Август вновь оправдал звание месяца российских катастроф. Три года назад страна была потрясена последовавшими с коротким интервалом трагедией "Курска" и пожаром Останкинской телебашни. Год назад в это же время посадка-падение подбитого "Ми-26" на минное поле близ Ханкалы привело к невиданным в истории российской военно-транспортной авиации жертвам - 121 человек. 20 августа нынешнего года в катастрофе "Ми-8" на юге Камчатки погибла большая часть руководства Сахалинской обл. во главе с губернатором Игорем Фархутдиновым. Шесть дней спустя во время учений "Восток-2003" при заходе на посадку на Сергеевский полигон в Приморье столкнулись два вертолета "Ми-24". Помимо крупных происшествий было множество более мелких, которые только подтверждают общее правило: конец лета в России почему-то особенно опасен. Впрочем, другие времена года также не слишком благополучны, в частности с точки зрения воздушных катастроф.

        Одновременно с поисками пропавшего "Ми-8" с руководством Сахалинской обл. проходил процесс над летчиками другого "Ми-8", который весной прошлого года перевозил губернатора Красноярского края Александра Лебедя. Пилотам вменяется в вину нарушение дисциплины полета, в частности уклонение от заданного маршрута и высоты (в результате чего винтокрылая машина зацепилась за ЛЭП и разбилась). Ту же причину - своевольное уклонение от маршрута - называют в качестве основной предварительной версии трагедии на Камчатке. Более сильными, но схожими словами - "бравадой" и "воздушным хулиганством" - объясняет министр обороны Сергей Иванов происшедшую на его глазах катастрофу в Приморье. Куда ни кинь, везде, по крайней мере по официальной версии, обнаруживается на первом месте человеческий фактор.

        В принципе это может показаться удивительным, поскольку еще недавно причиной всех бед назывался в основном износ техники и оборудования - главная, помимо внешнего долга, составляющая "проблемы-2003". Теперь это популярное два-три года назад словосочетание вообще не употребляется, хотя износ за истекшее время не только в промышленности, но и в действующем авиапарке только усилился. Теперь, по-видимому, следует говорить об износе чего-то другого - дисциплины, ответственности и даже чувства самосохранения. Это сказывается как в воздухе, так и на земле. Самолеты и особенно вертолеты уклоняются от заданных курсов, летят с перегрузкой, что многократно увеличивает риск катастрофы и число возможных жертв (даже в случае с "Ми-26", хотя первопричиной трагедии послужил выстрел боевика, количество погибших было бы куда меньше, если бы не загрузка "выше крыши"). Разумеется, перегруженность случается не просто так: авиакомпании стремятся побольше выжать из своего достаточно устаревшего парка. С другой стороны, налицо и дефицит "бортов", и желание, происходящее отнюдь не от хорошей жизни, самих пилотов заработать на "левых" пассажирах и грузах.

        Разумеется, Россия - вообще страна "рисковая". Как говорится, какой же русский не любит быстрой езды, в результате чего у нас в ДТП гибнет ежегодно почти столько же человек, сколько в США, хотя тамошнее население больше нашего в два раза, а автопарк - в пять. Причем страдают от лихачества отнюдь не только рядовые граждане. В прошлом году на той же Камчатке жертвами пьяного водителя едва не стали руководители области и секретарь Совбеза РФ Владимир Рушайло, получившие серьезные травмы (несколько человек охраны погибло).

        Социологи говорят не только о специфическом национальном "авось пронесет", но и о психологии смутного времени, когда вмешиваются факторы, дополнительно притупляющие чувство самосохранения (дескать, кто не рискует, тот не пьет шампанского - вот и ездят, и летают как попало). В отличие от смутных времен прошлого, теперь "ставка на риск" серьезно усугубляет российские проблемы. В частности, демографические, хотя 40 тыс. ежегодных жертв ДТП в масштабах России - не так много, но раньше это число легко компенсировалось за счет роста населения. А теперь, когда население страны вымирает вмасштабах почтимиллиона человек в год, такие жертвы невосполнимы.

        Впрочем, некоторые положительные изменения в сознании россиян все-таки происходят. Если не на уровне самосохранения, то в плане ответственности за жизни других. Наши генералы перестали бездумно рисковать жизнями своих подчиненных в таких масштабах, как раньше (вспомним неподготовленный штурм Грозного 31 декабря 1994 г.). Заботиться о себе самих государство, которое на протяжении стольких лет не проявляло о гражданах никакой заботы, заставить людей вряд ли сможет. Разве что в очередной раз ужесточит законы и проведет пропагандистскую кампанию в духе советского времени (когда было принято "укреплять дисциплину и ответственность"). Спасение утопающих, как говорится, дело рук самих утопающих. То, что Россия по-прежнему тонет - в пучине демографических и прочих проблем, сомнений, увы, не вызывает. Несмотря ни на какой экономический рост.