Прежде всего от имени Федеральной аэронавигационной службы позвольте выразить глубокое соболезнование родным и близким погибших в катастрофе самолета А-310 в Иркутске. Любая информация об этом происшествии сейчас очень важна, но она должна быть проверена и перепроверена.

Расследование обстоятельств и причин происшествия проводит компетентная комиссия. Свое расследование ведет Генеральная прокуратура РФ.

Нет никакого сомнения в том, что причины происшествия будут установлены для того, чтобы оно не повторилось.

Корреспонденты 'Комсомольской правды' изложили свою версию о том, что после посадки А-310 за самолетом никто из персонала диспетчерской службы управления воздушным движением не следил и это привело к задержке аварийно-спасательных работ.

Журналистское расследование - важная часть работы любого издания, но оно должно основываться на фактах, а не на обрывках доносящейся информации, которые наносят вред деловой репутации авиационных специалистов, добросовестно исполнявших свои профессиональные обязанности во время описанных трагических событий. Недостаток материалов для расследования не может служить оправданием публикации непроверенных сведений и заключений.

В связи с этим хотелось бы официально информировать читателей 'Комсомольской правды' о том, что версия журналистов не соответствует действительности.

После приземления самолета в аэропорту Иркутска за его движением визуально наблюдали два диспетчера службы управления воздушным движением - диспетчер посадки и диспетчер руления (названия должностей приведены так, чтобы читателям было проще их понять). Они заметили то, что экипаж использовал реверс по характерному для этого поднятию с поверхности взлетно-посадочной полосы (ВПП) частиц воды, а также то, что затем самолет выкатился за пределы ВПП. Наблюдая возгорание самолета, оба диспетчера немедленно доложили об этом руководителю полетов аэродрома, который объявил сигнал тревоги по всем службам аэропорта согласно установленной схеме оповещения.

Вот частичная выписка из магнитофонной записи переговоров диспетчеров в процессе возникновения и развития аварийной ситуации. Мы взяли за точку отсчета момент касания самолетом ВПП, то есть это не местное иркутское время, а относительное.

00 мин. 00 сек. - самолет коснулся взлетно-посадочной полосы.

00 мин. 49 сек. - диспетчер посадки докладывает руководителю полетов аэродрома о том, что самолет занесло (самолет в конце ВПП, до столкновения остается 11 сек.).

00 мин. 56 сек. - руководитель полетов уточняет у диспетчера посадки о том, что происходит с самолетом.

00 мин. 58 сек. - диспетчер посадки докладывает руководителю полетов о том, что самолет занесло на концевую полосу безопасности (до столкновения остается 2 сек.).

01 мин. 00 сек. - столкновение самолета с препятствиями.

01 мин. 04 сек. - диспетчер посадки докладывает руководителю полетов о пожаре и объявляет тревогу по своему каналу связи с пожарным расчетом.

01 мин. 06 сек. - диспетчер руления докладывает руководителю полетов о происшествии.

01 мин. 27 сек. - срабатывание системы централизованного оповещения всех служб аэропорта о происшествии с указанием типа самолета и места события.

Через 3 мин. 45 сек. после столкновения самолета диспетчер руления докладывает руководителю полетов о том, что наблюдает пожарные машины у места происшествия.

Таким образом, выводы журналистов 'КП' о том, что 'а на деле, повторим, прошло пять - семь минут ПОСЛЕ КАСАНИЯ самолетом полосы, и его никто не хватился', являются совершенно недостоверными.

Анализ действий персонала службы управления воздушным движением показал, что в их действиях не было нарушений правил и документов, определяющих порядок взаимодействия с другими службами при проведении аварийно-спасательных работ.

В отношении хронометража времени, который использовали журналисты, хотелось бы объяснить, что часы на борту самолета, которые передают информацию в бортовые самописцы, часы в различных службах аэропорта, часы в службе МЧС не синхронизированы между собой. Поэтому в ходе расследования комиссия специальными методами осуществляет синхронизацию по времени данных, полученных из различных источников. Об этом журналисты, вероятно, не знали.

Позволю себе не комментировать другие 'результаты расследования' журналистов 'КП', так как бесполезно тратить время на опровержение фантазий.

Зная не понаслышке работу комиссий по расследованию авиапроисшествий, хотелось бы отметить, что любое расследование всегда на начальном этапе обрастает непроверенными фактами, версиями и домыслами. Иногда это делается непроизвольно, но порой некоторые лица специально искажают обстоятельства и вводят в заблуждение общественность, используя для этих целей средства массовой информации, и сознательно уводят в сторону ход расследования.

Комиссия по расследованию в настоящее время делает все возможное, чтобы установить причины происшествия для того, чтобы оно не повторилось. И только она владеет наиболее полным, но неокончательным в настоящее время объемом информации о расследовании. Расследование еще не завершено.

Из-за драматического характера авиапроисшествий и того интереса, который проявляет к ним общественность, для распространения точной информации предпочтительно, чтобы в прессу поступали факты только из авторитетных источников. Федеральная аэронавигационная служба готова предоставлять средствам массовой информации объективную и исчерпывающую информацию в пределах своей компетенции о работе аэронавигационной системы России.

А. НЕРАДЬКО, руководитель Федеральной аэронавигационной службы.

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Дайте нам факты, и мы их опубликуем

Рубрика 'Первый отклик' стоит правильно, несмотря на то, что мы уже печатали отклики наших читателей о катастрофе рейса 778. Но это действительно первый официальный отклик на наши статьи. И мы благодарны Федеральной аэронавигационной службе, написавшей нам по своей инициативе. Спасибо! Мы публикуем ваш ответ с удовольствием.

К сожалению, в том-то и дело, что с 9 июля журналисты (в том числе и журналисты 'КП') стучат во все авиационные двери, но никакой информации им не дают. Но стучим-то мы не для себя: Иркутск да и страну до сих пор лихорадит от той катастрофы. Пассажиры всех авиакомпаний выискивают в газетах точную информацию о том, что и как было, что происходит с нашей авиацией, потому что решают для себя простой вопрос: летать им дальше или нет? Опасно или безопасно? А информации нет!

После аварийных посадок в том же Иркутске, Хабаровске, Новосибирске пассажирам никто ничего толком даже не пытается объяснить. Журналистов как гоняли, так и гоняют. Ну и кому от этого легче? В Иркутске вообще уже пошли слухи, что работникам аэропортов, авиакомпаний, летному составу с 'самого верха' запрещено давать любую информацию, пока не разберется комиссия по расследованию.

Может, в этом и есть ведомственный резон. Но не при такой мощной катастрофе и цепочке летных ЧП, прокатившихся вслед за трагедией Иркутска.

Лучше бы не в секреты играли, а подумали, как рассказать людям честно, что происходит. Для людей это реально жизненно важная информация. Вот в чем проблема.

А мы готовы напечатать любую точку зрения и любые точные факты. Для этого газеты и существуют. Нашим читателям это важно.

Андрей ДЯТЛОВ, заместитель главного редактора 'КП'.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Еще два самолета в России сели экстренно

В Новосибирске неполадки случились на борту Ту-154, а в Хабаровске - у Ту-214

Первым был опять-таки самолет авиакомпании 'Сибирь' Ту-154, выполнявший вчера рейс 3337 Новосибирск - Санкт-Петербург, 150 пассажиров и 10 членов экипажа. Через десять минут после взлета командир доложил о ЧП с двигателем и решил вернуться в Толмачево. Ту-154 пришлось кружить над аэродромом три с лишним часа, сжигая горючее. Но в итоге 'тушка' благополучно села. Через час все пассажиры улетели в Петербург на запасном самолете. От каких-либо комментариев 'Сибирь' отказывается.

А в Хабаровске тоже 'Ту', но 214-му компании 'Дальавиа' пришлось приземляться без части шины. Посадка прошла нормально, хотя и со второго захода.

Пассажирам, прилетевшим в Хабаровск из Москвы, пришлось ждать полтора часа, прежде чем их выпустили из самолета. Но никто из них так и не понял, что же произошло.