По общевойсковым меркам 41-летнего командира батальона подполковника Сергея Михайловича Борискина едва ли назовешь карьеристом. Так оно и есть: не по-детски посвятив жизнь осуществлению мечты детства, Борискин, выражаясь словами известной песни, служил 'не за звания и не за ордена'. Однако, принимая во внимание специфику радиотехнических войск, где далеко не каждый офицер вырастает даже до командира роты, служебные успехи комбата Борискина едва ли назовешь заурядными. Еще бы! Командир отдельной, постоянно несущей боевое дежурство радиотехнической части. Батальон на лучшем счету не только в бригаде, но и в войсках Командования специального назначения. О разработанной в батальоне компьютерной программе, позволяющей тренировать боевые расчеты без включения радиолокационных станций, в штабе КСпН говорят как об одном из главных достижений объединения. Но, пожалуй, самый заслуживающий внимания факт: батальон практически не испытывает характерной для радиотехнических войск проблемы некомплекта офицеров и прапорщиков. В чем, по словам командира бригады полковника Валерия Пехтерева, огромная заслуга комбата. Да, в материально-бытовом плане службу в РТВ не назовешь привлекательной, однако отток людей из батальонов и рот не в последнюю очередь, считает комбриг, зависит и от способности командира создать такой коллектив, с которым не хотелось бы расставаться.

О кончив в 1988 году Красноярское высшее командное училище радиоэлектроники войск ПВО, лейтенант Борискин стал начальником радиолокационной станции расположенной под Рязанью радиолокационной роты. Принял должность, и начались суровые войсковые будни, которые ему, как и любому пришедшему из училища лейтенанту, набили немало шишек, прежде чем дали понять, что главные университеты 'радиотехнической науки' проходят не за партой, а в войсках при общении с людьми и техникой. Однако, несмотря на все трудности офицерского становления, подполковник Борискин рассказывает теперь о том времени с придыханием. Потому что, считает, не повстречай он тогда в его первой роте служивших там офицеров и прапорщиков, не командовать бы ему сейчас батальоном. И своих учителей - командира роты капитана Юрия Абрамова, а также прапорщиков Николая Башева, Виктора Шестакова и Владимира Пешкова вспоминает с чувством самой искренней благодарности. Ротный, например, будучи возрастным холостяком, очень любил копаться в технике: наденет старую форму и может днями напролет перебирать узлы и детали! И как бы ни хотелось молодому лейтенанту избежать сверхурочной работы, отставать от такого командира было просто стыдно. А поломки РЛС, за которую отвечал Борискин, как назло, случались в основном ближе к вечеру. Как же выручали его тогда прапорщики Виктор Шестаков и Владимир Пешков, которые не шли домой, не починив вместе с лейтенантом его РЛС, и которые его столь многому научили!

Ну а что такое уставный порядок, он понял благодаря ротному старшине прапорщику Николаю Башеву. Когда, вспоминает, прибыл в роту для прохождения службы и впервые переступил порог казармы, первым желанием было разуться. Такие в расположении были красота и чистота. Все надраено, все блестит!
     - Не надо, товарищ лейтенант, - остановил офицера дневальный, - это мы разуваемся, а вам можно и так, в обуви.
     Сказать, что старшина полностью отдавался службе, - значит ничего не сказать: каждое утро прапорщик Башев приходил на подъем, лично проводил с бойцами зарядку, сам водил роту на завтрак, обед и ужин, а уходил домой уже после вечерней поверки.

Впрочем, говорить, что Борискин во всем копировал своих первых учителей, тоже нельзя. Учась, он старался брать у них лучшее. Вспоминая, например, как однажды на командный пункт залетел ефрейтор, а за ним - нашедший крошку хлеба возле его тумбочки старшина с лопатой, Борискин говорит, что за всю службу ни разу не повысил на кого-нибудь голос. И, судя по словам его подчиненных, а главное, по тому, что в батальоне самая низкая в бригаде текучесть офицерских кадров, понимаешь, что комбат, скорее всего, не лукавит. А вот порядок в казарме батальона подполковника Сергея Борискина, наверное, не хуже того, что когда-то был в его первой роте. Роте, в которой он прослужил чуть больше двух лет и с которой, наверное, еще долго бы не расстался, если бы не одно весомое обстоятельство...

В о время одного из показных учений к нему подошел офицер, оказавшийся командиром той самой, расположенной у его родной деревни радиолокационной роты. Предложил пойти к нему зампотехом. А через полгода, когда рухнул Советский Союз, этот офицер перевелся на Украину. И Борискин стал командиром роты, о службе в которой мечтал с пяти лет и на позиции которой с детства знал каждую кочку. Это была не служба, а прямо мечта: зайдя, например, к маме на обед, он из окна родительского дома мог увидеть, все ли в роте нормально. Вращаются антенны - порядок, а если, не дай Бог, какой-то локатор стал - бегом по натоптанной еще в детстве тропе! Правда, те 8 лет, что он откомандовал этой ротой, пришлись как раз на самое трудное для армии время. Задержки с выплатой денежного довольствия, перебои в тыловом обеспечении и поставке запчастей сильнее всего били как раз по небольшим, автономно стоящим подразделениям - так называемым точкам. Поэтому, командуя ротой, пришлось Борискину столкнуться и с такой стороной службы, о существовании которой он не подозревал ни в училище, ни в лейтенантские годы. Как же в решении многочисленных хозяйственных проблем выручали его тогда 'домашние стены'! Не подвезла, например, местная КЭЧ к отопительному сезону уголь, а он выкрутился из безнадежной, казалось бы, ситуации, одолжив до весны вагон 'черного золота' у главного инженера местного предприятия. Или такой пример. Прибегает за полчаса до Нового года кочегар - беда, товарищ капитан, котел потек, вот-вот зальет огонь, и труба тогда нашей отопительной системе. Что делать? Звонить за час до новогоднего боя курантов в КЭЧ - пустое занятие. Сорвавшись из-за стола, Борискин бегом в деревню, к знакомому сварщику. Тот поворчал-поворчал, отметил удар курантов бокалом шампанского и поехал: как Сереге-то не помочь? А когда подоспела особенно снежная зима и приписанным к роте небольшим трактором было не очистить трехкилометровую дорогу до боевой позиции, выручил знакомый с детства директор совхоза, которого Борискин уговорил обменяться до весны тракторами.

Однако, несмотря на все подобные трудности, большую часть времени Борискин уделял конечно же подготовке вверенной ему роты к выполнению задач боевого дежурства. Лично готовил операторов радиолокационных станций, тренировал боевые расчеты, помогал освоить технику и освоиться в коллективе призванным из запаса контрактникам. И рота работала как часы. Даже когда подводила техника. Однажды, например, приехавший командир бригады приказал включить систему защиты РЛС, а она возьми да не заработай. Случилось то, что называют 'генеральским эффектом': превосходно функционирующая система дала сбой именно в момент проверки. Однако оператор РЛС сержант Людмила Шувалова не растерялась:
     - Одну минуту, товарищ полковник, сейчас исправим.

И через минуту, к удивлению проверяющего боеготовность роты командира бригады, все действительно заработало. Растроганный комбриг поцеловал женщине руку, поблагодарил ротного за высокую выучку подчиненных и уехал, оставив Борискина дальше 'стойко преодолевать тяготы и лишения воинской службы' на отдаленной точке.

Впрочем, несмотря на обилие материально-тыловых проблем, не рвущийся не только в генералы, но и даже в комбаты Борискин готов был, кажется, всю жизнь командовать ротой, мечтами о службе в которой было переполнено его детство. Только судьба распорядилась так, что в

1998-м эта рота попала под нож сокращения. Однако случилось это уже после того, как работу 'горевшего' на службе ротного по достоинству оценил комбат подполковник Валерий Пехтерев, выдвинувший его на должность начальника радиотехнического узла батальона. Когда же на следующем витке реформ сократили уже батальон, Пехтерев, будучи уже замкомбрига, инициирует назначение Борискина начальником штаба еще одного батальона. Ну а через четыре года командир бригады полковник Валерий Пехтерев назначает достойно справляющегося с работой на всех должностях 37-летнего майора Борискина командиром дислоцирующегося под Вологдой радиотехнического батальона.

С лужебная позиция, или городок батальона, подполковника Сергея Борискина похожа на десятки таких же разбросанных по лесам городков радиотехнических и зенитных ракетных частей. Те же просевшие от времени одноэтажные постройки середины шестидесятых, тот же вздыбившийся от старости волнами асфальт, та же древняя кочегарка с горой угля во дворе. Только вот настроение у людей, как нам показалось, здесь несколько иное, чем обычно встречаешь в подобных местах. Вместо традиционных жалоб на жизнь в батальоне Борискина нам рассказали о возможностях новой техники, о том, как с помощью губернатора удалось приобрести задействованные в боевой работе компьютеры, о том, как можно усовершенствовать алгоритмы боевого применения радиотехнических подразделений, и, конечно же, о являющейся визитной карточкой батальона компьютерной программе для тренировки боевых расчетов. И ни слова о каком-то упадке.

Ну а проблемы? Конечно же, они есть. Самая большая - явно не соответствующее тяжести труда денежное довольствие.

На вопрос, почему при заработках на 'гражданке' больше, чем в батальоне, люди не покидают армию, заместитель командира батальона по воспитательной работе майор Владимир Мушников, видимо из скромности, отвечает: привыкли. Только дело скорее не в привычке, а в коллективе, из которого, выражаясь словами комбрига полковника Валерия Пехтерева, не хочется уходить.

Когда после очередной заявки на проведение ремонта обветшалых помещений в местной КЭЧ вновь лишь развели руками, Борискин решил, что сам разводить руками не станет. И пошел на прием к губернатору. В результате столовая, баня и штаб отремонтированы на средства из областного бюджета. На очереди - казарма. Кроме того, областным правительством батальону подарены охранная система видеонаблюдения и оргтехника, а еще ежегодно выделяются деньги на подготовку к зиме. Безусловно, все это стало возможным благодаря патриотической позиции губернатора Вологодской области Вячеслава Позгалева. Однако, если бы не активность Борискина, в батальоне, согласитесь, могли бы и не узнать, что их губернатор готов в такой степени помогать военным. Как и глава поселка Огарково Николай Беляев, ни разу не приезжавший в батальон без подарков солдатам.

Ну а какое внимание подполковник Борискин уделяет формированию здорового микроклимата в вверенном ему воинском коллективе, мы поняли по его разговору со своим 'замполитом'. Речь шла о нежелании двух младших офицеров идти на проводимый в батальоне торжественный вечер. 'Если батальон будет как одна большая семья, выполним любую боевую задачу', - пояснил причину своей чрезмерной заинтересованности, по нашему мнению, частным вопросом комбат.

Или такой характеризующий микроклимат в его батальоне пример. Слушая рассказ Борискина о том, как призванный из Дагестана боец поначалу отказывался мыть посуду, а уезжая домой, предложил звонить ему, если у оставшихся в строю земляков будут нелады с дисциплиной, мы поймали себя на мысли, что куда интереснее перевоспитания солдата тот факт, что на вокзал его вез сам комбат на личном автомобиле. И хотя сегодня в батальоне не наберется и трех десятков военнослужащих по призыву, подобное отношение к уже выслужившему положенное солдату, которого он никогда больше не увидит, кажется, характеризует Борискина лучше любых даваемых ему в вышестоящем штабе оценок. И когда на вопрос, почему в батальоне нет столь острого, как в других частях РТВ, некомплекта офицеров и прапорщиков, Борискин отвечает: мол, люди у нас хорошие и бытовые условия, наверное, по сравнению с другими местами получше, так и хочется добавить - и потому что комбат свое дело знает.

Безусловно, тот факт, что дома офицерского состава не отапливаются собственной кочегаркой, а находятся в соседнем с частью поселке, снимает целый ворох проблем. Повезло и с тем, что благодаря унаследованному от сокращенного зенитного ракетного полка жилищному фонду все офицеры и прапорщики батальона имеют квартиры. Однако, пообщавшись с людьми, трудно было не согласиться с командиром бригады полковником Валерием Пехтеревым, что укомплектованность радиотехнических батальонов и рот напрямую зависит не только от бытовых условий, но и от личности командира. Тут уж с комбригом действительно не поспоришь. И вопроса, зачем вопреки нашему желанию посетить менее удаленную часть командир бригады настоял на поездке к Борискину, после визита в этот батальон у нас больше не возникало. Ну а главным вынесенным из этой командировки открытием стал вывод, что выражение 'кто хочет делать дело - ищет возможности, а кто не хочет - причины' в полной мере подходит и к командирам увязших в проблемах радиотехнических батальонов и рот.

А вот с подчиненными, о которых подполковник Борискин может рассказывать часами, ему, наверное, действительно повезло. 'И начальник штаба батальона майор Павел Амелин, и оперативный дежурный майор Григорий Марченко, и заместитель командира по тылу капитан Дмитрий Шаламов, и исполняющий обязанности старшины батальона прапорщик Руслан Лемкин - люди на своем месте, настоящие профессионалы, каждый из которых добросовестно и эффективно делает свое дело', - делится мыслями подполковник Сергей Борискин. И добавляет, что в принципе не хотел бы кого-то выделять, потому что, по его командирскому мнению, на совесть работают все. И потому что выражение 'самая крепкая цепь не крепче ее самого слабого звена' - это о РТВ: формулой схвачена суть боевой работы да и всей службы радиотехнических войск.

Однако о двух подчиненных Борискина все же, пожалуй, скажем особо.

Попытавшись расспросить комбата о том, как специалистам командно-технического узла работается на устаревшем, давно выработавшем ресурс и повсеместно выходящем из строя батальонном комплексе средств автоматизации, мы вместо привычных чертыханий 'когда же наконец получим новую технику?' услышали в ответ: 'А у нас все работает'. Оказалось, благодаря профессионализму начальника командно-технического узла майора Эдуарда Носкова выпущенный еще в середине 1970-х батальонный комплекс средств автоматизации 'Межа' не ломается уже лет 15. Чем едва ли, например, похвастается соседний радиотехнический батальон, восстанавливать 'Межу' которого по указанию комбрига пришлось тому же Носкову.

Ну а заместитель командира батальона по воспитательной работе майор Владимир Мушников не только, как подобает человеку на его посту, душа коллектива, но еще и, оказывается, программист от бога. Созданную им вместе с несколькими уволившимися позднее в запас офицерами программу, сопрягающую радиолокационную станцию с персональным компьютером, без преувеличения, можно считать прорывной технологией. Когда в результате многолетней работы программистам удалось завязать информацию с РЛС на компьютер, появилась возможность существенно усовершенствовать боевую работу подразделения РТВ в неавтоматизированном режиме. Если раньше оператор РЛС передавал координаты высветившихся на индикаторе целей планшетисту, тот наносил траекторию их движения на прозрачный планшет, а смотревший на него с другой стороны считывающий передавал обстановку на вышестоящий КП, то при новом алгоритме боевой работы ничего рисовать не надо. Траектории движения воздушных объектов уже на мониторе сопряженного с РЛС компьютера и координаты их считывающему определять не надо - это делает компьютер. В итоге данные о целях на вышестоящий КП выдаются на 30-40 секунд быстрее, точность от ошибок оператора РЛС уже не зависит, а планшетист вообще не нужен. Применительно же к работе в автоматизированном режиме эта программа позволяет эффективно тренировать боевые расчеты. Чтобы батальонный или ротный комплекс средств автоматизации мог передать на вышестоящий командный пункт десятки вошедших в зону ответственности целей, как это реально будет при массированном налете противника, операторам КСА придется 'скалывать', то есть отмечать каждую цель напоминающим компьютерную мышь устройством. Только 'скалывать' летящие ровными курсами гражданские самолеты и маневрирующие бомбардировщики и ракеты противника - совсем не одно и то же. И это, учитывая повсеместное отсутствие аппаратуры для тренировок операторов КСА, пожалуй, ахиллесова пята боевой подготовки радиотехнических войск. Данная же программа, моделируя самую сложную воздушную обстановку, позволяет научить операторов работать в таких условиях, в каких им реально придется действовать на войне. Без включения РЛС и без подъема в воздух истребительной авиации! Почему это ноу-хау, об уникальности которого говорит и командир бригады полковник Валерий Пехтерев, и заместитель начальника управления РТВ КСпН полковник Зиновий Кирилов, пока не нашло применения за пределами батальона - тема отдельного материала. В этом же остается лишь констатировать, что обучаемый с использованием такой программы батальон под командованием подполковника Сергея Борискина сумеет выдать все цели даже при самом массированном налете противника.

С пустившись вместе с подполковником Борискиным на командный пункт батальона, не сговариваясь приходим к мысли, что он и сегодня, не меньше, чем в детстве, одержим романтикой службы в войсках ПВО. Рассказывая о технике, о способностях батальона обнаружить воздушного неприятеля и о сделанной его людьми и реализованной с помощью подаренных губернатором компьютеров чудо-программе, и без того всегда оптимистично настроенный подполковник Борискин еще больше оживает. И во взгляде его в такие моменты читается просто всепобеждающая гордость своей профессией! Словно не минуло трех десятков лет со времени пришедшегося на

70 - 80-е годы прошлого столетия 'золотого века' войск ПВО, вдохновенно воспетого в красивом фильме 'Ключи от неба'.

А ведь основания для оптимизма, понимаешь, действительно есть! Не беда, что после череды сокращений в городках, где раньше стояли полки, теперь 'живут' батальоны. Не беда, что до сих пор приходится пользоваться полувековой давности казармами и штабными зданиями. Раз, несмотря ни на что, по-прежнему служат в войсках такие самозабвенно преданные делу офицеры, как подполковник Сергей Борискин, комбриг полковник Валерий Пехтерев и их подчиненные, войска ПВО обязательно прорвутся сквозь годину лихих испытаний, дожив до нового 'золотого века'.

Стоя перед планшетом с воздушной обстановкой, на котором сохранились точки стояния сокращенных за постсоветские годы радиотехнических батальонов и рот, Борискин рассуждает о том, что пора, наверное, менять алгоритмы боевого применения РТВ.
      - Наверное, - делится он своим видением перспектив РТВ, - пришло время отказаться от тотального контроля над воздушным пространством, передав его имеющему и лучшие РЛС, и более широкое поле гражданскому ведомству. Вывести из точек, местоположение которых найдешь даже в Интернете, отдаленные роты и, расположив их при батальонах, в которых проще обеспечить людям нормальные бытовые условия, сосредоточиться на боевой подготовке. Чтобы, выйдя в угрожаемый период в запасные районы, быстро нарастить поле и, постоянно меняя позиции, быть менее уязвимыми для средств поражения.

Только так, по мнению Борискина, не прикрытые ни истребительной авиацией, ни зенитными ракетными войсками подразделения РТВ смогут выжить, а значит, и выполнить задачу в современной войне. Тем более что и техника для подобных мобильных действий у нас уже есть. Те же сворачиваемые за минуты РЛС, хоть пока и в единичных экземплярах, но уже начали поступать в войска Командования специального назначения. И это, по мнению нашего героя, явный признак того, что самое трудное для РТВ время уже позади. Вот почему в будущее он, по его признанию, смотрит с оптимизмом.

Ну а есть ли, спрашиваем, выйдя из бункера, у комбата какая-нибудь не связанная со службой мечта?

Хотелось бы, конечно, слышим в ответ, иметь новую, действительно хорошую машину. А еще такое денежное довольствие, чтобы собственноручно обрабатываемый семьей огород из важнейшей составляющей продовольственного снабжения превратился в отвлекающую от служебных забот забаву. Чтобы не приходилось, орудуя в свой единственный выходной лопатой на грядках, то и дело поглядывать на врученные главкомом ВВС часы, прикидывая, успеет ли вскопать их до темноты? Впрочем, на этом круг 'неслужебных' пожеланий подполковника Сергея Борискина, опять перескочившего на проблемы батальона и перспективы развития РТВ, кажется, и закончился. Что, впрочем, закономерно. У кого-то в жизни есть охота, рыбалка или что-то еще, а у кого-то служба закрыла солнце.

Ну что тут еще добавишь? Заражаясь от комбата его одержимостью, вдруг начинаешь вслед за ним верить, что когда-то его батальон вместо старых казармы, штаба и столовой действительно получит единое многофункциональное здание, а на смену допотопной, хотя и нормально работающей в его батальоне технике придут РЛС и КСА ХХI века. О том, что только сильные и мобильные РТВ отвечают сегодня государственным интересам России, с Борискиным не поспоришь. А значит, все его мечты рано или поздно обязательно сбудутся. Как сбылась когда-то та, что родилась еще в детском сердце.