Принимая решение на полеты, командир отдельной транспортной эскадрильи ВВС и ПВО Тихоокеанского флота подполковник Леонид Белоусов однозначно заявил:- Сегодня работаем в сложных метеорологических условиях. И погода пока к этому вполне располагает: облачность - десять баллов, высота нижней кромки облаков - около пятисот метров, видимость - восемь-десять километров. Это, так сказать, по данным наземной метеорологической службы. А что на самом деле происходит там, за облаками, разведает и доложит воздушный разведчик погоды. На разведку полетит экипаж майора Дергунова...

         Полет на разведку погоды - дело сложное и чрезвычайно ответственное. Рядового летчика на такое задание не посылают. В транспортной эскадрилье всего лишь несколько летчиков, кому доверяют столь важное задание. Это прежде всего сам комэск подполковник Леонид Белоусов, его заместитель майор Павел Дергунов, командир звена майор Владимир Юрасов, командир звена майор Вячеслав Сторожук. Все они - профессионалы высокого класса.

         Почему выбор пал на экипаж майора Дергунова? На сегодняшний день это один из сильнейших летных коллективов в эскадрилье. У командира экипажа допуск к полетам в сложных погодных условиях 100 на 1.000. Значит, он может взлетать, а главное - производить посадку при нижней кромке облаков 100 метров и видимости один километр! К тому же он летчик-инструктор по всем видам боевой подготовки днем и ночью.

         Под стать командиру его помощники. Правый летчик капитан Александр Шлыков летал одно время командиром, пока транспортный полк не 'урезали' до эскадрильи, и летчик оказался без самолета и экипажа. Теперь летает 'праваком'. Штурман майор Владимир Хомченко (он же - заместитель штурмана эскадрильи) - первоклассный навигатор-инструктор с огромным опытом полетов даже в экстремальных условиях. Осенью минувшего года он трижды вылетал в штормовое море на поиски моряков с затонувших гражданских судов. Кстати, в тех полетах самолет пилотировали майор Павел Дергунов и капитан Александр Шлыков. Нашли, несмотря на сложнейшие погодные условия. Суровое морское небо не раз проверяло их на прочность. И они не пасовали перед необузданной стихией, действовали всегда мужественно и расчетливо.

         Не новички в авиации бортрадист прапорщик Семен Панковский и бортовой техник капитан Виктор Чуксеев. Заместитель командира эскадрильи по инженерно-авиационной службе майор Андрей Мирвода считает его одним из лучших бортовых техников эскадрильи. Ан-26 капитана Чуксеева, хоть и в годах уже, но всегда исправный, работает в небе (тьфу, тьфу!) безотказно и в любых погодных условиях. Да и внешне выглядит так, словно его только что подготовили к международной авиационной выставке.

         Время 'Ч'. Экипаж самолета-разведчика рассаживается по своим рабочим местам. Впереди у черных панелей с многочисленными приборами, указателями, холодно поблескивающими АЗС и прочей 'контрольной премудростью' - командир экипажа, бортовой техник и правый летчик. За ними - воздушный радист. Еще дальше за командирским креслом - рабочая зона штурмана с навигационными и пилотажными приборами.

         Последние приготовления к работе в облачном небе. Спустя несколько минут запели свою привычную мелодию двигатели. Громче, еще громче и веселее... Выруливаем на взлетную.

         Метрах в двадцати от взлетно-посадочной полосы небольшая остановка. Последний предстартовый осмотр крылатой машины. Проводит его дежурный техник. Осмотр накоротке. Командир экипажа, принимая перед вылетом воздушный корабль, проверил все, что можно было проверить на самолете внешним осмотром. Но лишняя предосторожность не помешает. Прошла минута, а может, полторы, и дежурный техник показывает характерным жестом, что можно рулить на взлетную полосу.

         Перед нами прямая как стрела бетонка с черными следами - своеобразными автографами, оставленными на ней многочисленными колесами шасси. Минут через сорок-пятьдесят и наш самолет оставит на сером полотне бетонки свой след-автограф. Но это еще будет, а пока...

         Члены экипажа докладывают командиру о готовности к взлету: 'штурман к взлету готов', 'помощник командира экипажа к взлету готов', 'борттехник...'. Это значит, не только лично каждый из них, но и их заведования - приборы и агрегаты - готовы работать в условиях взлетного режима.

         На нотах 'ля' и 'си' поют свою рабочую песню турбовинтовые двигатели, слегка подрагивает корпус самолета. Отпущены тормоза, и... мы стремительно мчимся вперед, к туманному и сумеречному горизонту. Быстрее, быстрее...

         Плавно покачиваясь, Ан-26, оторвавшись от земли, набирает высоту. Под крыльями проплывают зеленые лужайки и перелески. Впрочем, любоваться земными пейзажами некогда. Пора убирать шасси...

         На нас стремительно надвигается серый облачный вал. Теперь все внимание пилотажным приборам: высота, скорость, авиагоризонт. Кабина пилотов разом наполнилась тревожным сумрачным светом - вошли в облака.

         Для молодых авиаторов, начинающих осваивать полеты в сложных метеорологических условиях, вот такая встреча с облаками - ситуация почти стрессовая. Стрелки приборов, как правило, 'не слушаются' летчика, 'разбегаются' какая куда. Не успеешь установить заданную скорость, как сбился с курса. Установил необходимый курс - потерял высоту. Пока соберешь все стрелки 'до кучи' - семь потов прольешь. Но это у молодых и начинающих, а для майора Павла Дергунова нынешний полет - обычная работа в небе. Тяжелая, напряженная, но не более того...

         В кабине и салоне самолета заметно посветлело. Редеет серая слякоть облаков, истончается. А вот и солнце вспыхнуло справа по курсу. Да какое яркое и горячее! Несмотря ни на какую облачность, оно исправно несет свою светоносную службу. А мы там, на земле, за каждодневными, второй месяц кряду моросящими дождями и туманами уже и забыли, что такое настоящее летнее светило...

         - Командир, курс... градусов, - подал команду штурман экипажа майор Владимир Хомченко.

         Самолет плавно довернул на заданный курс. Еще доворот, и еще. Прошли по 'коробочке', затем еще раз. Задание выполнено, необходимые данные получены. Строим маневр для захода на посадку и через какое-то время снова ныряем в облака. Как не хочется расставаться с солнцем. Но что поделаешь, надо возвращаться на землю. Дождливую, туманную, но такую родную.

         Прошли дальний 'привод'. Прямо по курсу на зеленом экране земли уже хорошо просматривается светлая лента взлетно-посадочной полосы. Майор Дергунов плавно, в одно касание, притирает самолет у посадочного 'Т'. Профессионал, что тут еще сказать.

         Заруливаем на самолетную стоянку. А по обеим сторонам рулежной дорожки на зеленом ковре разнотравья приветствуют нас, покачиваясь на легком ветру, ослепительно фиолетовые ирисы. Значит, и в самом деле пришло в наши края лето - пора сложных полетов в облаках и в условиях метеоминимума.