На 4 га тут уже к 2004 году должны были вырасти выставочные корпуса в виде космических кораблей, а рядом, под отрытым небом, предполагалось разбить воздухоплавательный парк с дирижаблями и аэростатами, а также с гостиницами и торгово-выставочным центром.
   

Год спустя, правда, сроки строительства передвинули на 2006 г. Чуть позднее - очередная корректировка: теперь, по словам главного архитектора Москвы Александра Кузьмина, открытие музея, 'в котором самолеты будут как расположены на земле, так и подвешены в воздухе, а экспозиция должна меняться каждый год или даже чаще', переносилось на 2007 год. Но это уж, мол, точно, ведь проект не просто готов, а даже одобрен Общественным градостроительным советом при мэре столицы! Проходит еще пара лет. И тут:
   

Да, вы догадались верно: сроки сдачи объекта в очередной раз передвигают - теперь на 2008 год. Правда, сопровождается это очередным маленьким успехом: Юрий Лужков подписывает акт разрешенного использования земельного участка.
      

Растоптанная память
   

На дворе май 2008-го. Иду по центру Ходынского поля рядом с бывшей главной взлетно-посадочной полосой (ВПП) Центрального аэродрома им. М. В. Фрунзе. И что-то мне подсказывает, что и в этом году музей мы тут вряд ли увидим.
   

За забором из металлической сетки, на который кое-где накинуто маскировочное укрытие, - около полусотни крылатых и винтокрылых машин с пятиконечными звездами, когда-то снискавших славу и в воздушных боях, и на учениях, и на авиашоу повсюду в мире. Оставшиеся тут со времен Общественного музея советской авиатехники Илы и Яки, Ми и Ка тихо ржавеют на заросшей сорняками бетонке, окруженные выцветшими табличками с грозными предупреждениями, что-де 'проход преследуется по закону УК РФ'.
   

В реальности ни проходы, ни пролазы, похоже, не больно-то преследуются: большинство кабин вскрыто, из приборных отсеков торчат ошметки электропроводки, а фонари практически все разбиты или вообще отсутствуют.
   

С западного торца этого странного паноптикума, очень похожего на кладбище военной авиамощи Страны Советов, две сожженные и изгаженные бытовки, когда-то служившие постом местным охранникам. С противоположного конца, ближе к Ходынскому бульвару, маскировочная сетка на забор накинута гораздо тщательнее, а кое-где ее сменяет непроницаемая плотная ткань. С чего бы это? С возвышения 'наезжаю' объективом фотоаппарата поближе и вижу мемориальный камень, брошенный среди мусора в углу площадки. Надпись на памятной табличке прочитать невероятно трудно - спасает лишь уровень современной фотооптики: 'Слава и вечная память авиаторам, испытателям и защитникам неба г. Москвы, погибшим на Ходынском поле (1910-1970 гг.)'. Рядом на выщербленном бетоне валяются два поклонных креста, видимо, замышлявшиеся как единое целое вместе с камнем: Э-э-э, да тут, похоже, дело не только в забвении военно-технического наследия. Берите выше: нынешнее состояние ВПП на Ходынке - плевок в душу каждому, для кого биография российского воздушного флота не пустой звук. Между прочим, среди погибших в небе над Ходынкой асов - Герой Советского Союза Валерий Чкалов (в этом году исполнится 70 лет со дня его смерти). Это и его память растоптали неизвестные недоумки, второпях швырнувшие мемориальный камень на пыльный бетон.
      

Звонок начальству
   

Местные власти утверждают: проект национального авиамузея не претворяется в жизнь из-за позиции Минобороны. Якобы военное ведомство, отстаивая федеральный статус земельного участка, пытается выторговать себе у города какие-то преференции, а само пальцем о палец не хочет ударить, чтобы сохранить уже имеющиеся экспонаты. Так это или нет, мне выяснить не удалось.
   

Единственным должностным лицом, обнаруженным на площадке после почти часового блуждания по периметру, оказался старенький (наверное, как сами самолеты) охранник. Когда я 'вскрыл' одну из секций изгороди, стыдливо примотанную к столбу проволокой, он медленно вылез из уцелевшей сторожки и чистосердечно признался, что владельцев всего этого недвижимого (равно как и движимого) имущества не знает: - Нешто нам, милок, докладывают? Звони начальству: Я последовал этому совету. Голос на том конце провода строго заявил: кому принадлежат самолеты, он сообщать не обязан.
   

- А почему вы уверены, что это все еще самолеты, а не ржавый металлолом? - искренне удивился я.
   

Невидимый собеседник еще больше посуровел и пообещал сообщить про меня 'самому генеральному'. Вот сижу теперь, жду ответа:
   
   

А что думают иностранцы?
   

Впрочем, допустим, что виноваты действительно военные. Неужели это повод держать авиараритеты среди помойки? Разве нельзя элементарно благоустроить сердцевину Ходынского поля, чтобы гуляющие здесь москвичи (весьма, замечу, многочисленные) хотя бы не ломали ноги? И потом, интересно еще вот что. Любому, кто бросит хотя бы беглый взгляд на стоящие бедными родственниками самолеты и вертолеты, очевидно: еще пара-тройка лет - и их уже в самом деле с чистой совестью можно будет отправлять на переплавку. Предположим, закоперщики национального авиамузея не стесняются сотен тысяч москвичей, ежедневно наблюдающих это безобразие из окон своих квартир в новостройках по Ходынскому бульвару. Но прямо через дорогу - новенький Дворец спорта на Ходынке, где регулярно проводят международные матчи по разным игровым видам спорта как российские сборные, так и московские клубы. И каждый раз мимо позорного загона из рабицы шествуют зарубежные болельщики.
   

Даже не берусь предугадывать, какие мысли приходят в их головы при виде полосы, с которой когда-то взлетел последний раз в небеса Чкалов:
   
   

Досье 'ВМ'
   

Центральный аэродром имени М. В. Фрунзе - первый московский аэропорт, располагавшийся на территории Ходынского поля.
   

Основан 17 июня 1910 г. Строительство велось в основном на пожертвования любителей авиации.
   

3 мая 1922 г. с Центрального аэродрома начали выполняться первые в истории России международные авиаперелеты по маршруту Москва-Кенигсберг-Берлин.
   

15 июля 1923 г. начались и первые регулярные внутригосударственные пассажирские рейсы Москва-Нижний Новгород.
   

В ноябре 1931 г. на аэродроме было открыто первое в СССР здание аэровокзала.
   

 

Иван Новицкий, депутат Мосгордумы:

- Эта проблема знакома мне не понаслышке: Ходынка - территория округа, где живут мои избиратели. Я бы не сказал, что Минобороны тормозит развитие авиавыставки. Скорее, оно ничего не предпринимает для придания цивилизованного вида этому месту. Поэтому с подачи Мосгордумы префект Северного округа Юрий Хардиков намерен напрямую обратиться к руководству авиапредприятий, окружающих Ходынское поле, чтобы общими усилиями навести там порядок.
   

Что же касается затянувшихся проектных работ по Музею авиации и космонавтики, надеюсь, многое прояснится, когда этот вопрос рассмотрит городское правительство.
   

Это должно было случиться в мае, но пока рассмотрение проблемы перенесено на июнь.