Однако обломки ракеты и японского телекоммуникационного спутника JCSat-11 по стечению обстоятельств упали хотя и в безлюдном районе, но на территории той же Карагандинской области, где в это время с рабочим визитом находился президент Нурсултан Назарбаев. Сам он, правда, от резких заявлений в адрес оплошавшего северного соседа воздержался, но несколько казахстанских министров уже отметились требованием компенсаций и призывом ужесточить правила запуска российских ракет с Байконура.

По данным 'Роскосмоса', нештатная ситуация была зафиксирована на 139-й секунде полета, когда ракета-носитель с японским спутником уже достигла высоты 76 км. Воронки, образовавшиеся от падения ее обломков, были обнаружены в безлюдном районе, в 40--50 км юго-восточнее Джезказгана. В космическом ведомстве еще вчера утром заверили, что и сам 'Протон', и спутник были застрахованы. Это позднее подтвердил и заместитель председателя правления компании 'Русский страховой центр' Вячеслав Шабалин, сообщивший, что лимит ответственности составляет 300 млн долл. По его словам, после определения параметров ущерба компания готова произвести все выплаты.

Вопрос же об экологическом ущербе пресс-секретарь 'Роскосмоса' Александр Воробьев счел преждевременным, поскольку специальная межведомственная комиссия по расследованию причин ЧП и оценке его последствий 'только начала свою работу'. Однако именно на этом аспекте, похоже, собираются сосредоточиться казахские политики, выступающие за проведение твердой линии в переговорах с Россией о судьбе Байконура. Министр охраны окружающей среды Казахстана Зейнолла Сансербаев уже заявил, что нештатные ситуации при запусках российских ракет случаются 'очень уж часто', и это 'похоже не на разовые случаи, а на какую-то систему'. Как сообщило агентство Kazinform, г-н Сансербаев заверил, что его ведомство в соответствии с международными договорами 'будет ужесточать требования к российской стороне, арендующей космодром'. В начале июня с похожим предложением выступал и глава Национального аэрокосмического агентства Казахстана Талгат Мусабаев, требовавший пересмотра отдельных пунктов двусторонних соглашений об аренде Байконура, с тем, чтобы казахская сторона санкционировала каждый запуск 'Протонов'. Вчера г-н Мусабаев вновь напомнил, что считает эту тяжелую российскую ракету опасной для окружающей среды. По его данным, к моменту ЧП в баках находилось более 200 тонн неизрасходованного гептила, и, следовательно, значительная часть этого токсичного топлива попала либо в землю, либо в воздушное пространство Казахстана.

Чиновники соседней республики идут по уже проторенному пути. За последние десять лет, по данным казахстанского министерства охраны окружающей среды, шесть стартов с Байконура закончились серьезными авариями, нанесшими существенный урон экологии. 'Черный' для российских 'Протонов' 1999 год, когда за три месяца были потеряны два носителя, причем обломки одного из них рухнули в том числе и во дворах жилых домов, вынудил стороны заключить отдельное соглашение о порядке компенсации ущерба, наносимого токсичным топливом. По некоторым данным, за аварии 1999-го российской стороне пришлось заплатить Казахстану порядка 15 млн долл. В прошлом году это соглашение вновь было востребовано после ЧП с ракетой-носителем 'Днепр', также использующей в качестве топлива гептил. В том, что и в этот раз Казахстан будет настаивать на максимальных выплатах, сомневаться не приходится. Премьер-министр республики Карим Масимов уже заявил вчера: 'Все виновные будут наказаны, а экологический ущерб, который нанесен нашей стране, -- возмещен'.

В России, впрочем, надеются, что расследование обстоятельств ЧП будет объективным, а диалог о компенсациях -- конструктивным. Тем более что на прошедшем в конце августа в подмосковном Жуковском авиакосмическом салоне МАКС-2007 казахстанская сторона не возражала против продления договора аренды Байконура. 'Мы хотели бы нормальных отношений с Казахстаном, думаю, они тоже, ведь Байконур важен и для них, и для нас. Уверен, что взаимное сотрудничество наших стран продолжится минимум до 2050 года и далее', -- сказал 'Времени новостей' пресс-секретарь 'Роскосмоса' Александр Воробьев.

Правда, в 'Роскосмосе' не соглашаются с критикой со стороны коллег, обвиняющих российские предприятия, производящие ракеты-носители, в системных ошибках. 'Последняя авария 'Протона' была восемь лет назад -- это все-таки показатель', -- отметил г-н Воробьев. Причину нынешней неудачи до выводов специально созданной вчера межведомственной комиссии он назвать затруднился. Но при этом представитель 'Роскосмоса' предупредил, что заявления казахских специалистов, которые, ссылаясь на данные телеметрии, говорят об отказе рулевых машин, спровоцировавшем аварийное выключение двигателя второй ступени 'Протона-М', могут быть и ошибочными.

До оглашения официального вердикта комиссии, которой предстоит установить причину аварии, традиционно был объявлен мораторий на запуски ракет аналогичного типа. Как долго он будет действовать, пока неясно. После аварий 1999-го запрет на запуски 'Протонов' действовал около года, точно так же, как девять месяцев длился мораторий на запуски с Байконура ракет-носителей 'Днепр' после прошлогоднего июльского ЧП. На предприятиях российской космической отрасли тем не менее надеются, что вчерашнее происшествие не повлечет корректировку графика других стартов с расположенного на территории Казахстана космодрома. Руководитель пресс-службы ГКНПЦ имени Хруничева Александр Бобренев заявил вчера Интерфаксу, что 'преждевременно говорить' о переносе запусков ракеты-носителя 'Протон-К', которая должна вывести на орбиту новые навигационные спутники для системы ГЛОНАСС. Не меняется и график подготовки к старту пилотируемого корабля 'Союз ТМА-11' к Международной космической станции. Очередной экипаж должен отправиться на МКС 10 октября.