Катастрофа Ми-26 близ Ханкалы, возможно, станет если не самой трагической за все время существования армейской авиации России, то за время контртеррористической операции в Чечне - точно. В одно мгновение погибли больше военнослужащих, чем в начале марта 2000 года в районе Улус-Керта, когда в тяжелейшем и продолжительном бою сложили головы 84 псковских десантника.

        19 августа около 17 часов недалеко от штаба Объединенной группировки войск потерпел катастрофу вертолет Ми-26, совершавший рейс из Моздока в Ханкалу. Вертолет перевозил от 80 до 150 военнослужащих Минобороны России, направленных на замену личного состава, а также возвращавшихся из отпусков офицеров и прапорщиков. По предварительным данным, спасены только 33 человека.

        Как обычно в таких случаях, президент России Владимир Путин поручил "самым тщательным образом расследовать" крупнейшую с начала второй чеченской кампании авиационную катастрофу. В Чечню срочно вылетели заместитель министра обороны России генерал-полковник Николай Кормильцев, который возглавит комиссию Минобороны России, вместе с ним вылетел и командующий армейской авиацией Сухопутных войск РФ генерал-полковник Виталий Павлов. На место трагедии, прервав поездку по районам, пострадавшим от наводнения, срочно прибыл полномочный представитель президента в Южном федеральном округе Виктор Казанцев. Главная военная прокуратура назначила руководителем следственной группы начальника одного из управлений Главной военной прокуратуры генерала-майора юстиции Александра Арутюняна. А позже по указанию президента России в Чечню отправились генпрокурор Владимир Устинов (в первый раз за долгое время) и министр обороны Сергей Иванов. Все - как два года назад...

        Что бы ни случилось с вертолетом на самом деле, ясно, что его пассажиры стали жертвами войны в Чечне, из которой власть уже три года не может найти выход. Поэтому выводы о причинах катастрофы в любом случае будут носить политический характер: как сообщил заместитель генпрокурора РФ Сергей Фридинский, по факту катастрофы прокуратурой возбуждено уголовное дело по ст. 205 УК РФ (терроризм) и ст. 105 (умышленное убийство).

        По совершенно непонятным причинам информация о количестве погибших и раненых тщательно скрывается официальными представителями Минобороны, поэтому точное число жертв установить пока невозможно. По одним данным, в полетный лист вертолета, кроме экипажа, были включены 24 офицера, 12 прапорщиков, 98 сержантов и солдат контрактной и срочной службы, 2 человека гражданского персонала, а также член семьи одного из военнослужащих плюс 5 членов экипажа - итого 142 человека. По другим данным, на борту Ми-26 находились 151 военнослужащий Минобороны, 5 членов экипажа и не установленное пока число гражданских лиц, не вписанных в полетный лист.

        Предварительно выдвинуты две официальные версии катастрофы вертолета. Первая - обстрел машины боевиками либо из крупнокалиберного пулемета, либо из переносного зенитного ракетного комплекса (ПЗРК). Вторая - неисправность вертолета. Обращает на себя внимание, что в самых первых сообщениях о трагедии вечером в понедельник неназванные представители военного командования однозначно говорили не о "падении" или "аварии", а о том, что вертолет был сбит боевиками зенитной ракетой. Возможно, они просто говорили то, что видели. И только потом стала появляться вторая версия - о технической неисправности. Со временем появилась и третья - перегрузка.

        Первую версию подтверждает официальный сайт чеченских боевиков, сообщивший о том, что "группа моджахедов из состава спецподразделения мобильных сил противовоздушной обороны уничтожила транспортный вертолет Ми-26 с несколькими десятками русских агрессоров на борту над территорией военный базы оккупантов Ханкала с помощью ПЗРК "Игла" российского производства". Мало кто сомневался, что чеченские сепаратисты заявят о том, что это именно они сбили вертолет. Стоит заметить, что информструктуры чеченских боевиков "брали ответственность" абсолютно за все инциденты с летательными аппаратами федеральных сил в небе над Чечней, даже за те, к которым боевики не имели никакого отношения. Поэтому полностью доверять этим источникам нельзя. Кстати, они и на этот раз не сумели согласовать свои сообщения. Разные чеченские источники противоречили друг другу, например, в части использования зенитных комплексов. В то время как одни говорили о "Стреле", другие хвастались "Иглой".

        Комментируя по просьбе "НГ" версии катастрофы, генерал-майор и депутат Государственной Думы Николай Безбородов (в прошлом вертолетчик и профессионал высокого класса) сказал: "Вертолет Ми-26 - одна из самых надежных машин. Он соединил в себе высокие летные характеристики своего предшественника Ми-6 и надежность автоматики Ми-8". Поэтому, по его предположениям, одной из вероятных версий является попадание выстрела из крупнокалиберного пулемета в одну из систем машины и, как следствие, ее возгорание. Не исключил он и версии возникновения пожара в двигателе вертолета из-за технической неисправности, хотя и подчеркнул высокую надежность Ми-26. Как не вполне состоятельную охарактеризовал Николай Безбородов версию о попадании зенитной ракеты: в этом случае, по мнению генерала, вертолет разрушился бы еще в воздухе, ни о какой аварийной посадке речи идти не могло. Но, как известно, экипаж сообщил о хлопке и последующем пожаре в правом двигателе, после чего пошел на аварийную посадку.

        Действительно, взрыв ракеты с массой боевой части 1,17 кг едва ли можно назвать хлопком, а при попадании в двигатель заряд наверняка разрушил бы управляющие тяги и сам несущий винт. В этом случае никакой авторотации, позволяющей совершить посадку при отказе двигателей, быть не могло, и вертолет просто рухнул бы на землю. В данном случае наверняка бы погиб экипаж: кабина пилотов - самое незащищенное место. Но экипаж и часть пассажиров спаслись - значит, пилоту все-таки удалось посадить машину. Что же произошло дальше? Как известно, Ми-26 приземлился на окружающее аэродром (как того требуют инструкции) минное поле, посадка эта не была мягкой. Скорее всего сработало несколько противопехотных мин, и взрыв повредил топливные баки, расположенные у днища вертолета. Только так можно объяснить то, что спаслись только экипаж и 28 пассажиров, находящихся недалеко от двери в передней части вертолета. Другие просто не успели выбраться - кормовую аппарель, судя по всему, заклинило при взрыве или при ударе о землю.

        Источник в Минобороны, попросивший не называть своего имени, выдвинул еще одну версию. По опыту Афганистана вертолет способен перевозить около 60 десантников в полной экипировке, то есть максимальная загрузка могла быть не более 120 человек. Реально в машине находились более 130 человек и наверняка какой-то груз, то есть вертолет был перегружен. Посадка на аэродроме Ханкала связана с трудностями: вертолеты, перелетая через горный хребет, вынуждены буквально пикировать на достаточно короткую взлетную полосу. Низкая горизонтальная скорость и большая высота, с которой вертолет буквально "падает" на посадочную полосу, могут вызвать серьезные перегрузки, которых просто не выдержали узлы и агрегаты перегруженной машины. В завершении разговора наш собеседник сказал: "Этот рейс вообще одно сплошное нарушение", но от дальнейших комментариев воздержался.

        И в том и в другом случаях вывод должен быть однозначен: Москва не извлекла никаких уроков из "вертолетопада", который буквально обрушился на авиационную группировку федеральных сил в начале этого года. Напомним, что с начала этого года в Чечне было зарегистрировано шесть авиационных происшествий, в результате которых погибли 22 человека, еще 3 до сих пор числятся пропавшими без вести. Похоже, не были сделаны и соответствующие выводы из информации о том, что у боевиков появились переносные зенитно-ракетные комплексы. Для исключения обстрелов заходящих на посадку или взлетающих самолетов и вертолетов от обстрелов из ПЗРК или зенитных пулеметов на близлежащих высотах должны были быть предусмотрены блокпосты.