По версии Саратовской облпрокуратуры, эта история началась в марте 2002 года, когда 50-летний Анатолий Жихарев занял должность командира 22-й гвардейской тяжелой бомбардировочной авиадивизии в Энгельсе, получив генеральские погоны. В это же время из дивизии ушел в отставку сослуживиц Жихарева полковник Виктор Губанов. При этом коллеги последнего поговаривали, будто он сам метил в комдивы и сетовал, что на некоторых незаслуженно 'сыплются медали'. Однако очевидного конфликта между прослужившими вместе почти десяти лет Губановым и Жихаревым не было. Они проживали в одном доме, их квартиры были расположены друг над другом, и соседи не слышали, чтобы офицеры скандалили.

        Естественно, когда в марте 2005 года Жихарев получил новое повышение -- его перевели с Москву, назначив замкомандующего 37-й воздушной армией Верховного главнокомандования (стратегического назначения), Губанов узнал об этом. По военному городку пошли слухи, что генеральская семья собирается переезжать и продает коттедж.

        Когда именно у Губанова созрел план ограбления бывшего сослуживца и действительно ли ему не давало покоя успешное продвижение Жихарева по службе, следствию установить точно не удалось. (На суде Губанов все отрицал, заявляя, что стал жертвой провокации ФСБ). Однако в августе 2005 года в областном УФСБ узнали, что бывший начштаба подыскивает бандитов, чтобы совершить заказное ограбление. Военный летчик отношения к криминалу раньше не имел и с просьбами познакомить его с 'нужным' человеком, по данным контрразведки, обращался к своим знакомым, тоже летчикам. На допросе свидетели показали, что Губанов не раз во время застолий заявлял, что 'неплохо было бы пощипать генерала'. В результате об этих планах узнали сыщики, которые предложили одному из знакомых начштаба стать 'посредником'. По материалам уголовного дела, 11 сентября Губанов вновь заговорил о поисках наемника, на что его товарищ сказал, что знает такого человека.

        Роль бандита взял на себя оперативник УФСБ. При личной встрече полковник предложил ему совершить нападение на Жихарева, когда тот продаст коттедж, и отнять деньги. Мужчины заключили сделку, по условиям которой, как следует из приговора, Губанов потребовал всего 15% 'за наводку'.

        Во время последующих встреч, которые проходили в самарской гостинице 'Олимпия' и в Энгельсе, заказчик передал наемнику сведения о комдиве -- где живет, работает, на какой машине и по какому маршруту ездит -- и фотографии. Сначала заказчик настаивал на налете на жертву по дороге домой сразу после сделки. Затем предложил другой сценарий -- ворваться в квартиру, где жил Жихарев, и, захватив в заложники его дочь или жену, потребовать выкуп.

        В начале октября, как установил суд, Губанов передал оперативнику две гранаты Ф-1, гранату РГД-5, четыре светозвуковые гранаты и патроны к пистолету. Уже на следующий день исполнитель сообщил Губанову, что сделка по купле-продаже дома совершилась, но налет прошел не по плану. Жихарев и покупатель якобы сопротивлялись, и их пришлось взорвать. По данным гособвинения, Губанов отреагировал на эту новость спокойно. Исполнитель передал часть "украденных" денег (помеченных спецсоставом), и на выходе из гостиничного номера Губанова задержали.

        На суде он признался лишь в хранении гранат, сказав, что нашел их на свалке. Но суд счел его вину доказанной и в подготовке разбоя. При назначении наказания судья учел смягчающие обстоятельства -- возраст подсудимого, отличные характеристики с места службы, правительственные награды. Адвокаты подсудимых заявили, что намерены обжаловать приговор.