Стокгольмский международный институт исследования проблем мира (СИПРИ) опубликовал доклад, согласно которому Россия наторговала в прошлому году оружия на рекордную сумму - 6 млрд долларов. Однако поскольку основные покупатели нашего вооружения - Китай и Индия уже под завязку забиты изделиями российской 'оборонки', рассчитывать на многомиллиардные контракты с этими странами в дальнейшем не приходится. Чтобы не поставить экспортно-ориентированную отрасль на грань краха, Москва все чаще вынуждена идти на сомнительные сделки.

        Именно контракт на поставку 12 истребителей МиГ-29 Судану стоимостью свыше 200 млн долларов позволил в прошлом году Российской самолетостроительной компании (РСК) 'МиГ' войти в пятерку лидеров оборонных предприятий страны. В компании не любят говорить об этом, но речь идет о поставках оружия режиму, проводящему массовый геноцид в западной провинции Дарфур. Только за последний год там погибли 30 тысяч мирных жителей и более миллиона превратились в беженцев, что недавно вынудило ООН принять решение об отправке в эту африканскую страну контингента миротворцев. Общее же количество жертв этнических чисток за время двадцатилетней гражданской войны в Судане перевалило за 2 млн человек.

        Кстати, в числе первых на предложение командировать военспецов в раздираемую четвертьвековой гражданской войной страну откликнулся как раз российский министр обороны Сергей Иванов заявивший, что он готов уже в октябре направить в Судан четыре транспортных вертолета Ми-8 с экипажами и обслуживающим персоналом до 120 человек. На этот раз уже в гуманных целях. Однако надо помнить, что вызвавший шквал мировой критики суданский контракт нанес колоссальный ущерб репутации России. 'То, как к этому вопросу подходят россияне, чревато большими проблемами. Им просто на все наплевать', - выразила общее мнение канадская 'Глоб энд Мейл'. Не исключено, что с учетом наших предыдущих суданских 'заслуг', от щедрого предложения Москвы теперь могут отказаться.

        Однако оружейники не унывают. РСК 'МиГ' - одна из немногих российских оборонных компаний, имеющих право самостоятельного ведения внешнеэкономической деятельности. За последние пять лет, как сообщили в пресс-службе компании, объем экспортных поставок там составил 820 млн долларов. Причем, одна из основных статей дохода - как раз поставка боевых машин в 'горячие точки' Африки - Йемен, Эритрею, Судан и другие страны непрестанно воюющего континента. Выбор партнеров производится простым размещением объявлений в туземных глянцевых журналах, словно речь идет о рекламе легковых автомобилей или пылесосов. Кто заплатил - тому и продали, будь то хоть хартумский диктатор аль-Башир, уничтоживший тысячи сограждан. Зато в его распоряжении нефтяные месторождения, а значит твердая валюта, которой у генералов российской армии нет.

        Межэтнические конфликты полыхают едва ли не в половине африканских стран, так что барыши будут. Не так давно мне довелось побывать на летном поле в Луховицах, где для потенциальных покупателей из Африки - четырех десятков послов и военных атташе, - устроили военное авиашоу. Пируэты в небе Миг-29, особенно пролет реактивной машины прямо над кучерявыми головами произвели неизгладимое впечатление на чернокожих гостей. Представители континента, где ежегодно от войн, голода и болезней умирают тысячи людей, увлеченно обсуждали достоинства боевых машин и детали наклевывающихся сделок.

        Почему Россия позволяет этим людям губить собственные страны, вместо того, чтобы помогать их развитию? Оправдание, что также поступают и другие торговцы оружием, едва ли приемлемо. Ведь кроме нас тому же Хартуму поставляют вооружение только спонсор исламского терроризма Иран, да Китай, которому нет дела до того, что суданские власти тренируют боевиков для 'мирового джихада'. Однако для России, которой в Чечне приходится сталкиваться с все возрастающим числом арабских наемников, сотрудничество с таким режимом, по меньшей мере, странно.

        Только благодаря скандалу в СМИ и личному вмешательству Владимира Путина была предотвращена поставка дальнобойных ракет 'Искандер-Э' Сирии - стране, находящейся фактически в состоянии войны с Израилем. Дамаск обладает крупнейшим на Ближнем Востоке арсеналом химического оружия. По мнению сирийских военных, это 'оружие бедных' вполне обеспечивает им стратегический паритет с Израилем, с которым было уже пять войн. Дамаск рассматривает 'химию' как важнейший компонент своих вооруженных сил. Однако обладание таким опасным вооружением вполне может толкнуть израильтян на применение в ответном ударе ядерного оружия.

        Сейчас МИД РФ носится с идеей поставить палестинцам два российских вертолета Ми-17 для нужд председателя администрации Махмуда Аббаса и 50 боевых разведывательно-дозорных машин БРДМ-2 для оснащения палестинской полиции. Ранее палестинская администрация уже получила от России четыре вертолета Ми-8 и Ми-17, а также 45 броневиков. Но эта техника была уничтожена израильскими военно-воздушными силами после начала интифады, так что палестинцы теперь вновь просят Москву восстановить их армию. Интересно, что официальное разрешение от израильских властей на эти действия не получено.

        По словам советника главы израильского правительства Раанана Гиссина возражения могут быть сняты только после того, как палестинцы выполнят свои обязательства в рамках борьбы с терроризмом, включая изъятие оружия из незаконного оборота и демонтаж инфраструктуры террора. Пока же отдельные силовые структуры Палестинской автономии, как утверждает советник израильского премьера, по-прежнему замешаны в террористической деятельности. 'Было бы странно, если бы мы передали эту технику силам, которые ночью занимаются террором, а днем, скажем, поддерживают порядок на улицах Газы', - говорит советник. Однако с разоружением боевиков как раз и заминка. Складывается впечатление, что палестинская полиция их вовсе и не собирается разоружать.

        Спрашивается - кому мы продаем оружие и, главное, зачем? Хочется надеяться, что вместе с большими прибылями в российскую 'оборонку' придет и понимание большой ответственности за то, в чьи руки передаются все эти смертоносные 'игрушки'.