Сегодня стало известно, что авиакомпания "Владивосток-авиа" согласилась выплатить компенсации морального ущерба родственникам пяти человек, которые погибли в авиакатастрофе самолета Ту-154 под Иркутском, без принятия судебного решения. Это согласие еще не подтверждено документально, но адвокатам родственников представители авиакомпании заявили, что они не хотели бы доводить дело до суда.

        - Позавчера мы передали в авиакомпанию претензии наших клиентов относительно компенсации морального ущерба родственникам погибших, - сообщил "Известиям" и.о. генерального директора адвокатского бюро "Либерти" Александр Ковальчук. - После переговоров мы пришли к решению, что первые пять исков, которые мы подготовили для наших клиентов, не будут передаваться в суд. В ближайшее время мы определимся с суммами, которые будут выплачены родственникам. Естественно, они будут меньше тех, что были указаны в первоначальных исках. Но наши клиенты относятся к этому с пониманием, учитывая то, что судебный путь решения конфликта - длительный и непростой.

        Приморский адвокат отметил, что представители авиакомпании с пониманием относятся к родственникам жертв трагедии и не собираются оспаривать их право на моральную компенсацию.

        - Для авиакомпании гораздо выгоднее договариваться с близкими погибших, чем судиться с ними, - подчеркнул Ковальчук. - Более того, авиакомпания "Владивосток-авиа" уже возместила стоимость утраченного багажа и материально помогала при организации похорон жертв катастрофы.

        По мнению адвоката, если близкие жертв авиакатастрофы получат деньги, то появится прецедент, благодаря которому возмещения морального ущерба смогут потребовать и другие родственники. Кроме того, выработанная при подготовке этих исков технология будет полезна и в других подобных случаях.

        - Жизнь наша такая, что от катастроф никто не застрахован, а в России помощью родственникам жертв таких трагедий почти никто из юристов не занимается, - рассказал Ковальчук. - Дела эти достаточно сложные, так как порой речь идет о потере единственного кормильца, которую доказать при нашей неразберихе бывает сложно.