Иногда задаешься вопросом: почему понятие "авиация" ассоциируется непременно с определением "гражданская" или "военная"? Как говорится, принципы и крылья одни и те же. Но, кроме общих конструктивных решений и в ряде случаев схожих задач по использованию (гражданские самолеты и самолеты ВТА), военная авиация отличается, прежде всего, своим предназначением. Так, к примеру, для испытаний зенитных ракетных комплексов использовались самолеты-мишени с аэродромным взлетом, созданные на базе боевых самолетов, управляемые по радиокомандам, подаваемым с наземных станций. До боевого применения на самолете выполняется пробежка. Летчик, находясь в самолете, контролирует при включенной системе автовзлета поведение самолета до отрыва переднего колеса, затем отключает автоматику и прекращает разбег. Потом полет, в котором пилот отстраивает автоматику, обеспечивающую полет по радиокомандам.

        Экипаж к полетам допускался после многократных тренировок приказом по части. Перед каждым полетом экипаж проходил обстоятельный тренаж по действиям в особых случаях, что, как показала практика, необходимо. Так, в одном полете при включении автоматики самолет перевернуло, летчик среагировал моментально, отключил аварийно автоматику и восстановил нормальное положение самолета. В другом полете при подаче радиокоманды "снижение" самолет резко бросило вниз. Но, как и инструктировали, летчик был готов мгновенно отключить автоматику (палец над кнопкой аварийного отключения). Ни одной катастрофы или аварии по вине летно-технического состава не было.

        Мне довелось 7 лет командовать подразделением радиоуправляемых самолетов-мишеней в 60-х годах. Обеспечивали испытания "Стрел" и "Шилки", а также комплекса "Куб". В мою обязанность входило, кроме руководства подразделением, лично поднимать пару истребителей сопровождения, нажимать кнопку "Старт" и при необходимости давать радиокоманду на прекращение разбега мишени.

        Самолет, взлетающий и совершающий полет без летчика, преподносил немало сюрпризов.

        ...Показ новейших зенитных ракетных комплексов министру обороны Маршалу А. Гречко на соседнем полигоне. Улетали со своего аэродрома, температура была + 10°, а назавтра на новом полигоне в день пусков под 40 градусов жары да боковой к взлетной полосе ветер более 30 метров в секунду. Выльешь на комбинезон ведро воды - и тут же становишься сухим. Но высокое руководство, в том числе и прибывший наш авиационный руководитель генерал П. Кутахов, приняло решение: показу быть! Пронеслись слухи: с кресла улетел сорванный ветром китель А. Гречко, на одном из ракетных комплексов отказы. Все это не добавляло оптимизма. Но работа началась. Первыми запускает самолет-мишень местная команда РУМ. Немного пробежав, самолет под действием боковика сошел с ВПП и побежал по полю. Дали "Стоп". Теперь наш черед. Ставлю самолет под углом градусов 30 к ветру. Взлетел нормально, с полосы не сошел. Но, набрав метров 70 высоты, вдруг опускает нос. Взрыв. Гречко-Кутахову: "Почему у тебя самолеты не летают?". Небольшой перерыв, начинаем разбираться. Времени в обрез. Сообразили проверить давление в амортизаторе передней стойки. Оказалось, в 1,5 раза выше, чем по инструкции, жара повлияла. Из-за жесткой амортизации при разбеге по бугристой грунтовой ВПП выходили из строя детали продольного канала автопилота. Снизив давление в амортизаторах, производим запуск. Ракета поражает мишень с большим эффектом, попав в топливный бак с малым количеством топлива. Очевидцы передали потом, что адмирал флота С. Горшков тут же заявил: "Беру ракету на корабли".

        Прошло время. Многие из сослуживцев, уйдя в запас, работали на предприятиях МАП, в АТБ аэропортов. Часть летного состава освоила гражданские Ту" и Илы". Принцип "крылья у нас одни" выдержал все испытания.