Президент России уже не первый год поздравляет космонавтов с их профессиональным праздником в прямом эфире прямо из сердца нашей родины - Московского Кремля. Первый раз он вышел отсюда в открытый космос в 2002 году. Техника в ситуационном центре в первом корпусе Кремля была заложена еще при первом президенте России Борисе Ельцине. Три года назад господин Путин начал эксплуатировать ее. Тот выход в космос больше других запомнился тогдашнему главе Роскосмоса Юрию Коптеву, ибо именно после него он потерял свою работу.

        - Просьба громко не говорить,- услышал я в ситуационном центре громкое предупреждение от человека, отвечающего за связь с Международной космической станцией (МКС).

        На немой вопрос (ибо его слова тут же были восприняты как руководство к действию), почему не надо громко говорить, этот человек объяснил:

        - Звук идет напрямую в Хьюстон.

        Все, вопросов больше не было. Никто из находящихся в комнате журналистов (ну, может быть, за малым исключением) не был, разумеется, заинтересован в том, чтобы каждое слово, произнесенное в первом корпусе Кремля, эхом отдавалось в центре управления полетами NASA.

        Владимир Путин поздравил собравшихся за столом (праздничным его мешало назвать полное отсутствие закуски) космонавтов Сергея Волкова, Сергея Крикалева, Виктора Савиных, Василия Циблиева и Алексея Леонова и примкнувшего к ним руководителя Федерального космического агентства Анатолия Перминова с тем, что пилотируемой космонавтике исполнилось 45 лет. Господин Путин сгоряча назвал эту дату юбилейной, но потом переформатировал ее в "достаточно круглую".

        Президент не очень решительно сказал о том, что через несколько минут, может быть, состоится сеанс связи с МКС, где сейчас работают россиянин Павел Виноградов и американец Джеффри Уильямс.

        - Минут через пять? - робко поинтересовался он у господина Перминова.

        Разумеется, только ради этого сеанса президент и пришел сюда. Отсюда, из Кремля, поздравлять космонавтов вдвойне приятно еще и по той причине, что президенту США поздравлять своих астронавтов, во-первых, неоткуда (в Белом доме такой технической возможности нет или, по крайней мере, она не афишируется), а во-вторых, не с чем: первым в космосе оказался наш, а не их человек.

        Господин Перминов не без снисходительности, которая появляется в голосе людей, занимающихся точными науками, когда они разговаривают с пытливыми гуманитариями, сказал президенту, что сеанс связи состоится в 13.01 по Москве, и разъяснил, что будет возможность поговорить не только с теми, кто сейчас в космосе, но и с теми, кто только что оттуда. Среди трех таких людей был бразильский космонавт Маркус Понтес, отлетавший свое по полной программе пилотируемых космических полетов.

        Господин Путин поинтересовался, какие перспективы у нашей космонавтики вообще и у нового многоразового аппарата в частности. Выяснились подробности. На первый взгляд господин Перминов говорил именно о том, что было не предназначено для ушей Хьюстона. Но с другой стороны, именно на них, а не на уши президента России были рассчитаны пояснения, которые господин Перминов торопливо давал президенту, и так все это знавшему не хуже самого Анатолия Перминова.

        - Сейчас проходит конкурс, Владимир Владимирович, и борются за место, кто будет изготавливать корабль многоразового использования. В целом за эту работу борются три основных предприятия: РКК "Энергия" - космическая корпорация имени Королева, Государственный космический центр Хруничева и НПО "Молния". И к июню мы рассмотрим закрытый конкурс и обнародуем результаты,- обнадежил Анатолий Перминов.- А корабль однозначно будет!

        - К какому году примерно? - Владимир Путин хотел, чтобы Хьюстон узнал дату.

        - Планируется 2012-2015 год. Это ввод в эксплуатацию.

        - Не за горами уже,- предупредил президент России Хьюстон.

        - Не за горами, да,- многообещающе подтвердил Хьюстону и Анатолий Перминов.

        - Как, по вашему мнению, федеральная программа развивается? - неожиданно уклончиво спросил президент.- И есть ли какие-то проблемы с ее реализацией?

        На этот раз он говорил очень тихо, едва разборчиво, так, словно хотел, чтобы именно этот разговор остался только между ними.

        - Программа федеральная защищена в прошлом году в правительстве,- так же неразборчиво отвечал ему глава космического агентства.- По направлениям, которые были так или иначе недостаточно проработаны, вами даны указания (он считал, что на всякий случай надо напомнить об этом президенту.- А. К.),- особенно по системе ГЛОНАСС (Глобальная навигационная спутниковая система.- Ъ), и мы надеемся, что в ближайшее время проведем согласование с Министерством экономического развития и торговли и Министерством финансов и закончим эту работу.

        - Промышленность-то справится с ускоренным выводом на орбиту нужного количества? - спросил президент.

        Он не сказал, чего именно. Но в Хьюстоне если расслышали, то поняли. Для тех, кто не расслышал, поясняю: речь идет о спутниках "Ураган" именно этой системы.

        Разговор был о вещах, которые, без сомнения, составляют предмет государственной тайны. И за ее разглашение никто, если не ошибаюсь, ответственность не отменял.

        - Да, промышленность мы проработали с предприятиями,- кивнул господин Перминов.- Непосредственно контролировал этот процесс Сергей Борисович Иванов (вице-премьер и министр обороны.- А. К.), он выезжал на предприятия. И в Красноярском крае все вопросы были в техническом плане рассмотрены.

        В Красноярском крае находится НПО прикладной механики имени Решетнева, которое и производит эти спутники.

        - Если бы мы делали по плану, то когда бы вся система заработала у нас? - уточнил Владимир Путин.

        - Если бы по плану по старой программе, она бы заработать могла только к концу 2011 года, то есть в начале 2012 года,- пожал плечами Анатолий Перминов.

        - В начале 2012-го...- задумался президент.- А если мы сможем реализовать ускоренную программу введения в строй ГЛОНАСС?

        - Тогда на территории Российской Федерации и стран СНГ она будет работоспособна уже к концу 2007 года! - обрадованно сказал глава космического агентства.

        - Отлично! - заявил президент.

        Трудно сказать, когда он в последний раз в таких восторженных выражениях комментировал чью-нибудь работу. Тем более несделанную.

        - А на всем земном шаре покрытие будет в 2009 году,- продолжил презентацию космической отрасли господин Перминов.

        - Нужно заранее проработать вопросы, связанные с наземной инфраструктурой и с наполнением определенным объемом заказов. Уже заранее сделать,- обеспокоился президент.

        - Сейчас этим и занимаемся. В целом у нас и пилотируемая космонавтика в силу определенных обстоятельств, сложившихся с полетами шаттлов, к сожалению, практически легла на плечи России,- вздохнул Анатолий Перминов.- И весь мир видит, как мы идем вперед в этом направлении. Особенно в той части, которая осуществляет так называемые экспедиции посещения... Благодаря вашей заботе и помощи в работе в различных странах уже, честно говоря, очередь нарастает, и не знаем, как активно производить эксплуатацию.

        Он снова тяжело вздохнул.

        - Видимо, придется, возможно, даже - вот мы сегодня с Алексеем Архиповичем Леоновым обсуждали - увеличивать количество кораблей.

        - Анатолий Николаевич, если все-таки вернуться к системе ГЛОНАСС, какая группировка должна быть на орбите для того, чтобы она заработала? - уточнил президент.

        Господин Перминов пояснил, что не меньше 24 космических аппаратов.

        - А у нас сейчас сколько? - переспросил господин Путин.

        - У нас сейчас 16 космических аппаратов.

        - Уже на орбите? - не верил своему президентскому счастью господин Путин.- Из этой группировки?

        - Из этой группировки,- подтвердил Анатолий Перминов.

        Он не стал уточнять, что в рабочем состоянии находятся только 12 из 16.

        - А у европейцев сколько должно быть? Столько же? - допытывался президент.

        - У европейцев должно быть по их системе 30 космических аппаратов,- пояснил глава агентства.

        - А вывели они сколько?

        - Один,- после эффектной театральной паузы произнес Анатолий Перминов.

        - Так, может быть, нам с ними объединить усилия?

        Стало наконец понятно, к чему он вел все это время.

        - Над этим работаем,- осторожно сказал господин Перминов.

        Господин Путин, насколько известно, тоже над этим работает и даже намерен включить пункт о неизбежности для Европейского космического агентства сотрудничества с Российским космическим агентством в послание Федеральному собранию.

        - Они ведь, насколько мне известно, все-таки пока хотят самостоятельно свой план реализовать? - так же осторожно, зато очень отчетливо сказал президент.

        Он, кажется, снова хотел, чтобы его хорошо было слышно в Хьюстоне.

        - Да, они хотят эту систему независимой сделать и от США, и от России,- доложил господин Перминов.

        - "Галилео"?

        - "Галилео", да. Это их право, но ситуация развивается в технике в этом случае таким образом, что все равно придется именно коммерческий сектор использовать, все три системы: и ГЛОНАСС, и "Джи-Пи-Эс", и "Галилео".

        - Наши должны нашу систему использовать,- защитил отечественного производителя президент России.- У нас полно потребителей, пусть работают на российской системе.

        - Наши будут только, естественно, я думаю, нашу использовать,- заверил его господин Перминов.- Причем качественно она будет на уровень выше к тому времени с вводом новых космических аппаратов ГЛОНАСС-К.

        Тут президент наконец посчитал этот увлекательный разговор с главой космического агентства исчерпанным и обратился к начальнику Центра подготовки космонавтов Василию Циблиеву с вопросом в лоб:

        - Василий Васильевич, как Центр подготовки космонавтов?

        Господин Циблиев, широко открыв глаза, начал было отвечать, но тут его перебил Анатолий Перминов:

        - Внимание! Включить Центр управления полетами!

        - Задержка идет некоторая, через США идет сейчас линия связи, потому что МКС находится в их зоне наблюдения,- пояснил ему голос за кадром.

        Следующие семь-восемь минут президент болтал с космонавтами на орбите.

        - Мы собрались в Кремле с вашими коллегами для того, чтобы поздравить вас с праздником,- сказал он.

        Он в третий раз за это утро не отказал себе в удовольствии напомнить всем, кто его слышал, о том, что сидит сейчас прямо в самом Кремле и разговаривает с самим космосом. Потом он спросил американского астронавта, есть ли разница в подготовке к полету на шаттле и на "Союзе".

        - Разница большая,- объяснил ему Джеффри Уильямс,- потому что это другой корабль.

        - Спасибо,- от души поблагодарил его президент.

        Космонавты уже было откланялись, когда Павел Виноградов вдруг пригласил президента на МКС.

        - Потому что он уже был на подводном крейсере, попробовал стратегическую авиацию. Су-27 - вообще родной самолет,- расшифровал он.- А вот на орбитальной станции президент еще не был.

        На мой взгляд, в словах космонавта содержалась некая ирония.

        - Если в отпуске только...- произнес господин Путин.

        Он, кажется, тоже уловил эту иронию.

        Напоследок президент пообщался с только что приземлившимися космонавтами, которых уже доставили в Центр управления полетами. Бразилец Маркус Понтес, осознавая, что он уже вошел в новейшую историю Бразилии, говорил о себе в третьем лице.

        - Первый космический полет бразильского гражданина чрезвычайно важен для моей страны. И надеюсь, что он будет содействовать в дальнейшем налаживании сотрудничества между Россией и Бразилией,- исчерпывающе выразился он, просто хоть сейчас в учебник этой новейшей истории.

        Перед тем как оставить тружеников космической отрасли наедине с их праздником, Владимир Путин решил преподнести им какой-нибудь подарок (они-то уже подарили ему картину в раме, состоящую из фотографии трех отсутствующих космонавтов, которые сейчас на орбите, и конверта с погашенной маркой).

        - Мы как раз говорили о работе Центра подготовки космонавтов,- сказал он.- Есть какие-то ко мне вопросы, проблемные, может быть?

        Василий Циблиев заявил, что есть вопрос с передачей центра из ведения Минобороны в Роскосмос.

        - Нужно все вопросы согласовать так,- пояснил он,- чтобы безболезненно могли перейти всем составом, всеми специалистами из Минобороны в Роскосмос.

        - Я думаю, что это можно,- заявил президент.- Не просто должно быть все компенсировано. Должен быть найден такой способ решения вопроса, который бы...

        - Мы уже нашли,- перебил его господин Циблиев.

        Президент кивнул. Ему, таким образом, и делать ничего не надо было.

        - По поводу жилья,- сказал президент.- Я получил письмо, мы сделаем, но только нужно понять, что вы хотите: либо иметь в центре Москвы что-то, либо там что-то.

        Он имел в виду Звездный городок.

        - Там,- быстро сказал Василий Циблиев, и это слово навсегда запомнят все нуждающиеся в улучшении жилищных условий сотрудники Центра подготовки космонавтов. Господин Циблиев мог, пошевелив языком, добиться для своих людей жилья в Москве, которое, разумеется, в несколько раз дороже подмосковного. Те, кто хотел, мог бы, продав квартиру в Москве, купить ее в том же Звездном городке - и еще внукам хватило бы на старость.

        - Там, да? - кивнул президент.- Тогда там просто построим новый дом. И давайте быстрее. Это же строительство, это же не в космос полететь, а дом построить.

        - Иногда легче в космос полететь,- резонно заметил Анатолий Перминов.

        - Если будут проблемы, позвоните мне,- предложил президент.

        - Да мы сами решим,- успокоил его Анатолий Перминов.

        Ну и гора с плеч.