В начале ноября российский государственный посредник по экспорту и импорту вооружения и военной техники - Федеральное государственное унитарное предприятие "Рособоронэкспорт" отметит свое пятилетие. Предприятие было создано Указом президента РФ Владимира Путина №1834 от 4 ноября 2000 г. К своему юбилею компания пришла со значительными достижениями, основным из которых является удвоение за прошедший период объемов экспорта. В то же время сохраняются некоторые структурные проблемы экспорта вооружений, которые, впрочем, лежат не в области военно-технического сотрудничества, а связаны с общим геополитическим положением в мире и ситуацией в оборонно-промышленном комплексе России.

        К началу 2000 года, то есть к моменту реформы системы ВТС, в результате которой и был создан "Рособоронэкспорт", среднегодовые поставки из России вооружений составляли менее трех миллиардов долларов. Система ВТС находилась в состоянии постоянного реформирования структуры и непрерывной кадровой чехарды в руководстве всей системы и госпосредника. Видимо, особо неудачной следует признать реформу 1997 г., в результате которой вместо одного государственного посредника было создано три агентства: "Росвооружение", как и ранее, продолжало поставки за рубеж продукции промышленности; "Промэкспорт" поставлял вооружения и технику из наличия Министерства обороны РФ; "Российские технологии" должны были специализироваться на экспорте за рубеж оборонных и других высоких технологий. Последнее предприятие так и не смогло наладить эффективную работу, а вот "Промэкспорт" к 1999 г. находился в очевидной конкуренции с доминировавшим "Росвооружением".

        Исходное положение

        Не следует также забывать о том, что на период 1997-1999 гг. пришелся дефолт, который привел к резкому ухудшению финансово-экономической среды функционирования оборонной промышленности, а политическая система страны пережила острейший кризис, связанный с резким ослаблением ельцинского политического режима. Вследствие резкого сужения ресурсной базы практически полностью прекратилось финансирование научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ по созданию новых систем вооружения, закупки в интересах российских Вооруженных Сил также полностью прекратились. Эти факторы крайне негативно сказались на состоянии российского ОПК и создали плохие стартовые условия для продвижения на внешний рынок нашей продукции оборонного назначения.

        Однако с начала 2000 г. ситуация в стране в целом и в системе военно-технического сотрудничества начала быстро меняться в лучшую сторону. Осенью 2000 г. была проведена успешная реформа системы ВТС, ключевым элементом которой стало создание единственного государственного посредника - ФГУП "Рособоронэкспорт". В результате в значительной степени снизилась острота проблемы российской конкуренции на внешних рынках. С начала нового века в стране начался динамичный и, самое главное, стабильный экономический рост. Растущая экономика, а также благоприятная конъюнктура на энергоресурсы позволили начать процесс быстрого наращивания ресурсов, выделяемых на развитие оборонной промышленности. Увеличились объемы финансирования НИОКР, больше средств (хотя по-прежнему абсолютно недостаточно) стало выделяться на оснащение Вооруженных Сил. Начался процесс реструктуризации оборонной промышленности, ее консолидации в более крупные и, следовательно, более мощные в инновационном и производственном отношении экономические единицы. Особенно активно эти процессы протекают в наиболее важном с точки зрения обеспечения экспорта вооружений секторе авиационной промышленности и связанных с ним других сегментах - приборостроении, двигателестроении, производстве авиационных средств поражения. В стране возникла ситуация беспрецедентной для постсоветского времени политической стабильности, которая позитивным образом сказалась на институциональной и кадровой стабильности в системе ВТС. Если в период с 1997 по 2000 г. сменилось четыре руководителя "Росвооружения", то с 2000 г. "Рособоронэкспортом" руководит одна команда.

        В апогее

        Все эти факторы создали хорошие стартовые условия для слома тенденции к стагнации экспорта вооружений, характерной для второй половины 90-х гг. И они были в полной мере использованы "Рособоронэкспортом". Уже в 2000 г. стоимость поставок вооружения и военной техники за рубеж только по линии "Рособоронэкспорта" впервые после 1996 г. превысила 3 млрд. долл., в то время как в кризисные 1997 и 1998 гг. она едва превышала 2 млрд. долл. При этом общероссийский экспорт составил 3,68 млрд. долл., что стало первым в многолетней череде достижений рекордным значением этого показателя.

        После относительно умеренного роста объемов поставок в 2001 г. до 3,3 млрд. долл. "Рособоронэкспорт" затем дважды увеличивал этот показатель на 1 млрд. долл., поставив в 2002 г. продукции уже на 4 млрд. долл., а в 2003 - на 5 млрд. В 2004 г. объемы поставок превысили 5,1 млрд. долларов. Интенсивно растут и валютные поступления от продажи за рубеж вооружения и военной техники. Если в 2000 г. этот показатель составил 2,84 млрд. долл., то затем в течение двух лет они находились на уровне около 4,5 млрд., а в 2003 - 5,5 млрд., увеличившись в 2004 г. еще до 6 млрд. долларов. Таким образом, за пять лет существования "Рособоронэкспорта" предприятие увеличило поставки по сравнению с 1997-1998 гг. в два раза, а российский экспорт вооружений достиг величин, которые еще во второй половине 90-х гг. казались совершенно фантастическими.

        Причины успеха

        Какие же факторы, помимо уже упомянутой стабилизации политической ситуации в стране, финансово-экономического положения в оборонной промышленности и кадровой и институциональной стабильности в системе ВТС, способствовали этому успеху? По всей видимости, важнейшим из этих факторов явился динамичный экономический и обусловленный им военный рост двух основных покупателей российского оружия - Китая и Индии. КНР, среднегодовые темпы экономического роста которой превышают 10%, стремительно превращается в мирового политического лидера. Естественно, заявка на политическое лидерство должна подкрепляться и ростом военной мощи этой страны. Тем более что при всех глобальных амбициях Китай пока еще не решил важнейшей национальной задачи восстановления национального суверенитета над мятежной провинцией Тайвань, находящейся под фактическим военным протекторатом США. При всех своих экономических достижениях Пекин пока не в состоянии обеспечить свои Вооруженные Силы современным оружием. Вследствие этого с конца 90-х гг. Китай выражал намерение разместить в России ряд крупных авиационных и военно-морских контрактов, а также закупить значительные партии систем ПВО большой дальности.

        К профессиональной чести команды топ-менеджеров "Рособоронэкспорта" выдвинутые военспецами Поднебесной условия были проработаны с российским военным ведомством таким образом, что контрактные документы удовлетворили обе стороны. К числу наиболее крупных контрактов следует отнести закупку Военно-воздушными силами НОАК 76 многоцелевых истребителей Су-30МКК на сумму 3,6 млрд. долл., 24 морских ракетоносцев Су-30МК2 (более 1 млрд. долл.), 38 военно-транспортных самолетов Ил-76 и топливозаправщиков к ним Ил-78 на общую сумму около 1 млрд. долл., двух эсминцев проекта 956ЭМ на 1,4 млрд. долл., восьми подводных лодок класса Kilo на 2 млрд. долл. и двенадцати дивизионов зенитных ракетных систем С-300ПМУ1 и С-300ПМУ2 на полтора миллиарда долларов. Собственно, именно эти сделки и обеспечили резкий рост российского военного экспорта в 2000-2004 гг.

        Серьезные политические, экономические и военные амбиции имеет и другой азиатский гигант - Индия. Благодаря либерализации экономической системы эта страна также на протяжении многих лет добивалась высоких темпов экономического роста. Еще в начале 90-х это позволило Индии переориентировать свое военно-политическое планирование с преимущественно пакистанского направления на решение задачи по установлению доминирования в Индийском океане, приобретения потенциала проецирования силы в Юго-Восточную Азию, достижения паритета в обычных силах с Китаем. В 1996 и 1997 гг. Индия разместила в России знаковые контракты на разработку и поставку чрезвычайно сложных в технологическом отношении систем вооружения - истребителей Су-30МКИ и фрегатов нового поколения пр.11356 (Talwar-class). Из-за сложности этих систем, высоких технологических рисков, а также из-за необходимости преодоления возникших технических трудностей поставка истребителей и фрегатов несколько сдвинулась относительно первоначального графика и "наложилась" на большие китайские контракты. Это также способствовало достижению пиковых значений экспорта. Особое значение имело развитие программы Су-30МКИ, проведение успешных НИОКР по которой обеспечило подписание грандиозного трехмиллиардного лицензионного соглашения 2000 г. на производство в России и Индии 140 таких машин.

        Стремление Индии к достижению статуса доминирующей державы в Индийском океане обеспечило России получение таких контрактов, как модернизация всего флота индийских подводных лодок класса Kilo, модернизация индийских патрульных и противолодочных самолетов Ил-38 и самое главное - передача в Индию модернизированного авианесущего крейсера "Адмирал Горшков" с группировкой палубных истребителей МиГ-29К. Несмотря на преимущественный акцент на авиационных и морских вооружениях, индийские военные продолжают уделять большое внимание пакистанскому фактору и в ответ на закупку Пакистаном украинских танков разместили в России заказ на 310 новейших основных боевых танков Т-90С.

        Следует заметить, что динамичный экономический рост Китая и Индии всего лишь создал благоприятный фон для наращивания военного потенциала этих стран. Однако активизация военного строительства Пекина и Дели в значительной степени произошла под влиянием внешнеполитического курса США, которые после прихода к власти администрации Буша-младшего проявляют необычайную для современного мира склонность к односторонним военным акциям. Таким образом, США, будучи заинтересованными в стагнации российского оборонно-промышленного комплекса, на практике косвенно поддержали его стабилизацию и даже развитие.

        Сегодня нередко раздаются возгласы по поводу поставок за рубеж вооружений, которых еще нет у собственной армии. Но парадокс в том, что в условиях дефицита финансирования ОПК поставки новейшего вооружения и военной техники, которые во многом разрабатывались под требования инозаказчиков, позволяли затем переводить их в серию уже в интересах российских Вооруженных Сил. Тот же Су-27СКМ, пять единиц которого поступило на вооружение российских ВВС в декабре прошлого года, является в значительной степени (особенно в плане авионики) результатом наработок российского ОПК, сделанных в ходе выполнения контракта на поставку Китаю истребителя Су-30МКК.

        Диверсификация

        Китай и Индия обеспечивают базу российских поставок на экспорт, однако руководство "Рособоронэкспорта" прекрасно сознает, что слишком высокая зависимость от двух, пусть и весьма емких, рынков создает риски для поддержания стабильного экспорта. В связи с этим на протяжении всех пяти лет существования организации прилагаются настойчивые усилия для диверсификации рынков сбыта российских вооружений. И на этом пути достигнуты ощутимые успехи.

        Наиболее активно Россия ищет новые рынки сбыта в регионе Юго-Восточной Азии и в Латинской Америке. Идет работа по заключению контрактов с традиционными и новыми партнерами в арабском мире. Не оставлен без внимания и такой небольшой рынок, как африканский. По мнению наблюдателей, "Рособоронэкспорту" удалось внести положительные моменты в свою маркетинговую политику, сделать ее более агрессивной, упреждающей, сегментированной. Говорят, партнеры за рубежом ощутили в последние годы более активную и более предметную работу представительств "Рособоронэкспорта" в регионах. Похоже, в компании стали более серьезно заниматься ситуационным анализом и стратегическим планированием. Реализован целый ряд целевых коммерческих программ. Как представляется, большую роль в преодолении географической узости военного экспорта и расширении рынков сбыта сыграли различные гибкие схемы взаиморасчетов, особенно с государствами низкой платежеспособности Латинской Америки, Африки, Центральной и Восточной Европы. В интересах расширения российского военно-технического влияния стали применяться и делать видимые успехи технологии опорных стран и так называемого номенклатурного разогрева. Взять хотя бы контракт "Рособоронэкспорта" 2002 г. в 16 млн. долл. на поставку в Уругвай тяжелых полноприводных грузовиков-вездеходов марки "Урал". Казалось бы, сделка небольшая и малозначащая. Но она существенно разогрела рынок и оказала содействие в закреплении позиций данной номенклатуры за пределами указанного региона. Например, в Демократической Республике Конго эти выносливые и грузоподъемные машины успешно эксплуатируют уругвайские подразделения миротворческого контингента ООН. Чем не реклама?! Кстати, статус официального поставщика вооружений для миротворческих контингентов по линии ООН существенно расширяет маркетинговые возможности "Рособоронэкспорта". 52 "Урала" закупили ВМС Мексики, и там уже вслед за Индией прорабатывается вопрос организации сборочного производства автомобилей этой марки.

        Еще один пример маркетинговой гибкости и точечности действий компании - выход на рынок Республики Кения. В 2002 г. "Рособоронэкспорт" отгрузил в эту страну небольшую партию автоматов Калашникова для природоохранной службы. Задел скромный, но значимый, так как за 40 лет дипломатических отношений это первая военная сделка с Россией страны, традиционно ориентированной на Великобританию. Есть предположение, что этот контракт может стать своего рода катализатором для активизации ВТС со странами Центральной и Восточной Африки, входящими в ассоциацию "КОМЕСА". А это все же два десятка государств, среди которых Кения занимает лидирующие позиции.

        Наиболее крупным контрактом за пределами китайского и индийского рынков стала сделка (стоимостью 952 млн. долл.) на поставку в Малайзию 18 новейших многоцелевых истребителей Су-30МКМ, созданных на базе индийского варианта Су-30МКИ. Кроме того, эта страна закупает в России вертолеты Ми-17, ПЗРК "Игла" и противотанковые ракетные комплексы. Другим крупнейшим покупателем российского оружия в регионе стал Вьетнам, который приобрел 4 истребителя Су-30МК2В на 110 млн. долл., два дивизиона зенитных ракетных систем С-300ПМУ1 на 250 млн., а также 12 ракетных катеров проекта 12438 с новейшим и высокоэффективным ракетным комплексом "Уран-Э". Несмотря на экономические трудности, политическую нестабильность и природные катастрофы, в число покупателей значительных партий российской продукции вошла Индонезия, которая все же реализовала задуманную еще в 1997 г. сделку по закупке российских истребителей Су-27СК и Су-30МК. К настоящему времени индонезийские ВВС эксплуатируют четыре самолета, но командование Военно-воздушных сил заявляет о намерении довести общую группировку этих машин до 44 единиц. Даже Таиланд, который всегда ориентировался на приобретение американских вооружений, рассматривает вопрос о закупке российских вертолетов и истребителей Су-30МКИ. И что примечательно, "Рособоронэкспорт" с этой страной отрабатывает очень специфическую, смешанную форму расчетов. Взамен самолетов планируются поставки продукции тайского экспорта. Причем в номенклатуру товаров входит не только мясо птицы, но также рис, креветка, каучук и многое другое. Предусматривается, и это подтверждают данные Минсельхоза, что основная часть мяса будет импортироваться уже в термообработанном виде, а затем проходить переработку на российских предприятиях.

        В Латинской Америке крупнейшим покупателем российских вооружений традиционно является Перу, где в настоящее время обсуждается вопрос о масштабной модернизации имеющегося парка российской авиатехники - вертолетов Ми-17 и истребителей МиГ-29. К числу новых и весьма перспективных покупателей российского оружия относится Венесуэла, которая проводит независимый политический курс и в условиях высоких цен на нефть обладает достаточными ресурсами для приобретения дорогостоящей техники. К настоящему времени подписаны первые контракты на поставку в эту страну автоматического оружия и разнородной группировки вертолетов Ми-26, Ми-24 и Ми-17. Однако в дальнейшем можно ожидать наращивания объемов торговли с этой страной. Эксперты предрекают, что на базе этой страны наконец-то смогут скооперироваться через "Рособоронэкспорт" предприятия ОПК и ТЭК. А это увеличит шансы России при закреплении в таком важнейшем регионе. В целом география экспорта российского оружия медленно, но неуклонно расширяется. Если в 2003 г. "Рособоронэкспорт" поддерживал контрактные отношения с 53 странами, то в прошлом поставки осуществлялись уже в 59 государств мира.

         Таким образом, "Рособоронэкспорт" сегодня - это крупная и диверсифицированная компания с мировым именем. Ее деятельность, если судить по комплексным признакам, соответствует международным стандартам стратегического менеджмента. Уникальность этого экспортного предприятия заключается в том, что оно способно не только поставлять отдельные образцы вооружения и военной техники, но и реализовывать в интересах заказчика масштабные и комплексные оборонно-технические решения. Об этом говорит тот факт, что в портфеле заказов "Рособоронэкспорта" за последние 5 лет в 2 раза возрос удельный вес комплексных заявок на реализацию для ряда стран системных проектов общенационального характера. Естественно, в первую очередь это касается тех зарубежных стран, которые являются стратегическими партнерами России.

        Участие в организации производства

        Помимо выполнения своей основной задачи - продвижения на мировой рынок российского вооружения и военной техники, "Рособоронэкспорт" все активнее участвует в организации производства вооружения и военной техники. Изначально это определялось необходимостью контролировать производственный процесс при выполнении сложных экспортных контрактов. В ряде случаев оборонная промышленность не могла в силу различных причин - недостатка собственных финансовых ресурсов и низкого качества менеджмента - обеспечить своевременное и качественное выполнение контрактов. По мере накопления опыта контроля производственного процесса госпосредник стал одним из важнейших политико-экономических игроков, которые оказывают самое прямое воздействие на процесс создания корпоративных структур и, более того, реструктуризации целых отраслей промышленности.

        Самым известным примером такого рода является, конечно, создание корпорации "Вертолеты Миля". Долгое время серийные заводы и конструкторское бюро кооперации по разработке и производству вертолетов милевской марки находились фактически в состоянии острой конкурентной борьбы на мировом рынке. И именно "Рособоронэкспорт" через предприятие "Оборонпром" занялся созданием единой вертолетной корпорации. При этом решалась крайне сложная задача восстановления утраченного государственного контроля над предприятиями, преодоления скрытого, а иногда и неприкрытого сопротивления менеджмента и региональных властей. Тем не менее в настоящее время можно констатировать, что процесс создания корпорации принял необратимый характер и что уже сейчас проводится единая маркетинговая, инновационная и промышленная политика по созданию вертолетов марки "Ми". Более того, появляются признаки того, что в процесс корпоративного строительства будет вовлечена и камовская фирма, которая сохранила высокий инновационный потенциал, но не может похвастаться успехами в области интеграции КБ и серийных заводов, да и продажи камовских вертолетов при отдельных ярких успехах далеко отстают от экспорта Ми-35 и Ми-17.

        "Рособоронэкспорт" сыграл также значительную, если не ключевую, роль в создании корпорации "Тактическое ракетное вооружение", которая стала ведущим поставщиком авиационных средств поражения. "Оборонпром" и некоторые другие зависимые от "Рособоронэкспорта" предприятия участвуют в капитале и других важных оборонных заводов, например Мотовилихинских. Эти примеры говорят о том, что команда, которая сейчас работает в "Рособоронэкспорте", быстро и небезуспешно осваивает механизмы рыночного регулирования вопросов ВТС. Это вполне обнадеживающий симптом, если учесть, что для решения многих задач макроуровня иногда вполне достаточно имеющегося у компании административного ресурса.

        В условиях, когда реструктуризация оборонной промышленности протекает с большими трудностями, медленно, встречая серьезное сопротивление групп частных интересов, появление нового центра консолидации промышленности, обладающего большими финансовыми и лоббистскими возможностями и уже доказавшего свою эффективность на пилотном проекте в вертолетостроительной области, является, бесспорно, событием положительным.