Причина катастрофы пассажирского Ан-24, разбившегося в минувшую среду под Нарьян-Маром (Ъ сообщал о катастрофе вчера) пока не установлена. Между тем после опроса выживших пассажиров и членов экипажа, у участников расследования появились первые версии аварии. По данным пострадавших, во время посадки пилотов слепил яркий солнечный свет, многократно отраженный от заснеженной равнины и ледяной кромки берега океана. В итоге, "промахнувшись" мимо полосы, летчики начали экстренное маневрирование, которого, возможно, не выдержал старый самолет.

        Напомним, что пассажирский Ан-24, перевозивший нефтяников из Перми к месту работы в Ненецкий автономный округ, разбился в среду днем при посадке в аэропорту заполярного поселка Варандей. По уточненным данным, из 52 человек, находившихся на борту лайнера, погибли 26 пассажиров и 2 члена экипажа, находившихся в кабине. Остальные отделались тяжелыми, но неопасными для жизни ранениями и ожогами.

        Тех, кто выжил, можно сказать, спасли опытные пилоты Ан-24. Аварийная ситуация на борту, как утверждают специалисты, стала "развиваться стремительно", и спасти машину летчики уже не успевали. Однако они до самого удара о землю не выпускали из рук штурвалы и тем самым предотвратили неминуемое пикирование самолета, после которого не выжил бы ни один человек. В итоге Ан-24 совершил некое подобие вынужденной посадки - как бы спланировав на тундру.

        Учитывая высоту полета (около 250 м) и приличную скорость (около 200 км/ч), удар все равно получился очень сильным - у самолета подломились стойки шасси, оторвались левое крыло и хвостовая часть. Фюзеляж рухнувшего Ан-24, как рассказали очевидцы, стал похож на "раздавленную яичную скорлупу", но все же сохранил форму. Благодаря этому и удалось спастись примерно половине пассажиров. Люди, сидевшие сзади и в середине салона, ближе к оторванному хвосту, успели выбраться через образовавшиеся проемы и даже помочь тем, кто находился рядом. Находившиеся в передней части, ближе к кабине, сразу после удара тоже были живы, но не успели выбраться из салона, который выгорел дотла через несколько минут после катастрофы. Благополучно выбрались через дверь и пятеро членов экипажа - бортпроводница, техники, радист. Пилоты - командир и его напарник остались зажатыми между креслами и штурвалами.

        Сейчас все раненые чувствуют себя нормально. Вчера их отправили на родину в Пермь, где им обещают оказать медпомощь по высшему разряду. Из мертвых удалось опознать и эвакуировать в ближайший Нарьян-Мар только семь человек. Остальные тела, как говорят в окружной службе спасения, настолько сильно фрагментированы и обожжены, что разговор об эвакуации и тем более идентификации пока даже не идет. "Мы даже не представляем, как к ним подступиться",- заявляют спасатели.

        Причины катастрофы пока не установлены. Вчера в Варандей прилетели специалисты Межгосударственного авиакомитета и прокуратуры Ненецкого АО, которые займутся расследованием, однако связаться с ними не могут даже коллеги. В поселке нефтяников, как уже сообщал Ъ, не работают ни проводные, ни мобильные телефоны, есть только спутниковая связь.

        Министр транспорта России Игорь Левитин заявил вчера, что, по его данным, уже обнаружены и сняты с разбившегося самолета оба его бортовых самописца - речевой и параметрический. На приборах видны следы пожара, но расследователи надеются, что необходимая информация все же сохранилась. Таким образом, по словам министра, уже в ближайшие дни он рассчитывает получить предварительные результаты расследования.

        Между тем схему развития катастрофы специалисты для себя уже составили, ориентируясь на показания многочисленных свидетелей ЧП. По их данным, Ан-24 "промахнулся" при посадке. Свидетели утверждают, что, несмотря на отличную погоду и видимость, полет, как, впрочем, и большинство полетов в Заполярье, проходил вслепую, исключительно по показаниям навигационных приборов. Дело в том, что на местности под маршрутом полностью отсутствуют какие-либо ориентиры - только белая заснеженная равнина.

        Пилот, как утверждают свидетели, отклонился от курса немного вправо, а заметил это только на подлете к Варандею, сориентировавшись по жилым домам и нефтяным вышкам. Поскольку времени оставалось в обрез, летчик начал корректировать курс, энергично действуя при этом штурвалом и педалями. Что произошло дальше, пока неясно. Возможно, во время совершения маневров летчика неожиданно ослепил яркий солнечный свет, отразившийся от припая - так здесь называют ледяную кромку океана на стыке с береговой линией. Океанский припай, как утверждают жители Варандея, в солнечные дни действует как огромное зеркало и часто сбивает с толку идущих на посадку пилотов.

        По другим данным, опытные пилоты благополучно завершили бы маневр, даже будучи ослепленными, но перегрузок не выдержал старенький Ан-24, переживший за 34 года своей эксплуатации десять ремонтов. Как утверждают местные рабочие, наблюдавшие за развитием катастрофы с земли, лайнер начал разваливаться еще в воздухе. По их данным, за несколько секунд до падения "от самолета отлетела какая-то железка". Возможно, это был левый закрылок. Лишившись этого элемента, отвечающего при посадке за поддержание подъемной силы слева, лайнер накренился на левое крыло и начал стремительно терять высоту.

        

        СЕРГЕЙ Ъ-ДЮПИН

        

        

        

        

        "У меня было предчувствие, что что-то не так"

        

        Из 24 выживших в авиакатастрофе большинство вчера были отправлены в больницы Перми (в этом городе и проживали многие из вахтовиков). В больнице Нарьян-Мара пока остаются только пять пострадавших. Это члены экипажа, показания которых могут потребоваться следствию, и двое тяжелораненых - у них переломы позвоночника. Перед отправкой корреспонденту Ъ удалось поговорить с некоторыми из пострадавших.

        - Я сидел в хвосте самолета, это меня и спасло,- рассказывает дизелист Павел Павлов.- Все произошло настолько быстро, что опомниться никто не успел. Самолет, конечно, прилично покачивало, но о плохом никто не думал. Нас попросили пристегнуть ремни, так как пошли на посадку. Я потом здорово пожалел, что пристегнулся. При ударе о землю ремень заклинило, и я долго не мог его расстегнуть. Чувствую, по мне уже несколько человек прошли, а я все сижу прицепленный. Слева по борту, как раз со стороны наших кресел, образовалась большая трещина. И люди, не дожидаясь, пока откроют дверь самолета, полезли туда. Кажется, я вышел одним из последних, но в дверь или в эту трещину - не помню. Единственное, что отчетливо запомнилось: со стороны передних рядов по потолку резко пошел дым.

        - Два года уже летаем,- включился в разговор дизелист Вадим Галеев,- раньше нас архангельская компания перевозила. А эта чья, не знаем. Но экипаж вроде бы из Новосибирска. По крайней мере, стюардесса наша - Мария. Мы ее вчера навещали. Она повредила позвоночник. Во время падения бортпроводница сидела на откидном стульчике у двери... Когда самолет зацепился шасси за кучу песка, произошло падение. Сильный удар. Повыбивало стекла. Вскоре во что-то врезались, потом увидел - в другую кучу песка. Со стороны кабины пилотов возникло пламя. Оно продвигалось очень быстро. Самолет вспыхнул словно спичечный коробок. Ветер дул в нос лайнеру. Возник эффект трубы, пламя стало втягивать внутрь салона. Те, кто сидел на первых рядах, погибли практически в считанные минуты. Мы успели покинуть самолет до того, как огонь до нас добрался. Дверь, помню, заклинило. Навалились на нее все, кто были на последних рядах. Выбрались сами, а потом людей спасти из пожара пытались. Васильич (имеется в виду один из вахтовиков Владимир Суворов.-Ъ) вытащил знакомого мужика, тот сломал ногу, и передал мне, а сам стал помогать кому-то еще. Я потащил раненого как можно дальше от самолета, боялись, что он взорвется... На этом рейсе летели несколько новеньких, это была их первая вахта, в "Нарьянмарнефтегазе" как раз появились вакансии.

        - У меня было предчувствие, что что-то не так,- добавил тюменец Владимир Суворов,- машину качало из стороны в сторону. Я смотрел в иллюминатор и увидел: полосы под нами нет, а земля уже вот, близко. Сгруппировался. Наверное, поэтому при ударе самолета о землю не ударился головой и не потерял сознания. Самолет сначала резко качнуло влево. Потом удар. Когда покинул горящий салон, увидели - левое крыло оторвало. Пока вытаскивали людей из самолета, подбежали ребята-строители, они что-то делали в этом месте, кажется, вели отсыпку. Они стали тушить самолет и помогать раненым. Некоторые снимали свои фуфайки и отдавали их тем, на ком не было верхней одежды, таких было большинство. Другие вызывали по рации вахтовку. Тут же мужчине со сломанной ногой наложили шину. Тех, кто уцелел, отвезли в административно-бытовой комплекс. Там первую медицинскую помощь оказывали фельдшеры Варандея.

        

        АЛЕКСЕЙ Ъ-ВАСИЛИВЕЦКИЙ, МАРИНА Ъ-МАМАЕВА, Нарьян-Мар