На вчерашнем заседании правительства министр промышленности Виктор Христенко был жестко раскритикован непосредственным начальником Михаилом Фрадковым и коллегой Германом Грефом. Глава кабинета и министр экономразвития очень невысоко оценили представленную г-ном Христенко стратегию преодоления кризиса в авиастроении. То ли в виде компенсации за перенесенное унижение, то ли в наказание за плохую работу премьер назначил главу Минпрома лично ответственным за реализацию этой стратегии. Ее правительство решило 'утвердить в целом, с учетом высказанных замечаний'. Депутат Госдумы Александр Лебедев, который присутствовал на заседании в двойном качестве -- народного избранника и частного инвестора в авиапром, -- пообещал министрам 'большой сюрприз', когда они обратятся в парламент за одобрением ассигнований на реализацию этой стратегии.

        Остроту ситуации, сложившейся в отечественном авиастроении, вчера не пытался отрицать никто из участников дискуссии. Отрицать ее стало бессмысленным после того, как 2 августа сего года проблемы авиапрома затронули лично президента России Владимира Путина, проявившись в форме отказа тормозов колес его лайнера Ил-96-300. 'Президент не летает на 96-м! Это ЧП', -- справедливо отметил премьер Фрадков, открывая вчерашнее заседание кабинета. Премьер был предельно жесток и откровенен, ругался и ругал, забыл о всякой дипломатии, но добился только одного. Авиапром -- это проблема, и позиция правительства в отношении него -- проблема. Министры, отвечающие за развитие этой отрасли, не могут договориться, авиапроизводители не способны производить стопроцентно конкурентную продукцию, а авиаперевозчики не готовы платить за новые самолеты. Премьер лишь за голову хватался, осознавая беспомощность своих подчиненных, а с ними и всего правительства.

        'Мир идет семимильными шагами в направлении создания современной авиатехники. Я не могу сказать, что в России делается все, чтобы занять место на этом рынке, -- сказал г-н Фрадков, открывая заседание. -- Упущенные возможности, которыми располагала страна, создают угрозу экономической и физической безопасности'. О семимильности, только чужой, а не отечественной, говорил и основной докладчик Виктор Христенко: 'Boeing и Airbus продают по одному самолету в день, а мы в лучшем случае -- по одному в месяц'. Он назвал ситуацию в авиапроме внесистемной -- 'это когда дочки, внучки и жучки'.

        Выход из этого положения г-н Христенко видит в формировании Объединенной авиастроительной компании (ОАК). Собственно, такой подход уже получил одобрение на самом высоком государственном уровне еще в феврале, когда тема авиапрома обсуждалась на выездном Госсовете под председательством Владимира Путина. Накануне вчерашнего заседания правительства г-н Христенко сообщил, что проекты основных документов по созданию ОАК -- президентского указа и правительственного постановления -- будут готовы к подписанию в ближайшие недели.

        К общему удивлению, вчера премьер произнес по поводу ОАК весьма критический, буквально грефовский, монолог: 'Иллюзия управления здесь государством лишена содержания. Деньги тратятся -- результата нет. Пример -- Воронежское авиастроительное объединение (на котором собираются Ил-96-300. -- Ред.). На чудо надеяться не приходится. И корпорация не решит всех проблем. Да она и не создана'.

        Депутат Думы Александр Лебедев, которому г-н Фрадков неожиданно предоставил слово, раскритиковал правительство. По его словам, все происшествия с Ил-96-300 -- 'выдумки'. А правительство 'палец о палец не ударило, чтобы защитить частно-государственное партнерство' в лице частично контролируемой г-ном Лебедевым лизинговой компании 'Ильюшин-финанс Ко' (ИФК). Г-н Лебедев заявил, что подконтрольные ему бизнес-структуры больше не будут участвовать в каком-либо частно-государственном партнерстве в сфере авиации. После чего предложил г-ну Фрадкову продать Ульяновский и Воронежский авиастроительные заводы в частные руки за рубль.

        'После меня не будет у них никакого частного партнера, -- предсказал г-н Лебедев корреспонденту 'Времени новостей'. -- Какой дурак согласится доверить им деньги?' Депутат, впрочем, пояснил, что его слова об отказе от партнерства с государством не следует понимать как стремление уйти из авиационного бизнеса вообще. 'Я больше не хочу работать с государством, а самостоятельно -- хочу', -- подчеркнул г-н Лебедев.

        Члены правительства, по его мнению, совершенно не понимают сути взаимоотношений между федеральной казной и ИФК. Эта тема всплыла, когда участники заседания начали обсуждать, насколько правомерно ИФК управляет контрольным пакетом акций Воронежского авиазавода. 'Вот я дам поручение в деталях разобраться с передачей акций Воронежского завода в доверительное управление', -- пообещал г-н Фрадков. 'Это ваш завод', -- упрямился г-н Лебедев, имея в виду, что поскольку государство и государственный Внешэконобанк в совокупности владеют более чем половиной акций ИФК, то, значит, и акциями завода в конечном счете управляют федеральные чиновники. Но времени полностью разложить эту бизнес-схему ему не дали.

        Выйдя с заседания, г-н Лебедев в сердцах назвал его 'безрезультатным и контрпродуктивным' мероприятием. Депутат пообещал перенести дискуссию о будущности авиапрома в стены Государственной думы. 'Их (министров. -- Ред.) ждет такой серьезный сюрприз, когда они придут в Думу за утверждениями и деньгами!' -- предупредил г-н Лебедев газету 'Время новостей'.

        Между тем на заседании кабинета следующий раунд энергичного обмена идеями произошел между премьером и министром экономического развития Германом Грефом. 'Мы делим шкуру неубитого медведя. А предметно авиапромом пока лишь прокуратура занимается', -- не без сарказма сказал премьер. Г-н Греф ответил на это: 'Отрасль болеет... или сильно заражена государством. Нам необходима одна авиакомпания, и следует на сей счет срочно выпускать указ'. 'Вы кого уговариваете, Герман Оскарович? Скоро уже труп будет -- некого реанимировать. Это вопрос к государству', -- прервал премьер.

        'Надоело обсуждать. У меня последняя надежда', -- и тут г-н Греф выдвинул план. Во-первых, сказал он, сразу после выхода указа о формировании ОАК свежеиспеченную корпорацию следует приватизировать. 'Государство должно уйти из этого бизнеса', -- заявил министр. Во-вторых, уже в октябре надо снизить ввозные пошлины на авиатехнику иностранного производства с тем, чтобы свободная конкуренция стимулировала бы уход с рынка неэффективных воздушных судов отечественного изготовления. В-третьих, под 'заточенную Христенко концепцию' сделать федеральную целевую программу и утвердить ее до конца года. 'Нельзя рисковать здоровьем граждан и гордиться тем, что у нас есть псевдоавиапром', -- резюмировал главный экономист.

        'Очень печально то, что мы только тем и занимаемся, что констатируем отсутствие возможности производить авиатехнику, -- заявил г-н Фрадков. -- Разговоры на эту тему надо заканчивать. Потерять авиапром мы не можем. По разным причинам'.

        В этом премьер оказался солидарен с авиапромышленниками, в среде которых идея Грефа о форсированной приватизации отрасли не вызвала энтузиазма. 'Авиапром нуждается сейчас не в приватизации, а в адресной государственной поддержке предприятий, которые еще сохраняют способность выпускать конкурентоспособные по мировым меркам изделия, такие как региональный самолет RRJ', -- заявил 'Времени новостей' высокопоставленный источник в Авиационной холдинговой компании 'Сухой' (эта фирма как раз и проектирует RRJ).

        В итоге правительство в целом одобрило изложенную г-ном Христенко стратегию, постановив внести в нее высказанные на заседании замечания. Хотя министр промышленности и до сих пор был одним из основных проводников реформы авиапрома, премьер рекомендовал еще более усилить роль Минпрома в этом процессе и личную ответственность г-на Христенко за его результаты. При этом г-н Фрадков рекомендовал министру работать энергично и без сантиментов: 'Собирайте всех ежедневно, меняйте людей, меняйте картинку'. 'Министр не меняет (директоров предприятий. -- Ред.)', -- заметил было на это г-н Христенко. 'Меняйте! Мы будем это делать. Я всех предупреждал', -- потребовал строгий председатель правительства.

        На вчерашнем заседании правительства также обсуждались проблемы развития системы образования. Министр образования и науки Андрей Фурсенко рассказал, что намерено делать его ведомство. Он пообещал ужесточить министерский контроль за качеством учебников. Министерство уже изменило порядок проведения экспертизы учебников. Сейчас, по его словам, на экспертизе находится около ста учебников. Из 45 учебников, уже прошедших экспертизу Российской академии наук, 24 получили отрицательные заявления в связи с обнаруженными в них ошибками, в том числе грамматическими. Минобразования намерено ужесточить контроль не только за учебниками, но и за работой вузов. Ведомство подготовило законопроект о системе контроля и надзора в сфере образования. "В настоящее время 10% вузов и их филиалов не соответствуют никаким требованиям", -- сказал г-н Фурсенко. Он добавил, что зачастую некоторые институты появляются только для того, чтобы "продавать дипломы". Министр выразил обеспокоенность стремительным ростом количества университетов, которых в России насчитывается уже несколько сотен.