Российских пилотов, как правило, вербуют фирмы, именующие себя официальными представителями крупных международных авиакомпаний. Чем больше завербованных душ, тем солиднее комиссионные.

        Потратив на летчика из России около 50 тысяч долларов (оформление документов, аванс, билеты и прочие «накладные» расходы), фирма-посредник «продает» его африканским партнерам примерно за 5 млн долларов. Рекруту независимо от его показателей говорят, что он с блеском сдал экзамен и ему осталось всего ничего - поставить подпись в контракте и, самое главное, получить аванс. Как правило, 1-2 тысячи долларов отбивают всякую охоту читать безразмерный контракт. А зря...

        В Москве примерно 5 фирм вербуют летчиков по такой схеме. По сути, это фирмы-невидимки - у них нет лицензии, они не имеют юридического адреса.

        Второй путь в Африку лежит через российские авиакомпании, которые из-за отсутствия денег на зарплату, ремонт машин вынуждены посылать летчиков в длительные командировки. Проще говоря, сдавать своих работников в аренду африканским авиакомпаниям вместе с самолетами. Но если в России худо-бедно следят за состоянием машин, то в Африке самолетом принято называть любой металлолом, способный летать. Результаты - трагические. Только за последние два года на Черном континенте пропали 5 экипажей, принадлежащих государству («Пермские моторы» - сентябрь 98-го, «Летно-исследовательский институт имени Тротова» - октябрь 98-го, «Вымпел» - декабрь 99-го...).

        Только когда нашим пилотам уже в Африке показывают Ан-32 1980 года выпуска, на котором им предстоит летать, тогда приходит прозрение. Но все претензии разбиваются о контракт, где сказано, что у них есть только обязанности и никаких прав.

        Если в начале 90-х почти все африканцы с симпатией относились к российским пилотам - и повстанцы, и правительственные чиновники, и рядовые граждане, то в последние несколько лет в отношениях возникло напряжение.

        Ни для кого не секрет, что перевозят наши летчики отнюдь не консервы-картошку, а оружие и боеприпасы. Нередко повстанцы похищают наших пилотов в надежде получить от посольства выкуп или обменять на арестованных соратников.

        - Я уже три года езжу в Москву из Иркутска, посылаю письма - и все без толку, - говорит жена Виктора Петухова, одного из пропавших пилотов, - нас за людей не считают: за все это время ни одного конкретного ответа о судьбе мужа - только отписки: все в порядке, ждите, ведутся успешные переговоры, которые близятся к концу. Представляете, три года длятся их успешные переговоры. Я не выдержала, пошла в МИД и прямо спросила: «Когда вернется муж?» Мне так же прямо ответили: «Муж твой, ты и езжай за ним». Так давайте я поеду, только денежек подкиньте. У меня дети и зарплата 400 рублей, которую я не помню когда получала.

        - Меня удивляет ваше государство, - говорит Сигнар Ольсен, журналист датской газеты «Юлландс-Постен», который уже семь лет занимается проблемами Африки. - Более полугода на сайте унитовцев в Интернете «висит» информация о том, что они хотят отдать пленных летчиков любому, кто готов их забрать. Я думал, что русские не знают об этом, поэтому связался с МИДом и предложил изучить сайт. Недели через две мне пришло письмо, суть которого сводится к тому, что негоже правовому государству разговаривать с бандитами. Но ведь ситуация в этом регионе Африки постоянно меняется. Интересно, если завтра повстанцы, свергнув сегодняшнюю власть, станут править страной, будет ли ваше правительство вести с ними переговоры о судьбе своих граждан?

        * * *

        АЛЕКСЕЮ КОЗЛОВУ 42 года, 19 из них он проработал летчиком, 6 - в Африке. Прежде чем отвечать на вопросы «ОГ», поставил жесткое условие - изменить фамилию. Сказал, что боится за семью.

        - Алексей, что заставило вас сменить место работы?

        - «Аэрофлот» задолжал нашему отряду зарплату за пять месяцев. А у меня жена, двое детей.

        - Как вы оказались в Африке?

        - В августе 93-го мне позвонил коллега Игорь Савин. Предложил съездить на собеседование в гостиницу «Космос». Сказал, что американская компания приглашает пилотов поработать на современной технике плюс двадцать тысяч долларов в месяц.

        - Семья была против?

        - Сначала - да. Но мне дали аванс - 900 долларов - и родственники успокоились. Из 72 претендентов отобрали 28 человек. А спустя время снова пригласили в «Космос», где вручили еще по семьсот долларов, билеты и контракты. Но вместо Голландии и «KLM» мы попали в Африку. В Шереметьево-2 нам объяснили, что в течение испытательного срока, примерно год, будем работать в Конго, получая столько же. А потом лучшие отправятся в Германию и США.

        Сказали, что работать будем на новеньких Ан-32, возить сельхозтовары. Соврали. Самолеты оказались десятой свежести. Жили в Киншасе, в гостинице. Тараканы, клопы, грязное белье, зато был кондиционер, но не было электричества. За этот бардак мы должны были платить 700 долларов в месяц... Через два месяца уже совершали пробные полеты.

        - Встречали других российских пилотов?

        - Многих. И, к сожалению, не всегда живых. При нас на Родину были отправлены трупы примерно 30 летчиков из России. Два самолета были сбиты над Браззавилем. Пилотов не нашли. Четыре экипажа были захвачены в плен повстанцами, летчики были расстреляны за пособничество правительству. Меня и Савина Бог спас. Однажды американцы привезли какие-то ящики и предложили за их доставку в Весо (город к северу от Браззавиля) около миллиона долларов. Наши хозяева не смогли вырвать контракт, и полетел белорусский экипаж. Больше их никто не видел. В ящиках, говорят, были кассетные бомбы, они и взорвались в полете.

        - Не было желания бросить все и вернуться?

        - Желание-то было, но как лететь из Африки в Россию на самолете, который может упасть в любой момент. Паспорта у нас отобрали. Через год работы сократили зарплату до 2 тысяч, запретили общаться по телефону с семьей, писать письма. Пять лет мы прожили в полной изоляции.

        - Алексей, вы знаете, сколько зарабатывали ваши хозяева?

        - Точно трудно сказать. Фирма «Belkavia», на которую мы «пахали», зарабатывает на российских летчиках миллионы долларов в год. Наши пилоты неприхотливы, кстати, как и «Аны», которые можно использовать на грунтовых аэродромах, что важно в африканских условиях. Плюс приличная летная выучка и дисциплина.

        - Как вы вернулись на Родину?

        - Новый президент Конго запретил использовать российскую авиатехнику. Нас отвезли в посольство, и оттуда мы улетели в Россию.