Молотов в подчинении у пилота

"...Осмотрев и проверив (в который уже раз!) все, что только поддавалось осмотру и проверке, я на следующий же день доложил командиру дивизии о полной готовности экипажа и корабля к полету.

- Прекрасно! А куда вы собираетесь лететь? - спросил меня, хитро прищурившись, полковник.

- Куда прикажете, туда и полетим!

- Хорошо сказано, - улыбнулся полковник Лебедев. - Тогда я приказываю вам лететь в Соединенные Штаты Америки".

Так Эндель Пусэп вспоминает начало уникальной операции. В Америку? Зачем? Если бы снова бомбить Берлин...

"- Майор, с вами хочет поговорить хозяин.

У меня похолодело под ложечкой! Какой хозяин? Так называли у нас обычно Верховного". Но "хозяином" оказался другой человек, не Сталин.

"Взгляд остановился... на одевавшемся в меховой комбинезон человеке в пенсне. Застегнув молнию, он обернулся к нам. Этого человека знал каждый из нас. Вячеслав Михайлович Молотов - народный комиссар иностранных дел СССР. Меня представили высокому гостю.

- Молодой какой и уже майор, - улыбнулся, протянув мне руку, Молотов. - Выходит, теперь мы все в его подчинении?

- Выходит, что так. Приказывать он умеет и доставит вас точно к месту назначения, - также улыбаясь, ответил командующий авиацией дальнего действия генерал Голованов..."

Известно, что немцы знали об этой операции. Но вот знали ли день и маршрут - большой вопрос. Впрочем, это не имеет значения. Сам по себе перелет через оккупированную Европу да еще с таким "высоким пассажиром" на борту - это подвиг. Гитлер отдал приказ: уничтожить самолет. Абвер и люфтваффе поклялись фюреру любой ценой сделать это. Не получилось. Бомбардировщик Пе-8 благополучно приземлился в шотландском городе Данди, потом в Рейкьявике, а после добрался до Вашингтона.

"...Время от времени то впереди, то чуть сбоку появлялись вспышки света, не иначе как разрывы стрелявших по нам наугад зениток. Нас это мало тревожило. Пусть себе стреляют наобум, в нас им все равно не попасть. Облака толстенные - прожекторы бессильны".

Беда грозила самолету не от врага, а от природной стихии. Пе-8 попал сначала в грозу ("корабль кидало во всех направлениях, показания приборов стали до того обманчивы, что на них нельзя было ориентироваться... самолет как пьяный качался то вправо, то влево..."). Потом другая беда - мощный снегопад.

Впрочем, через океан летели с юмором. "Для полета через океан снабдили всех нас надувными спасательными поясами. Вездесущие острословы и шутники окрестили их "мисс Мей", ибо в рабочем состоянии их выступающие на груди летчика выпуклости якобы точь-в-точь соответствовали мощному бюсту голливудской звезды. Говорили, что сама мисс Мей осталась весьма довольна этой дополнительной рекламой".

Не менее рискованно было лететь и обратно. Абвер уже точно знал о факте переговоров. На обратном пути самолет должны были караулить силы люфтваффе. Обмануть фашистов решили так. Стороны договорились, что давать информацию в прессу будут, когда советская делегация вернется в Москву. Молотов посовещался с Пусэпом, связался с Кремлем, на следующий день газеты сообщили о благополучном возвращении делегации. Гитлер был в бешенстве. А Пе-8 отправился в обратный путь...

Его ответ Геббельсу

Эндель Пусэп родился в 1909 году в Красноярском крае в семье крестьян-переселенцев. Паренек-эстонец из Сибири уезжает в Ленинград и поступает в педагогический техникум, а через год переводится в Ленинградскую военно-теоретическую школу ВВС, которую блестяще заканчивает в 1929 году. Потом Пусэп служил в полярной авиации, был испытателем, выполнил первый полет из Ейска в Москву "вслепую", по приборам, прокладывал сложные трассы над Арктикой, был участником поисков самолета Сигизмунда Леваневского (тот пропал в Арктике), летал вместе с Михаилом Водопьяновым.

В годы Великой Отечественной войны Пусэп служил в бомбардировочной авиации дальнего действия. В ночь на 9 августа 1941 года он принимает участие в другой уникальной операции - первом бомбовом ударе по Берлину. Геббельс пообещал, что ни один советский самолет не доберется до столицы рейха. Пусэп и другие советские пилоты дальней авиации опровергли "великого пропагандиста". Правда, эта операция обернулась другим приключением. Самолет Пусэпа был поврежден, и он вынужден был совершить аварийную посадку в оккупированной части Эстонии. Так впервые Пусэп оказался на своей исторической Родине. Весь экипаж остался жив благодаря мальчишке-эстонцу - после разговора с мальчиком на родном языке Пусэп перевел свой экипаж через линию фронта и попал к своим.

Кроме Берлина были рискованные вылеты в глубокий тыл противника и ночные бомбардировки Данцига, Кенигсберга и других городов. Пусэп защищал Ленинград, бомбил позиции фашистов под Курском, Орлом, Белгородом, Сталинградом.

Во время легендарного перелета в столицах Великобритании и США были проведены первые переговоры об открытии второго фронта. Экипаж Пусэпа лично принимали Уинстон Черчилль и Франклин Рузвельт. Звание Героя Советского Союза эстонскому летчику было присвоено именно за этот рискованный и крайне важный перелет.

В послевоенные годы кавалер орденов Ленина, Красной Звезды и Красного Знамени полковник Эндель Пусэп жил в Таллине, был заместителем председателя Президиума Верховного Совета Эстонской ССР, членом ЦК КП Эстонии, министром социального обеспечения республики, возглавлял республиканский комитет защиты мира. При этом он много сделал для реабилитации репрессированных соотечественников. В "новой" Эстонии Пусэп стал лишним. Он умер в 1996 году. В то время смерти пилота никто не заметил - ни Эстония, ни Россия. Кому нужны были герои в то время. Он похоронен на кладбище Метсакальмисту.

Недавно при содействии Центра национальной славы России там был восстановлен гранитный памятник. В Эстонии и России надеются, что это событие может послужить началом к неформальному диалогу двух стран. Эффект "бронзовой ночи" - так называют дипломаты решение правительства Эстонии провести раскопки братской могилы советских воинов и перенести установленный в их честь памятник Воину-освободителю на другое место. Это решение привело к массовым беспорядкам 26-29 апреля - тогда русскоязычное население Эстонии восприняло эти действия как глумление над памятью павших. Возможно, памятник Пусэпу станет "асимметричным ответом" на эти действия эстонских властей.

- Воспоминания о героях могут быть яблоком раздора только с теми, кто был на стороне фашизма, - считает председатель попечительского совета Центра национальной славы России, президент ОАО "РЖД" Владимир Якунин.