В среду в Савеловском суде Москвы на повторном процессе по так называемому "делу "Аэрофлота" был допрошен бывший вице-президент авиакомпании Александр Азеев. Он вызван в суд как свидетель со стороны обвинения, однако в ходе судебного слушания, по сути, вновь дал показания в пользу одного из подсудимых - бывшего заместителя гендиректора "Аэрофлота" Николая Глушкова.

        В среду на заседании суда ждали для допроса в качестве свидетеля бывшего председателя Центробанка Сергея Дубинина. Однако выяснилось, что найти его суду до сих пор не удалось (в первый раз Дубинина планировали заслушать еще на прошлой неделе).

        Часть времени заседания ушла на обсуждение ходатайства, заявленного накануне защитой одного из подсудимых - бывшего коммерческого директора 'Аэрофлота' Александра Красненкера. Его адвокат Глеб Горбунов потребовал исключить из числа доказательств по делу акт ревизии финансово-хозяйственной деятельности 'Аэрофлота' за 2000-2001 годы. Именно по результатам этой ревизии следствие сделало заключение о незаконности действий 'Аэрофлота' и нарушении его руководством валютного законодательства при принятии решения о создании в Швейцарии единого валютного центра - фирмы 'Андава'. Генпрокуратура считает, что подсудимые - Николай Глушков (бывший первый замгендиректора 'Аэрофлота' по экономике и финансам), Лидия Крыжевская (ранее - главный бухгалтер) и Александр Красненкер (бывший коммерческий директор) ввели в заблуждение тогдашнего руководителя авиакомпании Евгения Шапошникова о целесообразности консолидации валютной выручки 'Аэрофлота' в едином зарубежном центре. Всего в 1996-1997 годах из 77 зарубежных представительств 'Аэрофлота' на счета 'Андавы' поступило 252,4 млн. долларов. Часть суммы (почти 215 млн. рублей, или 40 млн. долларов - исходя из курса 1997 года), по версии следствия, была похищена при помощи сложной системы взаимных платежей, в которой участвовала Финансовая объединенная корпорация, возглавляемая Романом Шейниным. В результате Глушкова, Красненкера, Крыжевскую и Шейнина обвинили в мошенничестве. А Глушкову и Красненкеру также инкриминировали невозврат валютных средств из-за границы.

        Однако судья Любовь Молчанова сочла ходатайство преждевременным, отметив, что 'доказательство нужно исследовать и при необходимости' провести дополнительную ревизию или экспертизу.

        На свидетельскую трибуну вызвали Александра Азеева, работавшего в 'Аэрофлоте' в 1994-1999 годах, - сначала в должности заместителя гендиректора авиакомпании по экономике и финансам (затем эту должность занял Николай Глушков), а затем вице-президента по материально-техническому обеспечению. Азеев, уже допрошенный в ходе первого процесса (вынесенный Савеловским судом приговор, как уже подробно рассказывала ГАЗЕТА, отменил Мосгорсуд), сразу заявил, что ничего нового не скажет. Однако гособвинитель Вероника Лапина все же подробно расспросила его о том, кто предложил 'Андаву' в качестве единого валютного центра. Выяснилось, что фирму рекомендовал Николай Глушков на заседании правления авиакомпании. Отвечая на вопросы прокурора, Азеев сообщил, что Глушков не говорил о том, что он и Борис Березовский были ее учредителями.

        'Принципиальным была не 'Андава', а то, что у нас было 150 с лишним зарубежных представительств, которые имели по несколько счетов, - неожиданно заявил Азеев. - Деньги были 'размазаны', и мы не всегда знали, где они. Возникали сложности с истребованием средств, поэтому решение о создании единого центра, на мой взгляд, было правильным'.

        - Почему выбор пал на 'Андаву'? - попыталась выяснить прокурор.

        - Я понял, что это была разумная идея. Не доверять компании, предложенной Николаем Глушковым, у меня не было оснований, - последовал ответ.

        Однако гособвинение ответ не устроил, и в ходе дальнейших расспросов Азеева удалось узнать, что Николай Глушков выступил с докладом, в котором привел пример сотрудничества 'Андавы' с 'АвтоВАЗом'. 'Были сообщены положительные моменты, названы солидные учредители фирмы', - объяснил свидетель.

        Отвечая на вопросы прокурора, Азеев уточнил, что после создания единого валютного центра средствами авиакомпании продолжал руководить 'Аэрофлот' 'через казначейство, систему управления финансами'.

        - Зачем же тогда нужна была 'Андава?' - не поняла Лапина.

        - Чтобы знать, сколько средств в данный момент в наличии.

        - А почему в годовых отчетах об 'Андаве' не было сказано не слова?

        - А зачем об этом писать? - удивился Азеев. - Что было нужным, то и отразили. А после создания единого центра деятельность 'Аэрофлота' улучшилась со всех точек зрения. До этого у нас было свыше 100 самолетов, а в воздух поднимались не более 70, а после все стали летать. Это я говорю как человек, занимавшийся материально-техническим обеспечением компании.

        Слушания продолжатся 11 октября. На заседание вновь вызван Сергей Дубинин.