Так что выезжать в 76-ю ВДД корреспондентам газеты, в том числе автору этих строк, доводилось достаточно часто. И чем ближе мы знакомились с укладом жизни 'голубых беретов', тем отчетливее понимали, почему именно соединение Воздушно-десантных войск стало испытательной площадкой для государства в строительстве новой армии.

Помню, первое, что я услышал, подходя рано утром к воротам контрольно-пропускного пункта военного городка на окраине Пскова, где дислоцируется один из полков дивизии, был Гимн Российской Федерации в исполнении многоголосого хора десантников. Оказалось, есть в ВДВ такая традиция - ежедневный развод на занятия заканчивать подъемом Государственного флага, флага Воздушно-десантных войск и исполнением Гимна. Здесь же, у КПП, на крыльце небольшого опрятного домика, где находился приемный пункт дивизии, скромно переминались с ноги на ногу ожидавшие своей очереди кандидаты в профессионалы, которым еще предстояло пройти отбор на предмет годности к службе в десанте по контракту. Видели бы вы, как примолкли, словно по команде, подтянулись, заслышав звуки гимна, потенциальные профи. То есть ритуал не просто впечатлял слаженностью тысяч молодых голосов. Под его воздействием вроде бы рядовое событие - подумаешь, развод на занятия! - приобретало характер поистине государственной важности.

Да, как говорится, не парашютом единым жива наша 'крылатая пехота'. И незамысловатый девиз 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии (с переходом на контракт она стала десантно-штурмовой) - 'Мы всюду там, где ждут победу!' - в общем-то применим к ВДВ в целом. Ведь по сути дела с первого дня своего существования, когда 2 августа 1930 года на учениях под Воронежем было выброшено парашютным способом подразделение 11-й авиационной бригады Московского военного округа, эти 'продуваемые всеми ветрами' войска постоянно демонстрируют способность выполнить любую задачу, какой бы невыполнимой она ни казалась. Семьдесят семь лет наши десантники удивляют мир своим мужеством, неординарностью подходов к решению стоящих перед ними задач. Достаточно вспомнить, к примеру, беспрецедентную по своей дерзости выброску с самолетов людей, находящихся непосредственно в боевых машинах, или стремительный марш наших 'голубых беретов' в Приштину.

Вообще тот, кто хотя бы раз соприкасался с Воздушно-десантными войсками, наверняка согласится, что каждая встреча с воинами этого поистине крылатого рода войск отличается некой особой эмоциональной окраской. А в боевой обстановке, когда перед лицом опасности вроде бы все равны, по себе знаю, среди этих крутых парней в голубых беретах чувствуешь себя надежнее. И если даже сегодня при достаточно невысоком рейтинге людей в погонах десантников все-таки еще любят в народе, уважают в других родах войск, то, наверное, есть за что.

Впрочем, причину особо почтительного, скажем так, отношения к 'голубым беретам' искать не надо. Она - в самих десантниках, не единожды доказавших делом, что на них можно положиться. Чтобы убедиться в этом, не обязательно даже углубляться в историю ВДВ. Достаточно вспомнить, к примеру, Афганистан, где по сути дела стержнем, органом быстрого реагирования Ограниченного контингента советских войск была 103-я гвардейская воздушно-десантная Витебская Краснознаменная дивизия. Первой десантировавшись посадочным способом в декабре 1979 года в разные точки страны, она потом дислоцировалась в Кабуле. Но куда только не заводила десантников крутая афганская тропа! Им были знакомы и Кандагар, и Хост, и Панджшер, и Саланг... Они зачастую по-пехотному ходили на боевые задания, стояли на блокпостах, обеспечивали проводку транспортных колонн, участвовали в выводе из Афгана почти всех наших гарнизонов.

Или вспомним недавние кровавые события в Чечне, где сложили свои головы сотни российских десантников. Та же 76-я дивизия, к примеру, только в первую чеченскую потеряла 120 бойцов и командиров. Многие гвардейцы награждены орденами и медалями, а десять офицеров (двое посмертно) стали Героями России. А кто сегодня не знает о беспримерном массовом героизме, проявленном псковскими десантниками в боях с бандформированиями во время второй чеченской кампании, когда шестая рота 104-го парашютно-десантного полка стеной встала на пути более двух с половиной тысяч боевиков и ценой своей жизни не допустила их прорыва из Аргунского ущелья?! За этот подвиг 22 гвардейца (из них 21 посмертно) удостоены звания Героя России и 69 (63 посмертно) награждены орденом Мужества.

Собственно, в постсоветский период наши Воздушно-десантные войска практически не выходили из боевой обстановки. Надо ли говорить, как важно не растерять кровью и потом добытый опыт?! Не забыть, как не предназначенные для штурма хорошо подготовленной обороны противника легковооруженные парашютисты вынуждены были идти на приступ хитроумных дудаевских укреплений, как обычные мотострелки, и тем не менее не посрамили чести своих дивизий и полков...

Такой уж это народ, наши 'голубые береты'. Легкий на подъем, постоянно готовый к действию. Причем это относится ко всем, начиная с командующего ВДВ, стараниями которого боевая подготовка в войсках возведена в ранг культа, и кончая девушкой-кашеваром или санитаром, тоже не понаслышке знающими, что такое парить под куполом парашюта. Как бы ни менялись взгляды на применение воздушных десантов, какой бы реорганизации ни подвергались войска, одно остается неизменным - в ВДВ с парашютом прыгают все. В этом тоже сила десанта, предназначенного для действий в отрыве от своих войск и баз снабжения, когда положиться, как правило, можно только на себя и друг на друга. И этот давно сложившийся в нашем представлении романтический образ десантника, всегда готового в огонь и в воду, к счастью, не потускнел и сегодня. Хотя, как мы знаем, различного рода предпосылок для этого в последние годы было предостаточно.

Вспомним хотя бы начало строительства Россией собственных Вооруженных Сил - 1992-1993 годы. Основная масса Воздушно-десантных войск бывшего СССР (60 процентов соединений и частей) оказывается на территории России. Здесь им приходится не только обустраиваться в новых местах дислокации, но и выступать сначала в роли 'пожарной команды' в различных 'горячих точках', а потом, как уже говорилось, и вести боевые действия. Не успели ВДВ, что называется, выйти из боя, как их буквально захлестнула очередная волна реформирования. В 1996 году в результате оргштатных мероприятий численность 'крылатой пехоты' сокращается на 27 процентов. Из подчинения командования ВДВ выводится большинство воздушно-десантных бригад, которые подчиняются командующим войсками военных округов. Подвергаются реорганизации части боевого обеспечения...

Все это потребовало от людей немалой выдержки. Надо еще учесть и то, что замечательные боевые качества ВДВ в свое время бездарно эксплуатировались различными силами во внутриполитических разборках. Выйти незапятнанными из политических передряг тоже было непросто. Но и здесь они оказались на высоте, не растеряли своих традиций. Лучшее доказательство тому - нынешние успехи 'крылатой пехоты' в овладении боевым мастерством.

Где же истоки этого неистребимого вдохновения наших 'голубых беретов' в ратном труде?

Вопрос интересный, если учесть, что в принципе проблема морально-психологического состояния армии по разным причинам является ныне для нас особенно актуальной. Опыт ВДВ мог бы быть использован там, где имеют место элементы уныния, когда вместо конкретного дела, поиска путей выхода из сложившейся ситуации мы по-прежнему слышим сетования на плохое финансирование или нехватку каких-то материальных средств. Тем более что опыт этот лежит на поверхности.

Для начала обратим внимание хотя бы на то, какие песни поют десантники в строю. Вот слова лишь из некоторых: 'В десанте служим мы крылатом, а здесь нельзя не быть орлом'; 'но есть десантные войска - и нет задач невыполнимых'; 'путь преградить невозможно Воздушно-десантным войскам'... Чувствуете: что ни песня - полет души, неудержимое стремление вперед, недюжинная мужская сила... Все это, наверное, и есть неотъемлемые компоненты того, что мы называем 'десантным характером', который воспитывается всем укладом жизни ВДВ, в том числе и строевыми песнями.

В суете будней мы как-то забываем о том, что военная реформа - это не только оргштатные и прочие преобразования, направленные на оптимизацию армейских структур. Это еще и укрепление духа армии, что важнее всякой оптимизации. В Воздушно-десантных войсках, похоже, помнят об этом. Отсюда и такое трепетное отношение к традициям, стремление беречь их и приумножать.