Прошло уже шесть десятилетий, но время не властно над небесным братством, которое зародилось в далеком 1942-м. Летчики двух эскадрилий с одноименным названием 'Нормандия - Неман' не разрывают нить времен и традиций. Яркое тому подтверждение - мероприятие, прошедшее в Москве, когда посол Франции в России вручал командиру русской 'Нормандии' орден Почетного легиона. Сегодня это чуть ли не единственный пример, когда внутренняя награда Франции красуется на флаге другого государства. Естественно, главная заслуга здесь принадлежит героям 1940-х, но это вовсе не принижает заслуг их потомков. Нельзя не вспомнить, как же зарождалось это боевое содружество.

1 сентября 1942 года в Сирии на авиабазе Раяк была сформирована авиационная группа французских ВВС, получившая название 'Нормандия'. По обоюдному согласию руководства СССР и Франции эскадрильи предстояло сражаться с фашистами на Восточном фронте. Через несколько месяцев упорной подготовки эскадрилья 'Нормандия' вошла в состав 18-го гвардейского авиаполка 303-й авиадивизии.

Уже в первых боях летчики эскадрильи наводили панику на фашистов. За геройство, проявленное нашими войсками при форсировании реки Неман, эскадрилья получила название 'Нормандия - Неман'. В ходе ожесточенных сражений с противником русские и французы познали радость общих побед и горечь общих утрат. В истории авиаполка немало примеров, когда русские пилоты, жертвуя собой, спасали французских, а французские - русских. Самым ярким символом боевого братства стал подвиг капитана де Сейна. В июле 1944 года во время воздушного боя самолет капитана был подбит, но он отказался покинуть его, потому что у русского механика не было парашюта. За два года войны авиаполк 'Нормандия - Неман' сбил 273 фашистских самолета и 80 подбил. 4 французских летчика стали Героями Советского Союза. 45 летчиков погибли...

У французской авиационной группировки в Таджикистане сегодня бессрочный временной мандат. Франция выведет свои самолеты из Таджикистана только после окончательной стабилизации ситуации в Афганистане. Наши летчики из эскадрильи 'Нормандия - Неман' несут боевое дежурство в Таджикистане с целью не допустить непрошеных гостей на территорию союзного нам государства. Для них это краткосрочная командировка, а еще - хорошая возможность вновь испытать себя в новой обстановке. Ведь постоянное место службы у летчиков 'Нормандии' - Дальний Восток. К тому же за время командировки у летчиков двух стран появляется возможность сравнить условия службы. У них очень много общего, но немало и особенностей.   

...Во французском летном стане царил нешуточный переполох. Летчики и техники озабоченно суетились у своих крылатых машин. Вторые сутки 'соседи' не поднимались в небо. Наблюдая со стороны за броуновским движением коллег, командир российской эскадрильи 'Нормандия - Неман' гвардии подполковник Владимир Замогильных терялся в догадках: что же могло произойти у безупречных французов?

Вдруг он увидел, как к нему сломя голову бежит одна из французских пилотэсс. Приблизившись к комэску, она сразу ошарашила его загадочным вопросом:
     - Как вы летаете?

Владимир Анатольевич даже не сразу разобрал, в чем же тут подвох. Только после десяти минут переговоров на ломаном английском выяснилось, где 'зарыта собака'. Оказалось, что на 'Миражах' вышла из строя спутниковая система навигации. Бортовой GPRS, показывая на мониторе рельеф местности, максимально упрощал работу пилота. А тут из-за поломки компьютеров под угрозой оказалось выполнение боевой задачи натовских сил на территории Афганистана. После того как русский комэск объяснил француженке, что Су-25 не оснащены подобными системами, в ее глазах отразилась паника.

- Так как же вы летаете?! - не унималась она.

Тогда невозмутимый командир достал из кармана своего потертого комбинезона не менее древнюю летную карту и развернул всю эту нескончаемую бумажную портянку перед изумленной девушкой. Последовала немая сцена, после которой еще целых три часа вся французская авиационная группировка внимательно изучала ксерокопию российской карты. А затем 'Миражи' все же пошли на Афган. Кстати, тогда французы вполне успешно справились с поставленной перед ними задачей, а наши пилоты-острословы еще долго 'доставали' своего командира вопросом, почему он вместо карты не подарил француженке пачку 'Беломорканала'. Там ведь тоже есть какое-то подобие карты. Любопытно было бы тогда взглянуть на лицо молодой пилотэссы.

Впрочем, не зря говорят, что в каждой шутке есть доля истины. В избитой шутке про 'Беломор', к сожалению, больше досады, чем юмора. Наши военные летчики сегодня не особенно удивились бы, если бы французы действительно полетели 'по пачке сигарет'. Хотя бы только потому, что в небо они поднимаются куда чаще, чем наши. Годовая летная практика для каждого натовского летчика составляет не менее 180 часов. Если эта норма не выполняется, то следуют крутые разборки: кто виноват в том, что летчик не выполнил норму? Если будет доказана вина пилота, то последует летная дисквалификация. Такой летчик автоматически попадает в разряд аварийно-опасных. Наши летчики летают на порядок меньше. И в этом уж точно нет их вины.
     Если дальше продолжать сравнивать все плюсы и минусы французской и российской летной кухни, то для этого лучше спуститься с небес на землю.   

Например, повседневная экипировка французских летчиков максимально адаптирована к местному жаркому климату. Они носят облегченную обувь, шорты, безрукавки, панамы. При этом те же самые рубашки выдаются из расчета десять штук на неделю. А чтобы летчики не отвлекались на такие пустяки, как стирка и глажка, им в качестве компенсации выдается 800 евро в месяц на поддержание своей формы в порядке. Примерно столько же выдается французским пилотам для оплаты жилья в столице Таджикистана. Наверное, не стоит даже говорить о зарплатах французов, но поговаривают, что за пару лет службы на чужбине офицер может позволить себе покупку небольшого особнячка.

Если проводить аналогию с нашими военными летчиками из той же самой 'Нормандии - Неман', то сравнение будет явно не в их пользу. Командир эскадрильи посетовал, что сегодня даже летное обмундирование приходится выбивать с огромным трудом. На складах нет элементарного - летных перчаток и кожанок. Сам командир ходит в кожанке, полученной еще в лейтенантские годы!

Другое явное отличие в статусе наших и прочих иностранцев касается безопасности. Например, у каждого французского летчика на руках имеется дипломатический паспорт, который дает ему право абсолютной неприкосновенности. А вот российского пилота на улицах Душанбе может задержать любой милиционер. После задержания и доставки офицера в участок события могут развернуться самым неожиданным образом. Для сравнения можно сказать, что наши военнослужащие в Таджикистане с российским паспортом ощущают себя примерно как таджикские гастарбайтеры в России. Поэтому, наученные горьким опытом общения с местными правоохранителями, наши офицеры стараются избегать встреч с местной милицией. Держатся от греха подальше.

Однако наши летчики без оглядки на многочисленные проблемы уверены в своих силах и в своей профессиональной подготовке. У многих из них - приличный боевой опыт Афганистана и Чечни. А когда наши 'сушки' идут на взлет, французские пилоты всегда уважительно козыряют им.