Истребители МиГ-29, Су-15, вертолеты Ми-24, огромный Ми-6, самолеты-разведчики - все это стережет один охранник в вагончике без удобств. Поэтому я без труда проник на 'военный объект': просто дождался, пока секьюрити отлучится.

 

Увиденное изумляет. Все экспонаты в жутком состоянии: оторваны люки, в приборных панелях зияют дыры, у вертолетов разбиты стеклянные кабины и фонари. Вместо реактивных двигателей - нары, на которых еще прошлым летом спали строители Ледового дворца. Большинство колес у самолетов лопнули, а поэтому машины не то что в воздух поднять - передвинуть невозможно.

 

Охранник возник внезапно. Он вышел откуда-то из-под хвоста истребителя, застегивая брюки. Похоже, туалет устроили прямо под самолетом. Мы разговорились.

 

- Вот этот вертолет Ми-6 воевал в Афгане, - рассказывает охранник. - Недавно подъезжали на джипе мужики, стояли за забором и плакали. Говорят, летали на нем. Видите, на борту православный крест. Это его освящали перед вылетом на боевое задание.

 

Своя история есть практически у каждой стоящей здесь машины. Казалось бы, только успевай собирать деньги с граждан, желающих полюбоваться военной техникой. Но оказалось, что не все так просто.

 

 

Своим созданием Национальный музей авиации в центре Москвы обязан двум Героям СССР: маршалу авиации Александру Силантьеву и генерал-лейтенанту, летчику-испытателю Валерию Меницкому. Александр Силантьев, будучи председателем Комитета ветеранов войны, в 1989 году 'пробил' организацию музея в Минобороны.

 

В 1991 году, когда Советский Союз был уже на грани развала, на Ходынском поле появились первые экспонаты. Но в 'лихие 90-е' стало не до музеев. Что делать с уже установленными на поле самолетами, никто не знал. В итоге ответственным за хранение экспонатов назначили полковника Генштаба в отставке Александра Бобровникова. Несмотря на забвение со стороны чиновников, музей выжил. Горожане охотно покупали билеты, чтобы поглазеть на былую мощь своей Родины.

 

- Экспонаты достаточно редкие, - вспоминает бывший директор музея полковник Александр БОБРОВНИКОВ. - Вот, например, Ил-14 - его нам передал Джохар Дудаев, когда еще командовал 326-й тяжелобомбардировочной Тернопольской авиадивизией. Он, вероятно, и сам летал на этом военно-транспортном самолете. Борт своим ходом когда-то прилетел из эстонского Тарту и сел на Ходынском поле. Теперь в его крыльях зияют дыры. Есть в музее пяток истребителей Су-15, среди которых тот самый, что сбил в 1983 году южнокорейский 'Боинг' вместе с пассажирами...

 

И вот вся эта знаменитая техника ржавеет который год под открытым небом, как бесхозный хлам! Но ведь она должна значиться хотя бы формально на чьем-то балансе?

 

- Никаких официальных актов, что Министерство обороны передавало самолеты музею, у меня не сохранилось, - признается Бобровников.

 

Зато в Московском военном округе нашелся документ с перечнем самолетов и вертолетов с Ходынки, подтверждающий, что все они числятся на балансе Управления вооружением ВВС России. Только вот само Минобороны официально это не признает.

 

- Нет, они давно все списаны, - отвечали неофициально разные чины.

 

 

Как удалось выяснить, в 2002 году земли Ходынки (136 гектаров) Министерство обороны передало столичным властям в обмен на часть построенных здесь позднее квартир. Тогда же московское правительство приняло проект строительства на Ходынке Национального музея авиации и космонавтики. В нем планировали разместить спутники, ракеты, двигатели и другие достижения авиационной и космической промышленности страны. Словом, целый воздухоплавательный парк с дирижаблями и аэростатами. Все это дополнялось торгово-выставочным центром и гостиничным комплексом. А недавно сюда даже решили провести метро.

 

С тех пор на Ходынке вырос целый микрорайон, появились школа, Ледовый дворец и ландшафтный парк. Но крупнейшего в мире музея авиации, который был задуман еще на стадии планирования района, так до сих пор и нет.

 

Пока чиновники ищут национальную идею, будущие экспонаты продолжают разваливаться. У всех на виду, в 30 метрах от шикарного Дворца спорта.

 

А все потому, что, когда военные передавали городу землю аэродрома, они оставили за собой две взлетно-посадочные полосы в центре Ходынки. Территория небольшая (27 гектаров), но именно на этом месте и должен был разместиться музей. Но зачем военным этот кусок земли?

 

Сначала они объясняли свое решение тем, что конструкторам нужна взлетная полоса, чтобы провести испытания нового истребителя. Но бывший аэродром имени Фрунзе, над которым потерпел крушение самолет Чкалова в 1938 году, окруженный до сих пор по периметру конструкторскими бюро 'Сухого', 'Ильюшина', 'МиГа', за последние три года года оброс новостройками. Понятно, что маневры авиации над жилыми домами в мирное время исключены. В 2004 году, когда музей уже должен был появиться, передаче взлетных полос из федеральной собственности в городскую, казалось бы, уже ничто не могло помешать. Но в 2005 году ветеранов решили провезти по Красной площади 9 Мая в кабинах грузовиков. Более сотни 'ЗИЛов', закамуфлированных под фронтовые 'ЗИС-5', переехали на место, отведенное под музей. На следующий год взлетку начали использовать для тренировки парадных расчетов. А в этом году было решено вывести на Красную площадь боевую технику. Под танки опять же отдали Ходынку. Ну не гонять же на каждую репетицию военную технику из Алабинского гарнизона в Москву?! Рядом со взлеткой установили ангары для охраны военной техники. В следующем году в них планируют разместить еще больше военной техники, чем было показано в этот раз. А потому взлетные полосы уже сейчас ограждают забором. А это значит, что открытие музея в третий раз переносится, теперь уже на 2011 год.

 

 

Теперь знаменитые экспонаты представляют собой жалкое зрелище. Так и хочется взять кисти и хотя бы закрасить ржавые бока прежде грозных машин.

 

- Нет, этого делать нельзя, - объяснили в ОАО 'АвиаПарк' (компании, которой поручено строить музей и управлять им от имени правительства Москвы). - Экспонаты необходимо реставрировать в специализированных цехах, и делать это должны профессионалы. Ремонт каждого экспоната обойдется в кругленькую сумму - от 5 до 15 миллионов рублей.

 

- А почему вы не возьметесь за ремонт немедленно, ведь вам же строить и эксплуатировать музей?

 

- К сожалению, техника нам не принадлежит! В противном случае мы бы имели право искать инвесторов на ремонт.

 

- А когда начнете строить сам музей?

 

- У нас вся проектная документация на руках, произойдет передача ВПП (взлетно-посадочной полосы) - хоть завтра начнем рыть котлован.

 

Получается, если даже музей откроется в 2011 году, экспозицию мы увидим не скоро. Ведь на ремонт тех же самолетов может уйти не один год.

 

В ближайшие дни правительство Москвы планирует провести заседание, чтобы решить судьбу музейного комплекса. Хочется верить, что все споры будут наконец разрешены. И в Москве появится нормальный Национальный музей авиации и космонавтики, чтобы в стране росло новое поколение Туполевых, Микоянов и Ильюшиных. В конце концов этот музей можно перенести в другое место, не сошелся же клином белый свет на Ходынке. Главное, скорее бы разрубить этот гордиев узел. Ведь может случиться так, что когда чиновники и военные начальники договорятся о строительстве музея, то выставлять уже будет нечего, кроме груды ржавого металла.