Вчера Генпрокуратура сообщила о передаче в суд уголовного дела оперативника отдела милиции аэропорта Домодедово Михаила Артамонова. По версии следствия, в августе прошлого года из-за халатности этого офицера стали возможны два теракта в пассажирских самолетах, в которых погибли 90 человек. Мнения участников предстоящего процесса радикально расходятся: родственники погибших считают, что милиционер совершил более тяжкое, чем халатность, преступление; адвокат убежден, что его клиент невиновен и будет полностью оправдан.

        Напомним, что 26 августа прошлого года, в день, когда в воздухе взорвались два пассажирских самолета, будущие террористки-смертницы Сацита Джебирханова и Аманта Ногаева проверялись, как минимум, трижды. Утром обеих чеченок по полной программе проверили в Махачкале, откуда они прилетели в Москву - подозрений у сотрудников дагестанского аэропорта не вызвали ни сами женщины, ни их багаж, ни документы. Днем чеченки благополучно прошли так называемый встречный контроль по прилете в аэропорт Домодедово. Еще через несколько часов их личности, вещи и паспорта проверили в третий раз - перед вылетом из Домодедово в Волгоград и Сочи. На свои последние рейсы террористкам удалось не только попасть, но и пронести взрывчатку, которую они вскоре активировали в воздухе, погубив в общей сложности 90 человек.

        Таким образом очевидно, что теракты в самолетах теоретически могли пресечь на трех этапах: сначала в Махачкале, а затем дважды в Москве. Следовательно, теракты произошли из-за халатности десятков людей в погонах, так или иначе проворонивших террористок. На этом настаивают и родственники погибших, создавшие общественную организацию "Ту-134. Взорванные судьбы". Они направили письмо генпрокурору РФ Владимиру Устинову, в котором потребовали расширить круг обвиняемых.

        Между тем, пока отвечать за теракты приходится одному милиционеру Михаилу Артамонову (еще одно дело, по которому проходят билетный спекулянт Артур Арутюнян и сотрудник аэропорта Домодедово Николай Коренков, которые помогли террористкам купить билеты и попасть на рейсы, выделено в отдельное производство и тоже направлено в суд).

        Оперуполномоченный по борьбе с терроризмом от линейного отдела милиции при аэропорте Домодедово капитан Артамонов через три недели после взрывов был уволен со службы и обвинен в "халатности, повлекшей по неосторожности смерть двух и более лиц". Несмотря на то что арест обычно применяется лишь к тем, кому инкриминируются тяжкие преступления, а "халатность" относится к разряду преступлений средней тяжести (по УК России - до пяти лет лишения свободы), 16 октября господин Артамонов был заключен в СИЗО, где находится и сейчас.

        Члены "Взорванных судеб" убеждены, что обвинение в халатности - слишком мягкое для офицера. По их мнению, его нужно судить за превышение должностных полномочий (до 10 лет лишения свободы) или даже за пособничество террористам, однако вина офицера не так очевидна. Во-первых, потому, что в длинной цепочке антитеррористических барьеров, которые благополучно преодолели смертницы, господин Артамонов был задействован только на наименее ответственном этапе #2 - встречном досмотре прилетевших пассажиров в Домодедово. К этапам #1 и #3, на которых производился предполетный контроль, домодедовский милиционер вообще не имел никакого отношения.

        Следует отметить, что полноценные оперативные мероприятия проводятся именно на предполетном контроле - ведь очевидно, что террорист с бомбой гораздо более опасен в воздухе, чем на земле. Встречный же досмотр применяется лишь как дополнительная мера, да и то в тех случаях, когда местная милиция получает оперативное сообщение из ФСБ о вероятной террористической угрозе, а в обычное время не используется вовсе или проводится формально. Эта процедура, кстати, даже не регламентирована ни в милицейских, ни во внутриведомственных инструкциях аэропортовских служб безопасности.

        Тем не менее, "встречавший" чеченок господин Артамонов, как заявил Ъ его адвокат Сергей Казимиров, выполнил все предусмотренные законом процедуры. Несмотря на то что рейсом из Махачкалы в Москву прилетели практически одни кавказцы - четыре десятка человек - капитан Артамонов выделил из толпы Сациту Джебирханову и Аманту Ногаеву, отозвал их в сторону, попросил предъявить документы. "Увидев в паспортах пассажирок грозненскую прописку, мой подзащитный сначала внимательно изучил сами документы,- рассказал Ъ защитник.- Признаков подделки ему обнаружить не удалось. Затем Артамонов пробил данные прилетевших через оперативно-розыскную базу: женщины в федеральном розыске не числились. Поинтересовался у сотрудников службы безопасности, как чеченки вели себя в полете: выяснилось, что никаких нарушений они не совершали. Не вызвали они у милиционера и каких-либо субъективных подозрений - не нервничали, спокойно и вежливо объяснили цель визита: летят, мол, на отдых в Сочи, а в Москве остановились транзитом".

        Милиционер Артамонов заявляет на допросах: "Оперативного интереса для меня они больше не представляли, а задерживать и обыскивать женщин лишь потому, что они чеченки, я не имел права. Нет такого закона - доставлять в дежурную часть всех прилетевших в Москву чеченцев". Логичнее было бы обвинить офицера не в том, что он "впустил" чеченок в Москву, а в том, что "выпустил" их в Сочи и Волгоград, но и здесь господин Артамонов оказывается чистым: в предполетном досмотре он не участвовал.

        Следует отметить, что даже если бы капитан Артамонов и обыскал прилетевших Джебирханову и Ногаеву, совершенно нельзя утверждать, что ему удалось бы найти у них взрывчатку. Скорее всего, предполетный контроль в Махачкале и встречный досмотр в Москве женщины проходили, будучи еще "не заряженными" - этим и объясняется их "спокойное и вежливое" поведение на процедуре. Взрывчатку же смертницы получили от своих московских неустановленных следствием сообщников непосредственно перед вылетом из Домодедово. Во всяком случае, на каком этапе появились бомбы и при каких обстоятельствах они попали в самолеты, следствием так и не установлено, поэтому нельзя исключать и третий вариант: взрывные устройства вообще не проходили ни одного из контролей 26 августа, а были заранее спрятаны, например, в туалетах взорванных Ту-134 и Ту-154.

        Обвиняемый, как говорит его адвокат Казимиров, чувствует себя нормально - он здоров, на питание и условия содержания не жалуется. Милиционер, по словам защитника, с нетерпением ждет суда, на котором надеется доказать свою невиновность. Дата предварительных слушаний по делу, которые пройдут в суде города Домодедово, пока не назначена. Ъ продолжит следить за делом.