Итоги расследования МАКа были обнародованы на специальном брифинге в Санкт-Петербурге в субботу. По словам зампредседателя МАКа Алексея Морозова, главной причиной крушения Ту-154 под Донецком стало "фактическое отсутствие взаимодействия между членами экипажа". Морозов пояснил, что взаимодействие подразумевает помощь всех членов экипажа пилотирующему летчику. К примеру, в обязанности второго пилота входит регулярный доклад о ходе и скорости полета. В кабине Ту-154, летевшего 22 августа из Анапы, кресло второго пилота занимал летчик-стажер Андрей Ходневич. Штатный второй пилот Владимир Онищенко тоже находился в кабине, но практически самоустранился от полета.

Неспециалисту читать строчки заключения комиссии МАКа совсем не просто. На первый взгляд кажется, что это нагромождение официально-профессиональной лексики. Судите сами: "Отсутствие контроля за скоростью полета и невыполнение указаний руководства по летной эксплуатации по недопущению попадания самолета в режим сваливания при неудовлетворительном взаимодействии в экипаже... не позволило предотвратить переход ситуации в катастрофическую". Тут важно понять, что ключевой является фраза "отсутствие контроля за скоростью полета"... Ну не смог стажер Андрей Ходневич уследить за скоростью - опыта не хватило. Поэтому и командиру ни слова не сказал.

Комиссия установила, что на высоте 11 600 метров самолет попал в зону турбулентности. Экипаж запросил у диспетчера подъем на более высокий эшелон, приблизительно на высоту 11 850 метров, и получил положительный ответ.

- Несмотря на то что зона турбулентности была пройдена, метеоусловия по-прежнему оставались сложными, но гроза непосредственного влияния на самолет не оказала, - рассказал на брифинге Морозов. - Комиссия выявила ряд недостатков в работе метеорологических диспетчерских служб Анапы и Ростова-на-Дону, а также диспетчерской службы Харькова. Но все эти недостатки не связаны с причинами авиакатастрофы. Экипаж имел всю необходимую информацию для принятия правильного решения. Но правильное решение принято не было.

По словам председателя научно-технической комиссии МАК Виктора Трусова, то, что командир решил "перепрыгнуть" через тучу, уже было ошибкой, поскольку маневр не имел смысла.

- "Тут еще и град!" - слышим возглас командира на записи, - рассказал "Известиям" Виктор Трусов. - Самолет продолжало болтать, и командир отключил автопилот, полагая, что вручную сможет справиться с болтанкой. Это была его вторая ошибка. Самолет начал терять высоту, а стажер по своей неопытности не заметил этого и не доложил о потере высоты командиру.

По словам Трусова, самое досадное, что все эти ситуации расписаны в Руководстве по летной эксплуатации - главном учебнике пилотов и в специальных программах подготовки летного состава. Но, судя по всему, на земле, при предполетной подготовке, пилотам не всегда и не всем разъясняют все особенности пилотирования в таких ситуациях.

- В настоящее время в России нет современного самолета-тренажера, позволяющего в должной мере осуществлять подготовку экипажа для пилотирования самолетов на эшелонах, близких к предельным, и на больших углах атаки, - пояснил председатель технической комиссии МАКа Леонид Каширский - Вот почему и не доводят до летчиков эту информацию.

Родственники погибших в авиакатастрофе под Донецком:
"Президент законодательно должен определить цену человеческой жизни"

Полина Сибирцева (Санкт-Петербург)

В конце прошлого года в петербургской редакции "Известий" собрались многие родственники жертв той аварии. Еще раз посочувствовали друг другу, посоветовались с юристами, просили через газету задать наболевшие вопросы, на которые пока не могут получить ответы от чиновников. Как показало время, боль от утраты близких людей у многих становится еще сильнее из-за множества нерешенных проблем.

Больше всего претензий у родственников погибших к авиакомпании "Пулково", которая теперь вошла в государственную транспортную компанию "Россия". Приняв, казалось бы, благородное решение вдобавок к положенной компенсации в 100 тыс. рублей выплатить еще 300 тыс. рублей на семью, авиаторы предложили всем родственникам погибших написать некие заявления, подав которые они уже не смогут требовать возмещения материального и морального ущерба.

Еще есть много вопросов к госчиновникам - больше всего их обвиняют в бездушном отношении к страдающим людям. И конечно, на той встрече в декабре родственники погибших больше всего возмущались затянувшимся расследованием причин аварии.

Ирина Пинегина:

- Осталась без единственного сына. Он был истинным христианином, помогал всем, ходил в церковь по воскресеньям с сынишкой, моим внуком. Образованный был, военное училище закончил с золотой медалью, программистом работал, мог обеспечить сыну хорошее будущее. А государство назначило шестилетнему мальчику пособие 108 рублей в месяц и пенсию за потерю отца - 1035 рублей в месяц. На эти деньги прокормить и вырастить ребенка невозможно. Невестка с внуком остались без жилья. Они до аварии снимали квартиру. Теперь чиновники ей предлагают взять кредит на покупку жилья. Но она же была на иждивении сына. Кто ей кредит даст?

Светлана Добровольская:

- Узнав, что у меня погибла дочь, знаете, как мне один чиновник посоветовал решить проблему? Говорит: "А вы удочерите или усыновите ребенка".

Светлана Никонова: 

- Потеряла я дочь, а от людей иной раз слышу: "Что-то вы больно много денег хотите получить". То есть нажиться на трагедии. Разве можно так думать, так говорить?

Татьяна Никульзина:

- У меня погибли дочь, зять, внук и внучка. Это была счастливая семья. Зять Андрюша работал с утра до ночи... И вот... Мы хотим, чтобы виновных наказали. Мне 55 лет будет скоро. Надеялась, что, когда буду старая, мне кто-то воды подаст, на хлеб заработает, похоронит, в конце концов. А теперь, ну кто нас будет с мужем хоронить?

Лариса Аканова: 

- Я потеряла мужа. Писала Владимиру Путину через интернет, когда у него была "Прямая линия", просила помочь в законодательном порядке определить цену человеческой жизни. И речь идет не об уже погибших, а о будущем. До тех пор пока наши авиаперевозчики покупают по дешевке самолеты, экономят топливо, не обучают толком пилотов, они не будут ценить человеческую жизнь. Когда мы вернулись из Донецка, где встречались с тамошними чиновниками, заместитель гендиректора "Пулково" Болдырев к нам даже не вышел. Вышли какие-то два сотрудника. Мы просили, чтобы нам выдали справки о смерти. Они молчат, а один даже улыбается. Я говорю ему: "Вы хотя бы сделайте постное лицо". А он: "Я улыбаюсь от нервов".

Заместитель генерального директора  государственной транспортной компании "Россия" Дмитрий Голубков:

"Мы найдем в себе мужество извиниться перед родственникам

В сложившейся ситуации ГТК "Россия" - сторона во многом сопереживающая и помогающая. Мы вместе со всеми пережили эту трагедию.С первых дней я был с родственниками погибших, неоднократно встречался с ними впоследствии. Признаю, эти встречи не всегда приводили к взаимопониманию. Ясно, что людям, переживающим горе, сложно вести диалог в логическом, юридическом русле. К тому же необходимо помнить, что речь идет о взаимопонимании не только родственников и авиакомпании, но и государства, которое является собственником ГТК "Россия". Донести эту мысль до родственников не всегда удается. Не удивительно, что человеку, потерявшему близкого, хочется найти виновного в этой трагедии. Если предприятие виновно, то мы найдем в себе мужество извиниться перед родственниками.

Относительно выплаченных авиакомпанией "Россия" компенсаций родственникам погибших: юридическое поле, определенное государством, таково, что получение денег от перевозчика и страховых фирм затруднено и затянуто, так как требует доказательства прав на наследование, получения доверенностей. На это у сломленных горем людей нет сил. Поэтому было принято решение - выплатить каждой пострадавшей семье по 300 тыс. рублей из прибыли авиакомпании. Нас упрекают, что с этой суммы берется налог... Но таково требование Налогового кодекса, и переводить вопрос из юридической в моральную сферу в данном случае некорректно.

Родственники погибших спрашивали о найденном на месте катастрофы имуществе. По нашим сведениям, все предметы и ценности, найденные на месте трагедии, находятся на ответственном хранении в Генпрокуратуре как вещественные доказательства по уголовному делу.

В России распрощаются с "тушками" и всерьез займутся обучением пилотов

Министр транспорта РФ Игорь Левитин немедленно отреагировал на выводы МАК. Несмотря на то что комиссия признала самолет исправным, министр заявил, что самолеты Ту-154 и Ту-134 будут выведены из парка авиакомпаний в течение пяти лет. Но произойдет это не раньше решения вопроса о снижении таможенных пошлин на покупку иностранных самолетов, ожидаемом при вступлении России в ВТО.  Левитин сказал, что тренажеры в летных училищах будут обязательно модернизированы.  И в ближайшие годы училища получат 60 новых самолетов.