Постепенно проясняется облик нового российского боевого самолета пятого поколения, который, согласно планам МО РФ, должен совершить первый полет не позднее 2007 года. Как сообщил в четверг главком ВВС России генерал армии Владимир Михайлов на встрече с военными атташе ряда иностранных государств: 'Он будет иметь минимальнейшую заметность для средств ПВО'.

        Это сообщение позволило ряду СМИ сделать вывод, что Михайлов имел в виду создание специализированного самолета-невидимки, подобного американскому ударному самолету F-117 Nighthawk, однако речь, скорее всего, идет о совершенно иной машине.

        Дорого и некрасиво

        Идея сделать самолет незаметным для наблюдателя на земле и в воздухе появилась еще до рождения боевой авиации. Еще накануне Первой мировой войны германские фирмы Albatros и AEG экспериментировали с прозрачным материалом Zellon. Однако целлон оказался менее прочным, чем обычное авиационное полотно, и после катастрофы нескольких 'прозрачных' аэропланов об идее надолго забыли.

        Велись такие опыты и в СССР на легких самолетах конструкции Яковлева. В ходе экспериментов выяснилось, что грамотно подобранная камуфляжная окраска дает гораздо лучший маскирующий эффект. Вопрос снижения заметности летательных аппаратов вновь стал актуальным в конце 50-х - начале 60-х годов прошлого века, когда 'глазами' зенитчиков и, позднее, пилотов-истребителей стали радиолокаторы. От эквивалентной площади рассеивания радиоволн (ЭРП) теперь зависела дальность обнаружения самолета противником.

        Здесь можно привести простую аналогию: зеркало большей площади отбросит 'зайчик' на большее расстояние, чем зеркало маленькое. ЭРП - это как раз и есть площадь зеркала.

        Как раз на этом принципе и основана технология создания самолета-невидимки, в предельном виде воплощенная в американском 'Найтхоке'. Не секрет, что идея 'граненого' самолета, не дающего радиолокационных бликов в направлении радара (по западной терминологии - концепция 'Стэлс'), принадлежит советскому ученому Александру Уфимцеву, в годы перестройки эмигрировавшему в США.

        В результате появился очень уродливый самолет, напоминающий не то утюг, не то египетскую пирамиду с крылышками. Летает эта штуковина только благодаря компьютерной системе искусственной устойчивости, и при ее отказе F-117 продолжать полет не может - по этой причине американцы потеряли как минимум пять 'Найтхоков' в небоевой обстановке.

        Кроме того, необычная аэродинамика наложила жесткие ограничения на летные данные истребителя. В результате появился очень дорогой (40 млн. долларов в начале серийной постройки) и фактически одноцелевой истребитель с небольшой боевой нагрузкой и ограниченным составом вооружения (только то, что помещается во внутренний отсек фюзеляжа). Его основная функция - применение корректируемых авиабомб ночью (днем этот уродец станет легкой добычей любого древнего МиГа) с малых высот.

        Попытки оснастить F-117 ракетами класса 'воздух-воздух' были скоро оставлены ввиду полной неприспособленности самолета для воздушного боя. Кроме того, довольно скоро выяснилось, что машина, малозаметная для радаров К- и Х-диапазонов, на некоторых режимах полета обнаруживается некоторыми старыми советскими РЛС (например П-40), что позволило югославским зенитчикам сбить один такой самолет ракетами комплекса С-125 'Куб' и повредить как минимум еще два.

        Едва ли о таком самолете говорил главком Михайлов. Осознали провал концепции 'невидимость ради невидимости' и американцы, ограничив заказ на новейший истребитель завоевания господства в воздухе F-22A Raptor всего 40 экземплярами. Выяснилось, что 'Хищник' не имеет решающих преимуществ перед новым поколением российских истребителей семейства Су-30, но стоит при этом в четыре раза дороже.

        Демонстрация технологий

        Между тем малая заметность для средств ПВО в возможно широком диапазоне электромагнитного спектра является неотъемлемой характеристикой самолета пятого поколения. Именно это и имел в виду Владимир Михайлов, говоря о перспективном самолете. Однако решаться эта проблема должна с минимальным ущербом для летных данных. Например, известно, что лопатки турбин двигателей, видимые через воздухозаборник, дают устойчивую 'засветку' на экранах РЛС.

        Чтобы спрятать 'бликующий' элемент от радара, канал воздухозаборника делают S-образным, а неизбежное при этом снижение тяги мотора компенсируют увеличением его мощности. Плоские сопла двигателей способствуют лучшему перемешиванию горячего выхлопа двигателя с окружающим воздухом, что снижает заметность самолета в ИК-диапазоне. Положительный эффект дает применение схемы с обратной стреловидностью крыла, уборка внутрь фюзеляжа разного рода антенн и сенсоров, применение радиопоглощающих покрытий и материалов в конструкции планера.

        Часть этих мер, например реализованная на новейших модификациях истребителей F-18 E/F Super Hornet, позволила снизить их заметность на 50-80% по сравнению с более старыми модификациями тех же самолетов F-18 без снижения летных данных. А ведь они относятся лишь к четвертому поколению. Перечисленные конструкторские решения прослеживаются и в облике российских самолетов МиГ 1.42 и Су-47, которые считаются технологическими демонстраторами возможностей машин пятого поколения. Однако, как сообщается в открытой печати, новый истребитель не будет похож ни на один из них.

        Когда появятся первые невидимки

        Когда же появится новый российский самолет? Как оказалось, в этом вопросе существуют разночтения. На государственном уровне задача создания 'перспективного авиационного комплекса фронтовой авиации' была сформулирована в 2001 году. Машина такого класса проектируется как минимум 10-12 лет. Так что заявления Владимира Михайлова представляются излишне оптимистическими. Ближе к реальности высказывается его заместитель, командующий фронтовой авиацией генерал-полковник Александр Зелин. 'Задача поставлена: в 2012 году машина должна летать. Ну а первые шаги и результаты, я думаю, будут уже в 2008 году', - сказал Зелин в интервью информационным агентствам в феврале сего года.

        Вероятно, оба генерала имеют в виду разные этапы одного и того же процесса. Михайлов имеет в виду срок полета первого прототипа нового истребителя, а его зам - дату полета первого серийного самолета. Действительно, при достаточном финансировании такие сроки кажутся разумными. Если верить Михайлову, деньги под программу выделяются своевременно, однако 'проблемы с финансированием возникают из-за того, что часть средств уходит на разработку нового гражданского самолета (RJR. - Ред.), которым конструкторское бюро 'Сухого' занимается параллельно'. Отсюда и разночтения в сроках полета прототипа - 2007-2008 годы.

        До завершения всех работ по новому комплексу оценить затраты на его создание достаточно сложно. В 2005 году, отвечая корреспонденту британского журнала Flight International, главный конструктор КБ 'Сухого' Александр Кнышев заявил, что не стал бы возражать против бюджета в 10 млрд. долларов, выделенных американцами под аналогичную программу F-35 (JFS), но реально рассчитывает на 3 млрд. Таким образом, при планируемой рыночной стоимости российского самолета в 30-35 млн. долларов (на 5-10 млн. ниже, чем у F-35) вложения в программу окупятся при производстве серии не менее чем из 100 машин, что вполне реально, учитывая высокую конкурентоспособность истребителей марки 'Су'.