В пятницу саудовский спецназ штурмом взял самолет Ту-154 "Внуковских авиалиний", угнанный накануне чеченскими террористами из Стамбула. Во время операции погибли русская стюардесса, заложник -- гражданин Турции и был убит один из преступников. Освобожденные пассажиры самолета рассказали корреспонденту Коммерсанта о том, как все произошло.

        "Когда самолет оторвался от земли, из кухни послышался звон посуды и приглушенные ругательства. Через несколько минут оттуда выскочили какие-то кавказцы и бросились через весь салон к кабине пилотов. За собой они тащили окровавленного мужчину в летной форме. Как я потом узнала, это был бортпроводник Саша Хромов. Его ранили ножом в живот".

        Монику Туркан, пассажирку злополучного рейса, корреспондент Ъ нашел в отеле Sheraton. Там ее вместе с другими пассажирами разместили саудовские власти. Моника работает парикмахером в Кишиневе, в Стамбул летала к своему другу. На обратном пути решила посетить Москву. Хотела посмотреть Красную площадь.

        "К нам вышла стюардесса Юля,-- продолжает Моника.-- Она просила всех сохранять спокойствие. Но руки и подбородок у нее прямо тряслись. Затем снова послышались ругательства и глухие удары. Кавказцы пытались выбить ногами дверь кабины пилотов. Видимо, их впустили -- самолет резко завалился на правый борт и, как мне показалось, начал падать. (На самом деле террористы пробыли в кабине пилотов считанные секунды -- экипаж вышвырнул их забаррикадировался.-- Ъ.) Громко заплакали дети -- их в салоне было много. Взрослые сидели молча, вцепившись в поручни руками. Было страшно даже пошевелиться. Когда через несколько минут самолет выровнялся, в салоне началась паника. 'Да объясните же наконец, что случилось?' -- кричали все. 'В салоне террористы. Они требуют изменить маршрут и ранили стюарда',-- ответила Юля.-- Видимо, нам придется изменить курс'.

        Через несколько минут в салоне появились и сами террористы -- мужчина лет сорока пяти и двое совсем молодых парней. В руках у них были два кухонных ножа и топорик для разделки мяса, видимо, тоже взятый на кухне.

        'Всем сидеть,-- сказал старший из них.-- Летим в Саудовскую Аравию. Кто дернется -- прирежем'".

        Угрозы напугали не всех. Но первыми выяснять отношения с террористами начали не русские пассажиры, а арабы. Рассказывает Елена Рыскина. Она возвращалась в Санкт-Петербург из командировки в Турцию.

        "К главарю террористов обратился солидный араб. Говорил он по-английски, и террорист знаками показал, что ничего не понимает. Мужчина перешел на арабский, но тот опять ничего не понял. Тогда кто-то из пассажиров перевел главарю слова араба. Тот говорил, что он гражданин Саудовской Аравии и в его стране террористам отрубают голову. 'Переведите ему, что я гражданин Ичкерии,-- потребовал террорист.-- И живым сдаваться не собираюсь'.

        В этот момент с задних рядов поднялась женщина: 'Мужики, вас же здесь вон сколько, а их всего трое! Вы что, не можете их скрутить? Одного-двух пырнут, зато остальные живыми останутся!`

        К ней тут же бросился один из чеченцев: 'Молчи, дура!' И замахнулся топориком. А потом опустил его и, усмехнувшись, сказал: `Ты что думаешь, у нас, кроме ножей, ничего нет? Есть еще и гранаты (кавказец похлопал по оттопыренным карманам). Взлетишь на воздух вместе с нами!'

        В это время где-то в хвосте поднялись несколько мужчин. Они крепко выпили перед полетом, и их потянуло на подвиги. Но к ним тут же подбежала другая стюардесса, Света.

        'Вы что, с ума сошли? -- сказала она сквозь слезы, рассаживая пассажиров по креслам.-- Под нами семь тысяч метров! Если они взорвут гранату -- всем конец! Я хочу вернуться домой, у меня двое детей'.

        В итоге все успокоились".

        "Самолет совершил посадку, когда уже стемнело,-- вступает в разговор Моника Туркан.-- Выглянули в иллюминатор -- вокруг словно пустыня, ничего не видно. Даже сначала не поняли, где мы. Только потом Света объяснила, что приземлились в аэропорту Медины и нас отбуксировали куда-то на дальнюю стоянку.

        Ночь, проведенную в самолете, вспоминаю с ужасом. Ведь я же астматик, а была такая жара и духота, что многие просто падали в обморок. Кислород в самолете кончился, наверное, через час после того, как мы сели, а открывать двери и люки террористы категорически запретили. Ближе к ночи кончилась и вода. Дети плакали и кричали до рассвета. Да так громко, что у меня уши до сих пор заложены. К утру их крик, видимо, надоел и самим террористам. Они открыли задний люк и выпустили всех детей с мамами и нескольких стариков. Всего человек пятнадцать. При этом люк закрыть то ли забыли, то ли не сумели -- в итоге еще столько же пассажиров сбежали сами.

        Затем террористы разрешили подогнать к самолету грузовик со сжатым воздухом. Когда в салон по шлангу стали закачивать кислород, стало немного полегче. Но у меня уже начался приступ астмы. Увидев, что я задыхаюсь, главарь сжалился. Вначале предложил мне лететь с ними в Германию, где, мол, хорошие врачи. А когда я отказалась, велел своим подручным вышвырнуть меня из самолета, что они и сделали".

        "Я оставалась на борту и видела штурм,-- продолжает Елена Рыскина.-- Экипаж самолета вел с ними переговоры через дверь. Слышно было, что чеченцы собираются лететь в Афганистан к талибам, но саудовские власти взлет не разрешили. В иллюминаторы мы увидели, как самолет оцепили солдаты. Подогнали даже бронетехнику. Главный из чеченцев нервничал, кричал, что взорвет самолет. И местные власти сделали вид, что согласились на их требования. Самолет заправили топливом, принесли воду. За это террористы отпустили еще человек двадцать.

        Прошло около часа. Войска отвели с поля, а неподалеку на полосе появились военные самолеты. Мы даже решили, что они будут нас сопровождать во время полета.

        В этот момент чеченцы снова стали ломиться в дверь кабины пилотов и рубить ее топориком, но командир их не впустил. Старший из бандитов крикнул ему: 'Взорвем дверь. Всех зарежем и полетим сами. У нас есть пилот'. Из-за двери ответили матом, но потом мы услышали, как запустился один из двигателей. Чеченцы, все еще находившиеся у кабины, начали обниматься, поздравлять друг друга. А мы все прилипли к иллюминаторам -- с двух сторон к лайнеру ехали трапы с автоматчиками в бронежилетах. Все произошло в одно мгновение. В салон влетели выбитые спецназом люки, и началась стрельба. Я, как и остальные пассажиры, закрыла голову руками и пригнулась к полу. Когда дым рассеялся, двух террористов уже волокли вниз, а третий лежал на полу в крови. Через пару минут подогнали автобусы. Нас буквально вышвыривали из самолета на надувные трапы, опасаясь, видимо, что на борту самолета осталась взрывчатка.

        Когда привезли в отель, мы снова оказались в блокаде. Вокруг здания и на каждом его этаже встали полицейские. Они никого не выпускали и не впускали. А нами занялись люди в штатском -- сотрудники саудовских спецслужб искали сообщников террористов. Переводчиками у них были студенты, приехавшие на стажировку из мусульманских республик бывшего СНГ".

        Во время спецоперации погибли два заложника. Стюардессу Юлию Фомину зарезал один из террористов. Гражданин Турции Гюрзель Камбал был убит шальной пулей. Еще несколько пассажиров и членов экипажа оказались в больнице. У одних не выдержало сердце и обострились хронические болезни, другие получили легкие ранения и травмы. Командир экипажа Николай Виноградов, выпрыгивая из окна пилотской кабины, сломал руку.

        Освобожденные заложники должны вернуться в Москву в выходные.