплексы и подводные лодки (англичане – атомные, аргентинцы – дизель-электрические), со всей очевидностью показала, что торопиться с объявлением авианосца «оружием прошлого» пока не стоит.

Предыдущий материал: Авианосец - символ военно-морской мощи

Конфликт между Аргентиной и Великобританией случился более тридцати лет назад. Однако опыт сражения в Южной Атлантике не потерял актуальности. На той войне широко применялись системы вооружений, которые и поныне составляют основу военной мощи ведущих держав мира: авианосцы с реактивными самолетами, сверхзвуковые истребители, стратегические бомбардировщики и дальние разведчики, атомные субмарины, эсминцы и фрегаты управляемого ракетного оружия, противокорабельные и зенитно-ракетные комплексы корабельного и берегового базирования.

Война за Фолклендские (Мальвинские) острова – единственный локальный конфликт, в котором противоборствующие стороны имели и использовали реактивные самолеты палубной авиации. Правда, до боя авианосцев дело не дошло: аргентинская ударная группа вышла в море, но не сумела поднять с короткой палубы авианосца «25 мая» штурмовики A‑4Q Skyhawk, груженные бомбами, по причине полного штиля в Южной Атлантике 1 мая 1982 года. А на следующий день английская атомная подлодка HMS Conqueror торпедировала крейсер «Генерал Бельграно», после чего флот Аргентины вернулся в базы и простоял там вплоть до капитуляции губернатора Мальдивов генерала Марио Менендеса.

Первоапрельское начало

Фолклендские (Мальвинские) острова попали под власть англичан во времена расцвета британской империи со статусом колонии в 1841 году. На волне роста националистических настроений в обществе, правительство Аргентины подготовило и провело операцию «Розарио». Цель – военным путем восстановить суверенитет над «утраченными» территориями.

Вечером 1 апреля 1982 года эсминец «Сантиссима Тринидад» подошел к Восточным Фолклендам и высадил семьдесят коммандос. Подводная лодка «Санта Фе» доставила боевых пловцов к маяку на мысе Пемброк. Десантное судно «Кабо Сан-Антонио» вошло в гавань Порт-Стенли и высадило 350 морских пехотинцев. Вскоре к ним присоединились еще 250 морпехов и 279 солдат с других транспортных средств.

Аргентинское командование вывело в море авианосец «25 мая», чтобы, при необходимости, его штурмовики оказали поддержку силам вторжения. Однако поднимать груженные бомбами самолеты не пришлось: после недолгого сопротивления, малочисленный английский гарнизон и полицейские сложили оружие.

Второго апреля известие об аргентинском военном вторжении достигло Лондона. «Как это часто бывает в политике, вопрос стоял не в том, что предпринять, как это можно сделать?» – вспоминала о тех событиях премьер-министр Великобритании Маргарет Тетчер. Она собрала военачальников на совещание и спросила: «Первый Морской Лорд, что мы можем предпринять?» Адмирал Генри Лич ответил: «Я могу сформировать оперативное соединение из эсминцев, фрегатов, десантных кораблей и вспомогательных судов во главе с авианосцами Hermes и Invincible. Мы будем готовы к выходу в море через 48 часов».

Началась крупная морская операция (Operation Corporate) с задачами нейтрализовать ВВС и ВМС Аргентины, высадить на острова десант и оказывать ему необходимую огневую и материально-техническую поддержку, пока аргентинский гарнизон не капитулирует. Во главе эскадры (Tactical Force 317) встал контр-адмирал Сэнди Вудвард с большим опытом командования надводными боевыми кораблями, дизель-электрическими и атомными подводными лодками. Ему дали указание: «Спешите на юг со всем, что у Вас есть». Англичане выставили все способные к походу мореходные силы Флота Метрополии. На пути к ним присоединялись корабли, вызванные с просторов Атлантики и Средиземного моря.

США осудили действия Аргентины, но на прямое военное вмешательство не пошли. Америка оказывала союзнику по блоку НАТО разностороннюю помощь, включая предоставление разведданных и поставку современных видов вооружений, таких как переносные зенитные ракеты FIM-92 Stinger и ракеты AIM‑9L класса «воздух-воздух». Кроме того, США разрешили англичанам использовать военную базу. «Без открытия нам доступа к острову Вознесения (на удалении 6260 км от Порт-Стенли), британские силы не обладали бы важной передовой базой на южном направлении. Без этого исход войны, вероятно, был бы иным», – считает Вудвард.

Не прошло и месяца, как экспедиционные силы отбили у противника остров Южная Георгия. В ходе операции им удалось вывести из строя вражеское «потаенное судно». В пяти милях от берега английские палубные вертолеты обнаружили и обстреляли управляемыми ракетами подлодку «Санта Фе». Не успев погрузиться, она получила два попадания управляемыми ракетами AS‑12 и потеряла возможность уйти под воду. Малым ходом субмарина дошла до гавани Короля Эдуарда, где попала под повторную ракетную атаку. «Санта Фе» выбросилась на мель и стала трофеем англичан.

Соотношение сил

Начало боев за Фолкленды характеризовалось следующим раскладом сил противоборствующих сторон. Великобритания – ядерная держава. Правда, вопрос об использовании оружия массового поражения против аргентинцев даже не поднимался. А вот субмарины с атомными реакторами в составе силовых установок применялись довольно активно. Три многоцелевые АПЛ – Splendid, Spartan и Conqueror – первыми из английских боевых кораблей появились в Южной Атлантике. Подводники вели поиск авианосца, крейсера и эсминцев противника. Установив контакт и сообщив о нем в Лондон, они следовали за аргентинскими кораблями на безопасном расстоянии, ожидая указаний генштаба.

С лучшей стороны проявились отличительные качества атомных субмарин  – высокая автономность, скрытность и скорость подводного хода.

В общем случае, дальность обнаружения надводного боевого корабля гидролокатором подлодки превышает расстояние, на котором тот сможет «услышать» субмарину. Этот факт нашел подтверждение в ходе боевых действий 1982 года. В условиях реальных боевых действий на море, АПЛ Conqueror (принята флотом в ноябре 1971 года) продемонстрировала способность длительное время отслеживать маневры боевой группы ВМС Аргентины, оставаясь незамеченной противником.

Ввиду отдаленности мест базирования, из состава ВВС англичане смогли задействовать лишь несколько стратегических бомбардировщиков Vulcan и дальних разведчиков Nimrod. Морская авиация располагала 34 дозвуковыми истребителями Sea Harrier FRS.1, из которых непосредственно на флоте присутствовало 26. На момент выхода из Плимута, состав авиагруппы HMS Hermes (постройки 1959 года, полное водоизмещение 28700 тонн) включал 12 Sea Harrier и 18 вертолетов Sea King. Состав авиагруппы HMS Invincible (постройки 1980 года, полное водоизмещение 20700 тонн) – 8 Sea Harrier и 10 Sea King. Вслед за ними, курс на Фолкленды взял контейнеровоз Atlantic Conveyor. Он доставил на ТВД еще 8 Sea Harrier и 4 Harrier GR.3 (последние из состава ВВС). На его борту также находились четыре вертолета типа Chinook и шесть типа Wessex.

Vulcan

Непосредственно на театре военных действий аргентинцы обладали существенным перевесом в авиации. У них имелось 230 самолетов, включая полторы сотни реактивных. Ядро группировки составляли шестьдесят сверхзвуковых истребителей. Франция поставила семнадцать перехватчиков Mirage IIIEA и четыре учебно-боевых «спарки» Mirage IIIDA. Они стояли на вооружении восьмой авиагруппы. А шестая оснащалась израильскими истребителями-бомбардировщиками Dagger, представлявшими улучшенный вариант Mirage V. В 1978 было получено двадцать шесть таких машин, в 1980‑м – еще тринадцать.

Основным ударным самолетом ВВС Аргентины являлся штурмовик A4 Skyhawk, всего было приобретено 130 машин нескольких модификаций. Но из-за введенного США в 1976 году эмбарго на поставку Аргентине военной техники и запасных частей, число боеготовых машин не превышало семидесяти. К 1982 году местная промышленность успела построить до шестидесяти легких штурмовиков IA58 Pucara с турбовинтовыми двигателями. Бомбово‑штурмовые удары также могли наносить новейшие учебно-боевые самолеты MB.339A и устаревшие бомбардировщики Mk62 Canberra.

Особую ценность представляли новейшие палубные штурмовики Super Etendard (Sue) – единственные носители противокорабельных ракет AM39 Exocet («летающая рыба»). Они стояли на вооружении 2da Escuadrilla Aeronaval de Caza y Ataque. По состоянию на весну 2015 года, эта эскадрилья продолжает эксплуатировать Sue.

Для дозаправки ударных самолетов аргентинцы использовали пару воздушных танкеров KC‑130. Поиск целей на морских просторах вели противолодочные самолеты SP‑2H Neptune и S‑2E Tracker, военно-транспортные C‑130 Hercules, Fokker F-28, а также даже реквизированные авиалайнеры Boeing 707. Им помогали «рыболовецкие суда» – траулеры с установленной на них радиоаппаратурой. На островах базировались десятки вертолетов и легкомоторных самолетов.

Аргентинские ВМС располагали легким авианосцем ARA 25 de Mayo (Veinticinco de Mayo, «25 мая», полное водоизмещение около 20 тысяч тонн). На нем базировалось несколько противолодочных самолетов и вертолетов. Корабль также мог принять до десяти штурмовиков A‑4Q Skyhawk. В семидесятые годы флот приобрел шестнадцать машин и еще пару «на запчасти». Но к апрелю 1982 года в составе 3a Escuadrilla Aeronaval de Caza y Ataque осталось лишь восемь боеготовых самолетов.

Летчики морской авиации успешно осваивали Super Etendard, но пока еще не были готовы действовать с авианосца. Англичане же допускали такую возможность, и предпринимали меры предосторожности. «Эти страхи добавляли нам проблем, – пишет Вудвард. – Мы могли ожидать атаки на авианосцы с использованием тридцати пятисотфунтовых (227‑кг) бомб, а в худшем случае – противокорабельных ракет».

ВМС Аргентины также располагали артиллерийским крейсером «Генерал Бельграно» (американской постройки, участник Второй Мировой), двумя эсминцами УРО (английской постройки, тип 42, приняты флотом в 1976 и 1981 году), семью артиллерийскими эсминцами и тремя фрегатами УРО. Подводная компонента насчитывала четыре дизель-электрические субмарины. В их числе пара устаревших американских типа Guppy времен Второй Мировой и две современные немецкой постройки тип IKL 209/1200 («Сальта» и «Сан Луис», сданы флоту в 1974 году, полное водоизмещение 1285 тонн).

Слабые места

Аргентинцы надеялись расправиться с вражеской эскадрой, когда она подойдет к берегу и начнет высадку десанта. Координированные действия авиации ВВС и ВМС планировали вместе с применением противокорабельных ракет с боевых кораблей и береговых установок. Подводные лодки патрулировали вблизи побережья, готовясь торпедировать нападающих.

Будучи опытным подводником, Вудвард не рассматривал дизель-электрические субмарины в качестве источника серьезной опасности. Британцы действовали большими силами флота на достаточном удалении от берега, постоянно перемещались. Отследить положение эскадры и неотрывно следовать за ней на сравнительно тихоходной подлодке типа 209 (максимальная скорость подводного хода, что могла кратковременно развить субмарина - до 21,5 узлов, против 28 узлов у британских авианосцев) в ожидании удобного момента для атаки, он считал неподъемной задачей.

Правда, многие офицеры на фрегатах и эсминцах так не думали. Английские моряки не жалели глубинных бомб, тщательно «обрабатывая» места предполагаемого нахождения вражеской субмарины. Часто их жертвами становились киты, звуки которых в море напоминали звучание винтов подводных лодок.

Больше всего Лондон беспокоило существенное преимущество противника в тактической авиации на театре военных действий. «Министерство обороны считало, что приемлемая ситуация в воздухе не может быть достигнута. Следовательно, предстоящее сражение закончится поражением, – вспоминает Вудвард. – Меня тоже волновала опасность стремительного удара аргентинских истребителей-бомбардировщиков по британским авианосцам».

Серьезным пробелом в системе ПВО экспедиционной эскадры являлось отсутствие самолета или вертолета дальнего радиолокационного обнаружения. Из-за большой удаленности английских авиабаз и американской на острове Вознесения, дальние разведчики Nimrod с мощными поисковыми РЛС Searchwater могли лишь кратковременно патрулировать район Фолклендских островов.

Nimrod

«Брешь» приходилось затыкать выдвижением на угрожаемые направления эсминцев проекта 42. Тем самым, снижался риск поражения авианосцев, но одновременно под удар авиации подставлялись корабли эскорта. Одиночные корабли дозора представляли хорошую цель и для аргентинских подводников. «Если нам изменит удача и придется бороться с превосходящим противником, мы будем идти вперед, сражаясь до тех пор, пока наши корабли не погибнут», – записал в дневнике Вудвард.

«Ракет [«воздух-корабль»] у них штук пять. Будем надеяться, что одна – неисправна, две промажут, а остальные не поразят чего-то жизненно важного, – отмечено в дневнике контр-адмирала. – Когда постоянно ждешь атаки противника, то все, что появляется на экранах радаров, будь то стая чаек, альбатрос или фонтан кита, может показаться оператору пуском ракеты. При этом каждая вторая отметка на экране РЛС может оказаться именно тем, чего вы боитесь. Если противник не испугается, он будет в состоянии нанести скоординированный упреждающий удар по авианосцам. И, тем самым, нарушит любые надежды на успех амфибийной операции».

Несостоявшаяся битва авианосцев

Начиная с середины апреля, поиск вражеских кораблей на просторах Южной Атлантики вели три английские атомные субмарины. Действующую к северу от Фолклендских островов аргентинскую авианосную группу во главе с «25 мая» им обнаружить не удалось. Лондон предположил, что она могла, по различным причинам, временно покинуть объявленную зону боевых действий, и одобрил план командующего экспедиционной эскадры по нанесению бомбово-штурмового удара по Порт-Стенли.

Утром 1 мая в небо поднялись двенадцать Sea Harrier c Hermes и еще шесть с Invincible (оставшиеся два – в резерве). Они успешно отбомбились, не встретив серьезного противодействия ПВО. Ожидая возвращения самолетов, эскадра приблизилась к побережью на расстояние 70 миль. «Наше внимание было приковано к двенадцати самолетам ударной группы, возвращающимся на авианосец. Прикрытие соединения с воздуха осуществляли шесть истребителей с Invincible, - вспоминал английский контр-адмирал. - Это еще раз подтвердило необходимость иметь «вторую палубу»: без воздушного прикрытия, эскадра очень уязвима к авиаударам противника».

После полудня «харриеры» повторили атаку. И в первый, и во второй налет, летчики стремились вывести из строя взлетно-посадочные полосы и самолеты на стоянках, уничтожить радиолокационные станции, склады ГСМ и другие важные цели. Бомбы на аэродром Порт-Стенли сбросил и одиночный стратегический бомбардировщик Vulcan.

Британский адмирал ждал ответного авиаудара. Его тактический замысел состоял в том, чтобы демонстративными действиями выманить противника, заставив действовать в спешке. Отразить налет авиации предполагалось с помощью палубных истребителей и корабельных зенитно-ракетных комплексов Sea Dart, Sea Slug, Sea Cat и Sea Wolf.

При этом Вудвард надеялся, что анализ действий противника позволит установить примерное местонахождение аргентинского авианосца и навести на него подводные лодки. Атомные субмарины типа Swiftsure обладали заметным преимуществом по скорости хода и за несколько часов (максимум, сутки) могли бы занять ударную позицию. «Мы специально стремились втянуть аргентинский флот в боевые действия с нашими атомными подлодками, не выходя за границы объявленной боевой зоны», – вспоминал он.

Однако 1 мая ударную позицию смогла занять лишь одна лодка – аргентинская дизель-электрическая «Сан-Луис». Ее акустики установили контакт с надводной целью, используя пассивный режим работы гидролокатора Atlas Elektronik CSU 3. Цель квалифицировали как боевой корабль, предположительно фрегат проекта 22. Сблизившись на дистанцию менее мили, «Сан-Луис» выпустила торпеду SST-4. Она прошла мимо цели.

Впрочем, безрезультатными оказались и старания экипажей британских фрегатов - Brilliant и Yarmouth – по поиску и уничтожению подлодки, продолжавшиеся несколько часов. Неизвестно на что «ушли» несколько самонаводящихся противолодочных торпед с фрегатов и взаимодействовавших с ними вертолетов Sea King, и какой ущерб природе нанесли более тридцати сброшенных ими глубинных бомб. А всего на протяжении конфликта англичане применили свыше двухсот торпед и бомб, тщетно пытаясь уничтожить сильно досаждавшую им, но неуловимую «Сан-Луис» (две другие аргентинские подлодки отстаивались в базе).

Правда, аргентинские подводники и сами не сумели пустить на дно вражеский корабль, хотя и были близки к тому 11 мая. Тогда «Сан Луис» выпустила SST-4 по приближающимся фрегатам проекта 21 Arrow и Alacrity. Первая торпеда потеряла управление и «атаковала» морское дно, вторая угодила в буксируемое устройство – имитатор шумов, буксируемое HMS Arrow.

В книге воспоминаний адмирал Вудворд обошел этот момент стороной. Он лишь вскользь упомянул про аргентинские подлодки, назвав их «малыми», а аргентинские экипажи – не способными на результативную атаку английской эскадры. Дело в том, что 1 мая (и многие последующие дни) она действовала единой боевой группой, защищая авианосцы, что усложняло задачу вражеским подводникам.

«Думай или утонешь, говорят в английской школе тактики подводников Perisher. Если удар наносится с моря, то любой дозор – легкая добыча для опытного экипажа  подводной лодки. Одиночный корабль особенно уязвим. А вот группа из двух-трех и более кораблей представляет большую сложность, поскольку она эффективнее как при выполнении поиска и патрулирования, так и при применении противолодочного оружия и средств самообороны, не говоря уже о контрударе. Все командиры субмарин знают это. Независимо от национальности и уровня подготовки, все они предпочитают иметь дело с одиночным кораблем, когда наносят удар». Такие строки помещены в мемуары командующего эскадрой.

Ну а что же могучая аргентинская авиация? Она установила точное местонахождение британской эскадры вскоре после того, как первая бомба упала на Порт-Стенли. Первым английские корабли обнаружил взлетевший с авианосца S‑2E Tracker. Прикладывать каких-то особых усилий экипажу противолодочного самолета не пришлось. Англичане «помогли» противнику сузить зону поиска, подведя авианосцы на расстояние 100–150 миль к востоку от Фолклендских островов.

Tracker

Первая половина дня ушла на разработку плана авианалета, подготовку самолетов и экипажей. После обеда с континентальных аэродромов взлетело около сорока реактивных машин. Аргентинские истребители Mirage III попытались было очистить небо от прикрывавших эскадру «харриеров», но потерпели неудачу. Управление ударными группами оказалось затруднено, не всем удалось выйти на цель и отбомбиться прицельно. Ближе к концу светового дня истребители-бомбардировщики Dagger и бомбардировщики Canberra атаковали корабли охранения. Близкими разрывами бомб повреждены эсминец Glamorgan и фрегат Arrow.

Между тем, аргентинский авианосец тоже готовился нанести удар по британским. На палубе в полной готовности к вылету находились семь A-4Q с подвешенными бомбами Mk.82, и еще один самолет с двумя ракетами AIM‑9B Sidewinder. Однако «25 мая» имел короткую палубу, длиной немногим более двухсот метров. Спущенный на воду в далеком 1943 году, авианосец мог успешно работать с реактивными самолетами лишь при выполнении нескольких важных условий: хорошее состояние котлов, исправность паровой катапульты и ветер силой хотя бы пять-семь узлов. От удара палубных штурмовиков английскую эскадру спас полный штиль.

Атомная субмарина топит крейсер

Воздушная атака захлебнулась. Однако командующий британской эскадрой нервничал, ожидая активных действий надводных кораблей противника. «Для меня было страшным открытием, что британские субмарины так и не смогли обнаружить вражеский авианосец и пять кораблей его охранения. Я знал лишь нахождение группы крейсера «Бельграно» - она маневрировала слишком близко к Hermes, на расстоянии всего-навсего двести миль. Аргентинские моряки имели возможность атаковать нас».

Между тем, не добившись ожидаемых результатов дневных авианалетов, противник принял решение приостановить активные боевые действия до утра следующего дня. ВВС и ВМС Аргентины оценивали свою готовность к ведению боевых действий ночью как недостаточную. И опасались, что лучше подготовленный и технически оснащенный противник в темное время суток сумеет нанести им большие потери.

С наступлением вечерних сумерек аргентинское командование отдало приказы о прекращении полетов. Патрульные S‑2E Tracker на время перестали отслеживать маневры британской эскадры. Опасаясь обнаружения англичанами, командир северной корабельной группы поспешил отвести ее от Фолклендских островов.

Приказ на отход получила и южная группа во главе с «Бельграно». Она маневрировала за пределами объявленной англичанами двухсотмильной зоны боевых действий и, посему, считалась вне опасности. Между тем, на мостике HMS Hermes продолжали считать, что в любой момент могут попасть под удар аргентинцев. Наиболее вероятным сценарием считалась атака ракетоносцев под покровом ночной темноты.

Страхи насчет ночной атаки усиливались тем фактом, что к началу боевых действий у англичан было всего три летчика, подготовленных к ночным полетам с авианосцев. Они активно передавали свой опыт коллегам в ходе морского перехода из Плимута в Южную Атлантику. Но за пару недель опытным ночным «воздушным охотником» не станешь…

По мнению Вудварда, аргентинцы неспроста вывели флот в море и разделили его на две боевые группы. Он думал, что враг лишь дожидается подходящей возможности для «классического охвата противника». Сближаясь одновременно с севера и юга, две корабельные группы могли, словно в тисках, «зажать» английскую эскадру, сократить расстояние и выпустить ПКР ММ38. «Мы все могли искупаться в водах Южной Атлантики, замерзая и задаваясь вопросом, откуда могли взяться эти чертовы шестнадцать противокорабельных ракет?!» – пишет он. Именно такое количество «экзосетов» могли залпом выпустить эсминцы и фрегаты УРО из состава северной и южной групп противника.

В пылу событий Вудвард попросил подводников уничтожить южную группу. Позднее адмирал будет утверждать, что его первомайская просьба была вполне оправдана. По его мнению, аргентинцы были способны на активные действия в развитие вечернего авианалета. Выбив пару эсминцев, летчики сделали бы «прорехи» в обороне англичан, создав благоприятные условия для ввода в бой надводных кораблей.

Однако действующие в Южной Атлантике атомные субмарины подчинялись не командующему экспедиционной эскадрой, а центру управления подводными силами на юге Англии. Из-за разницы по времени и медлительности с принятием решений, передача команд велась с задержкой. Командир АПЛ Conqueror получил приказ атаковать обнаруженные ранее аргентинские корабли не 1 мая, как просил Вудвард, а лишь на следующий день, когда на то были получены все разрешения и одобрения. К тому времени «Бельграно» отошел от английской эскадры на почтительное расстояние, и непосредственной угрозы ей более не представлял.

Тонущий крейсер "Генерал Бельграно"

Торпеды Mark 8 вышли из аппаратов HMS Conqueror в 16:00 второго мая. Одна прошла мимо цели (по другим данным – попала в эсминец «Бочард», но не взорвалась), две другие поразили крейсер. «Бельграно» затонул в 17:57; из находившихся на борту 323 человека погибли, 772 спаслись. До сих пор не ясно, почему аргентинские эсминцы не стали преследовать HMS Conqueror? Возможно, их командиры не сразу разобрались в создавшейся ситуации или просто-напросто не захотели связываться с сильным противником.

Маневренный воздушный бой отменяется

Зная о высокой маневренности Sea Harrier за счет управляемого вектора тяги, аргентинцы рассчитывали расправляться с английскими истребителями в скоротечном воздушном бою на встречных курсах, применяя ракеты с радиолокационным наведением. Однако первые же стычки в воздухе показали, что старые французские Matra работают ненадежно, в то время как новейшие американские AIM‑9L со всеракурсной тепловой головкой самонаведения бьют без промаха.

Это оружие США направили союзнику в достаточных количествах по первому требованию. «Ракета Sidewinder AIM‑9L оказалась решающим оружием противоборства в воздухе», – вспоминает Вудвард.

Всеракурсных ракет Matra R530 с радиолокационным наведением к французским Mirage IIIEA восьмой авиагруппы ВВС Аргентины было немного. А те, что имелись, после пуска не могли удержать направление на маневрирующий самолет противника. Тепловые ракеты AIM‑9B, Matra R550 и Shafrir‑2 на поколение отставали от всеракурсных AIM‑9L, - они могли наводиться лишь на сопла двигателей. А зайти в хвост высокоманевренному Sea Harrier считалось практически нереальным.

Во всяком случае, так думали аргентинские авиаторы. Им были неведомы тактические приемы, разработанные американскими коллегами с секретной авиабазы Tonopah в пустыне Невада. Там лучшие воздушные бойцы США оттачивали свое мастерство. Летчики 4477‑й эскадрильи Red Eagles на МиГ‑21Ф/МФ, вывезенных из Египта и Индонезии, вступали в учебные сватки с американским вариантом «харриера» – основным самолетом Корпуса Морской Пехоты AV‑8А.

На горизонталях МиГ уступал оппоненту, но расправлялся с ним, переводя бой на вертикаль. Хотя AV‑8A обладал высокой тяговооруженностью, на маневрировании с большими перегрузками он быстро терял скорость. Суть разработанных тактических приемов сводилась к затягиванию оппонента в маневренный воздушный бой с таким расчетом, чтобы Harrier потерял больше скорости, чем МиГ‑21. Тогда последнему открывалась возможность результативной атаки сверху.

Об этом, в частности, пишет полковник Gaillard R. Peck в своей книге воспоминаний «America’s secret MiG squadron». Она вышла из печати в 2012 году. Первый командир «красных орлов» утверждает, что лично провел несколько воздушных поединков с «харриерами» на МиГ-21Ф, из которых всегда выходил победителем.

Аргентинские авиаторы вполне могли применить тактику «красных орлов» в борьбе с Sea Harrier, коль скоро Mirage III/V и МиГ‑21Ф/МФ близки по тактико-техническим характеристикам. Однако этого не произошло. Среди причин называют малый остаток топлива при полетах с континентальных аэродромов – над Фолклендами аргентинские летчики могли находиться лишь пару минут. Включение форсажа даже на короткое время приводило к перерасходу керосина. Отмечались случаи, когда «миражи» падали в море, полностью выработав топливо на обратном пути к базе.

Проведя анализ первомайских событий, аргентинцы стали избегать и маневренного, и встречного ракетного боя, предпочитая стремительные атаки с высоты несколько сот и даже десятков метров. Полет вблизи водной поверхности помогал избежать обнаружения радиолокационными станциями английских кораблей и самолетов.

Пришла пора подвести некоторые итоги событий 1-2 мая 1982 года. Несмотря на огромное численное превосходство аргентинцев в авиации,  британская экспедиционная эскадра сумела беспрепятственно подойти к Фолклендам на довольно близкое расстояние и без потерь выполнить два последовательных налета палубных штурмовиков на позиции защитников острова. Действуя совместно с кораблями эскорта, истребители-перехватчики с авианосцев сорвали в целом неплохой план аргентинского командования по нанесению скоординированных по времени авиаударов с нескольких авиабаз, уничтожив несколько самолетов противника. Создать «брешь» в авианосном ордере путем вывода из строя хотя бы двух-трех эскортных кораблей у аргентинских летчиков и подводников не получилось. А без этого ввод в бой эсминцев и фрегатов, вооруженных  противокорабельными ракетами, потерял смысл; соответствующий план пришлось отменить. Проведя более суток вблизи вражеских берегов, британская эскадра отошла. Через несколько дней, однако, она вернулась, чтобы нанести следующий удар по Порт-Стенли.

Продолжение


Владимир Карнозов

комментарии (5):

nafa      14/05/2015 [16:17:57]#1
На 1й фотографии в статье корабль на заднем влане - это который

nafa      14/05/2015 [16:17:58]#2
На 1й фотографии в статье корабль на заднем влане - это который

nafa      14/05/2015 [16:17:59]#3
На 1й фотографии в статье корабль на заднем влане - это который

nafa      14/05/2015 [16:22:31]#4
Я могу сформировать оперативное соединение из эсминцев, фрегатов, десантных кораблей и вспомогательных судов во главе с авианосцами Hermes и Invincible

...

На 1й фотографии в статье корабль на заднем плане - это который из них ? (А то трамплин, форма надстройки и маленькая башенка не похожи ни на то ни на другое).

АТИ      16/05/2015 [20:32:53]#5
На первом фото сзади - не британец, а наш "Адмирал Горшков", реинкарнировавший в индийскую Vikramaditya )))





Полная или частичная публикация материалов сайта возможна только с письменного разрешения редакции Aviation EXplorer.







Материалы рубрики

Александр Смолко
Цена вопроса – десятки миллиардов долларов
Сергей Байнетов
Иван Пстыго - маршал безопасности полетов
Aviation EXplorer
Улетел навсегда. На 78-м году ушел из жизни Анатолий Михайлович Трошин
Сергей Комиссаров
Разведчик ЛР с гермокабиной (проект 1935 года)
Владимир Рисухин
Гражданская авиация США: от поршневых – к реактивным (Часть 4)
Виктор Горлов
О Творческом фонде работников гражданской авиации
Владимир Рисухин
Гражданская авиация США: от поршневых – к реактивным (Часть 3)
Сергей Комиссаров
Лёгкий разведчик А.С. Москалёва (САМ-12 МВ-12 – проект 1939 г.)



Владимир Карнозов
Сорок лет первому серийному широкофюзеляжному авиалайнеру Ил-86
Сергей Комиссаров
Моно-биплан П.Я.Козлова (проект 1940 г.)
Aviation EXplorer
Навсегда в истории ВВС России
Aviation EXplorer
Незаконченный век Льва Берне
Владимир Рисухин
Гражданская авиация США: история и современность (Часть 2)
Сергей Комиссаров
Проект истребителя Н.М.Рабиновича, 1939 г.
Владимир Рисухин
Гражданская авиация США: история и современность (Часть 1)
Сергей Комиссаров
Ту-4 предлагали «сдвоить»…
АО "Гражданские самолеты Сухого"
10 лет первой публичной презентации летного экземпляра Sukhoi SuperJet 100
Роман Гусаров
20 лет для интернет-издания это целая эпоха
Илья Вайсберг
Только совместная работа авиастроителей и гражданских авиаторов даст достойный результат
Aviation EXplorer
Легендарный Ил-2 снова в небе
Валдис Пельш
Слово "подвиг", в отношении этих людей, было совсем не красным словцом
Алексей Горяшко
Не забывать ликвидаторов катастрофы в Чернобыле
Виктор Галенко
Cамолет «Гагарина» Як-18А нашел свой новый дом
Роман Гусаров
Рыбинским моторам - 100 лет
Александр Нерадько
К 60-летию первого регулярного пассажирского рейса на самолете Ту-104
Юлия Кузьмина
80 лет маршруту Прага-Москва авиакомпании Czech Airlines
МАРАП
Памяти Гипича Геннадия Николаевича
Н. М. Сафронова
100 лет со дня рождения Петра Лабазина
Евгений Сиротин
85 лет на службе крылатой отрасли
Aviation EXplorer
МГТУ ГА исполнилось 45 лет
Юлия Кузьмина
От первого спутника до системы ГЛОНАСС
Александр Книвель
Слово о матери
Владислав Катчан
Долг перед памятью
Журнал "Крылья Родины"
Неизвестные проекты: Як-42 как "грузовик"
Евгений Матвеев
Вертолет-амфибия - "единственный и неповторимый"
Олег Колесников, пенсионер
Самолет Як-18А. Судьба человека и самолета
Алексей Кондратов
В Шереметьево открыли памятник Ил-62
Евгений Матвеев
605 метров над Ухтомкой
Владимир Карнозов
Авианосцы в войне за Фолклендские острова (часть 2)
Владимир Карнозов
Авианосцы в войне за Фолклендские острова (часть1)

 

 

 

 

Реклама от YouDo
Арендовать микроавтобуса за город на http://perevozki.youdo.com/passenger/minibuses/route/outoftown/fare/zakaz/.
Смотрите: аренда бульдозера Москве цена где заказать, подробности по ссылке.
Юридическое сотрудничество, подробности на youdo.com.
 
РЕКЛАМА ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ АККРЕДИТАЦИЯ ПРЕСС-СЛУЖБ

© Aviation Explorer