...Сначала несколько обычных лестничных пролетов, потом еще один - узкий и крутой, и вот, наконец, я наверху - в святая святых сложного аэродромного хозяйства. Это командно-диспетчерский пункт (КДП). Название говорит само за себя. Отсюда руководят начавшимся летно-тактическим учением. Нахожу глазами командира полка полковника Власенко. Валерий Николаевич спокойный и уравновешенный, как все авиаторы. Помню, двадцать с лишним лет назад довольно часто общался с другим Валерием Николаевичем - Героем Советского Союза, командиром вертолетного полка подполковником Очировым, ставшим впоследствии генералом. Тогда он очень просто объяснил мне причину повседневного хладнокровия летчиков:
     - Небо нервозности не терпит, а значит, и на земле по привычке держишь себя в руках.
     В помещении КДП, как в аквариуме: вокруг - стекло, обзор круговой. Хорошо просматриваются самые дальние уголки аэродрома. Вот выруливает на взлетную полосу самолет, задача которого произвести разведку погоды. Да, она с утра явно не на стороне авиаторов и, похоже, еще устроит им сегодня проверку на прочность. Метрах в ста пятидесяти от КДП раскручивает лопасти Ка-27ПЛ. Еще ближе - три вертолета, уже свое отлетавшие. Аналогичная картина, только в большем масштабе, просматривается справа, на стоянке хранения авиационной техники. А если оглянуться, можно увидеть гарнизонные пятиэтажки, окруженные среднеазиатскими свечками-тополями. Говорят, какой-то энтузиаст много лет назад завез их в эту округу. Прижились. Широта ведь все-таки крымская...
     Полковнику Власенко, четверть века прослужившему на Северном флоте, два года назад тоже говорили, что пора, мол, и на юге послужить. Но теперь-то он, как начальник закрытого гарнизона, точно знает, что долгота у Приморья - колымская. Как начнет зимой прижимать, да с ветром, - только успевай латать обветшавшие теплотрассы. Вообще-то морская инженерная служба за все эти дела отвечает, но люди все равно к командиру с жалобами идут. Вот и приходится ему львиную долю своего служебного времени тратить на то, чтобы в двенадцати котельных не переводилось топливо, чтобы ни в чем не нуждались школа, два детских садика и чтобы жилые дома не разрушались...
     Мне было интересно узнать, каково впечатление у Валерия Николаевича от дальневосточного гарнизона в сравнении с североморскими авиагарнизонами. Там ведь, как известно, тоже не дворцы для служивого люда построены.
      - Лет на пять мы здесь отстаем... - деликатно отвечает полковник Власенко.
     А вот что касается людей, то разницы, по его мнению, никакой нет. Гарнизонный народ везде одинаково безотказен, неприхотлив и очень скромен...
     Между тем разведчик погоды решительно катит по бетонке. Как по команде, синхронно головы всех присутствующих на КДП делают поворот слева направо. У заместителя командира полка по воспитательной работе подполковника Александра Леонидовича Веремеенко интересуюсь, как зовут офицера, на рукаве которого повязка с буквами 'РП' - 'руководитель полетов'. Так и есть. Зрительная память не обманула. Подполковник Сергей Кочетов, которого лет десять назад во время учений встречал на корабле. Его фамилия, обратите внимание, есть в исторической справке. Без преувеличения, Сергей Михайлович - один из тех, кому полк обязан славной историей. Справа от него - руководители ближней и дальней зоны полетов майоры Александр Жуковский и Александр Ким.
     Все трое сидят за аппаратурой отечественного производства, внешний вид которой даже неспециалиста порадует. Выясняется, что новый комплекс по управлению воздушным движением смонтирован не более двух лет назад и что работать на нем - одно удовольствие.
      Впрочем, здесь, в помещении КДП, не только работать, но и просто находиться приятно. Новенький пластик, двойной стеклопакет, огромный кондиционер за окном - все говорит о том, что к его ремонту подошли основательно и средства в него вложили немалые. Кстати, этажами ниже, где находятся различные служебные помещения, ремонт, я заметил, еще продолжается.
     А еще нельзя не обратить внимания на новую крышу неподалеку от КДП. Это дом авиационно-технического состава первой эскадрильи. Дальше - домик дежурных сил, о котором накануне мне рассказал командир полка. Теперь он, 1936 года постройки, не только внешне, но и внутренне коренным образом преобразился. Два дежурных экипажа, находящиеся по служебной необходимости на казарменном положении, чувствуют себя здесь вполне комфортно...
     Учение между тем набирает обороты. С подполковником Веремеенко спешим на одну из стоянок Ил-38, куда подъезжает КамАЗ, груженный контейнерами с гидроакустическими буями и тянущий за собой - как их еще назвать? - две военные 'телеги' с учебными торпедами. Представители базы вооружения и авиационные техники дружно обступают одну из них, отцепляют от грузовика и старым, дедовским, но очень надежным способом - с применением нескольких человеческих сил - подкатывают к самолету. Успеваю познакомиться с офицером, наиболее активно хлопочущим возле торпеды. Капитан Алексей Захаров, начальник группы авиационного вооружения.
     - Надо еще и еще раз все проверить, - объясняет он, - чтобы она после срабатывания не утонула. Иначе - ЧП...
     Да, есть такое жесткое правило на флоте. Каждая практическая торпеда обязательно должна быть найдена и поднята из воды - неважно, сколько на это уйдет времени, - и возвращена на базу. Дешевле содержать катер-торпедолов, чем лишиться дорогостоящего изделия.
     Экипажей возле самолетов пока не видно, но мне уже известны фамилии двух молодых офицеров, сегодняшний день для которых должен стать знаменательным, поворотным в их летной карьере. Это командиры воздушных кораблей капитаны Валерий Семигановский и Антон Дрожжин. Их задача - обнаружить подводную лодку 'противника' и выполнить по ней торпедометание. В случае успеха оба экипажа становятся боеготовыми днем.
     Согласитесь, одно дело - каждый день слышать по телевизору, что наша жизнь входит в нормальное русло, и другое - своими глазами видеть этому реальное подтверждение. Давно ли то на одном аэродроме, то на другом приходилось встречать капитанов, ни разу не поднимавшихся в воздух. А тут - выпускники 2002 года не просто летают, но еще и в каком качестве - командиров крылатых кораблей!..
     Чтобы окончательно порадовать читателя, еще факт. В прошлом году начали осваиваться в левых креслах Ил-38 два старших лейтенанта - выпускники 2005 года. Пройдет немного времени, и под неусыпным оком заместителя командира полка по летной подготовке подполковника Вадима Екимова они тоже обретут полную самостоятельность.
      Средний возраст сорока шести процентов личного состава авиаполка не превышает 26 лет. По мнению полковника Власенко, лейтенанты приходят сейчас с большим желанием служить. И этот их настрой, как правило, от встречи с действительностью не меняется. Женатым предоставляют служебные квартиры, холостым дают общежитие. Специалистам наземных служб работы сразу хватает, летный состав сначала отправляется в центр боевого переучивания (поскольку с противолодочной спецификой он сталкивается впервые), а затем без промедления начинает осваивать дальневосточное небо. Благо, что с авиационным керосином стало гораздо лучше. Только в прошлом году лимит на топливо полку увеличили вдвое, что позволило авиаторам летать даже по три раза в неделю.
     Одна только проблема не позволяет говорить о положении дел в полку со стопроцентным оптимизмом. Впрочем, она настолько серьезна, что перевесит десяток других. Речь - об авиационной технике. Противолодочные самолеты Ил-38 в эксплуатации ровно 40 лет. И далеко не все из них в настоящее время поднимаются в воздух. Многие давно 'поделились' своими деталями с теми, кто на это еще способен. Поставка новых запчастей минимальна и для вертолетов. В результате даже машины выпуска начала восьмидесятых годов уже прикованы к земле. А разве это возраст?.. В разговоре с командиром полка мне вспомнился американский вертолет, садившийся во время совместных учений на палубу нашего корабля. После двух модернизаций он - действительно почтенного возраста - выглядел как новенький.
      Что мог ответить на это Валерий Николаевич? Конечно, он, как и все его подчиненные, очень надеется на объявленную в стране программу модернизации авиационной техники.
     От себя добавлю: пока что она никак отдаленного дальневосточного гарнизона не коснулась. Летают здесь во многом благодаря энтузиазму, смекалке, мастерству технического состава. А между тем, как известно, те же камовские вертолеты по-прежнему производят и с успехом продают за границу. Что же мешает помочь морским авиаторам хотя бы небольшим перечнем относительно недорогих деталей? Предположим, на новые двигатели и капитальный ремонт денег пока нет. Но на какой-нибудь рычаг либо подшипник неужели не найдется финансовых средств? Своими глазами видел в море, как техник, заметив подтек топлива, дал летчику команду выключить двигатели. Стали разбираться, обнаружили, что небольшой металлический трубопровод дал течь. Вот этот самый трубопровод, цена которому копейки, и нужен вертолетчикам сегодня, а не завтра...
     Жаль, не удалось досмотреть, как под руководством старшего техника корабля капитана Владимира Христюхи подвешивали торпеду в бомболюке
     противолодочного вертолета
     Ка-27ПЛ. Но три силуэта подводных лодок на его правой двери разглядеть успеваю. Сегодня наверняка будет повод нарисовать четвертый. Потому что управлять винтокрылой машиной будет опытный летчик - командир отряда майор Владимир Щербинин...
     До стоянки Ми-8 приходится чуть ли не бежать. Возле него заканчивает инструктаж пяти парашютистов начальник поисково-спасательной и парашютно-десантной службы полка капитан Владимир Сысоев. По условиям учения примерно в 25 километрах от аэродрома 'потерпел аварию' вертолет. Летим на спасение экипажа. Вообще-то, убеждался в этом неоднократно, летчики не очень любят прыгать. Но сегодня другая ситуация. Шесть человек - это две спасательные поисково-десантные группы, одна из которых экипирована обычными парашютами, а другая - так называемыми крыльями, обеспечивающими максимально точное приземление. Последним, как и положено, покидает борт вертолета капитан Сысоев.
      Командир Ми-8 майор Александр Кривов направляет машину к земле, на посадку. А там уже начинается отработка очередного элемента учения. Поисково-спасательный Ка-27ПС, пилотируемый подполковником Александром Ворониным, с которым читатели 'Красной звезды' уже знакомы, зависает над 'пострадавшими'. Одного из них старший прапорщик Эдуард Деркач - фельдшер, старший спасатель бортовой - поднимает с помощью лямочного сиденья, а другого, находящегося 'без сознания', - на универсальном кресле. Кстати, Эдуард Юрьевич, также герой одного из моих предыдущих материалов, награжден медалями 'За отвагу' и 'За спасение погибавших'. Управляет лебедкой и помогает затаскивать 'раненых' внутрь вертолета бортовой техник капитан Иван Лукьянов...
     А в это время на соседнем аэродроме, не находящемся в эксплуатации, разворачиваются другие события. Сюда перебазируют авиационную технику, выводимую из-под ракетного удара, нанесенного 'противником'. Первым на бетонку, хозяевами которой еще несколько лет назад были истребители, опускается вертолет капитана Максима Карпова. Без наземного радиолокационного обеспечения и контроля со стороны руководителя полетов ему еще ни разу не приходилось совершать посадку. Находящийся здесь же заместитель командира полка подполковник Игорь Шлыков доволен работой подчиненного.
     С моря возвращается на запасной аэродром и Ка-27ПЛ под командованием капитана Олега Хоженко. Выполняя полет вдоль береговой черты с целью поиска диверсионных сил и средств 'противника', экипаж своевременно обнаружил надводную цель и доложил об этом на командный пункт сил взаимодействия...
     Время обеденное, и об этом напоминает прибывающим экипажам большая палатка полевой столовой. Представители авиационно-технической базы во главе с заместителем командира майором Алексеем Кузиным тоже, как говорится, в грязь лицом не ударили...
      Ближе к вечеру над основным аэродромом резко ухудшается погода. Идет дождь. Ил-38 капитана Валерия Семигановского успевает приземлиться без задержки в воздухе. А вот Антону Дрожжину, поскольку дождь сменяется снежным зарядом, приказано идти на второй круг, благо топлива в баках достаточно.
     В томительном и немного тревожном ожидании мысленно делаю предположение, что при такой видимости самолет коснется полосы где-нибудь ближе к ее середине. Ничего подобного!.. Многотонный воздушный корабль, вынырнув из облаков, производит, по оценке командира полка, классическую посадку.
     Оба Ил-38 с поставленной задачей по поиску и уничтожению подводной лодки 'противника' справились успешно. Для молодых капитанов и их экипажей, ставших боеготовыми днем, начинается новое время.