Количество авиационных происшествий и катастроф в государственной авиации, куда входят летательные аппараты всех российских силовых ведомств, за прошедший год, увы, не уменьшилось. Скорбную статистику "от августа до августа" вчера привел начальник Службы безопасности полетов (СБП) вооруженных сил генерал-лейтенант Сергей Солнцев. Из 13 авиационных происшествий девять случилось в частях Минобороны. Как бы подтверждая многолетнюю статистику, и в этот раз примерно 80% происшествий связано с так называемым человеческим фактором. Причем этот фактор, утверждает генерал Солнцев, в авиации проявляет себя как при организации и подготовке полета, когда виновниками становятся наземные службы, так и в воздухе. Из девяти аварий самолетов, принадлежащих военному ведомству, лишь в трех виновата отказавшая техника, в остальных -- люди. Последний пример -- столкновение двух вертолетов огневой поддержки Ми-24 на Дальнем Востоке: погибли шесть членов экипажа.

        По словам генерала Солнцева, еще девять авиационных происшествий стоят особняком, так как они произошли в Чечне. Впрочем, лишь четыре из них связаны с огневым воздействием, то есть летательные аппараты были подбиты. Остальные опять-таки произошли по вине личного состава. Самый характерный случай -- вертолет зацепился за линию электропередачи.

        Печальный общий итог: 22 происшествия "от августа до августа", в которых погибли 22 же человека -- как члены экипажа, так и пассажиры. За предыдущий аналогичный период число аварий и катастроф было меньше -- 19.

        Что касается недавней дальневосточной трагедии, то генерал Солнцев подтвердил факты, изложенные в газете "Время новостей" в номере за 27 августа в статье "Списать на хулиганство". Вертолеты действительно должны были заходить на посадку парами (этот факт активно отрицал Сергей Иванов), но по разрешению руководителей полетов прошли над аэродромом четверкой развернутым строем. Это упражнение предполагало и одновременную посадку четырех машин плотным строем. Летчики с ним не справились.

        В Дальневосточном военном округе продолжает работать комиссия, но причина трагедии, по словам г-на Солнцева, очевидна уже сейчас: либо ведомый летчик допустил ошибку в пилотировании, либо ведущий группы не выдержал боевой порядок (интервал между машинами). Были и нарушения организационного плана.

        В войсках же, как стало известно газете "Время новостей", глухо поговаривают о том, что воздушное хулиганство на тех учениях началось с самого министра. Если говорить по существу, невзирая на лица, как любит повторять Сергей Иванов, то это сущая правда. Именно министр в нарушение всех летных законов, пренебрегая "Наставлением по производству полетов" и Воздушным кодексом, занял место второго (правого) летчика. Начальник СБП пообещал "разобраться" с командующим Дальней авиацией, куда входит освоенный министром стратегический ракетоносец Ту-160. Однако это вряд ли случится -- генерал Солнцев напрямую подчиняется министру обороны. Если уж совсем по большому счету, за воздушное хулиганство можно было бы принять и полет президента на истребителе. Правда, летел он на "спарке" -- учебном самолете, и в отличие от г-на Иванова вполне сошел за пассажира.

        По существующей в военной авиации методике прогнозирования аварийности ничего хорошего нас в будущем не ждет, количество происшествий вряд ли уменьшится и к следующему августу. Одно утешение -- у американцев с аварийностью такая же картина. В прошлом году в военной авиации США произошло 217 происшествий, из них примерно 40% с человеческими жертвами или ущербом свыше миллиона долларов. Правда, летают американцы значительно больше наших. Но есть критерий, говорящий, что показатели аварийности у нас и у них вполне сопоставимы: в России одно авиапроисшествие приходится на 20 тыс. часов налета, у американцев -- на 22 тысячи.

        Ровно год назад после падения в Чечне Ми-26 (погибли 118 человек. -- Ред.) вопросы безопасности полетов собирались рассмотреть на правительственном уровне. Планировалось придать СБП государственный статус, выведя ее за рамки Минобороны. Однако все осталось на своих местах. Как, собственно, и показатели аварийности.