1. Противоракетная оборона. В июне 2002 года США в одностороннем порядке вышли из Договора о противоракетной обороне, заключенного с СССР еще в 1972 году. Договор обеспечивал устойчивость военно-стратегического равновесия между двумя ведущими ядерными державами и глобальную стратегическую стабильность в мире в целом за счет блокирования бесконтрольной и иррациональной гонки между наступательными и оборонительными стратегическими вооружениями.
     Одновременно с этим Вашингтон отказался выполнять Протокол к этому договору, подписанному два года спустя, который сокращал количество районов ПРО на территории каждой стороны с двух до одного.
     США наряду с этим не ратифицировали разработанный совместно с Россией и подписанный в 1997 году пакет из пяти договоренностей по вопросам ПРО, который в случае принятия вводил бы ограничения на дальнейшее совершенствование противоракетных систем сторон, предусматривал бы меры взаимной сдержанности и транспарентности. Более того, нынешняя американская администрация выступает за создание третьего позиционного района стратегической системы ПРО в Восточной Европе, располагая двумя другими на собственной территории - в Калифорнии и на Аляске. Усиленными темпами развертывается американская система ПРО морского базирования в Индийском и Тихом океанах. Американцы явно вознамерились создать глубокоэшелонированную глобальную систему ПРО, ориентированную в основном против России и КНР.     

2. Немилитаризация космического пространства. Проведя несколько раундов переговоров по противоспутниковым системам, ограничивающим возможности сторон уничтожения находящихся на орбитах гражданских и военных спутников, США в июне 1979 года инициативно прервали эти дискуссии и отказались возобновлять их вновь, приступив впоследствии к испытаниям различных видов ударных противоспутниковых средств наземного и воздушного базирования.
     США проигнорировали идею подготовить даже ограниченный по своим последствиям международный договор 'об иммунитете' космических летательных аппаратов, в отношении которых запрещались бы любые меры враждебного воздействия.
     Вашингтон в негативном ключе отреагировал и на внесенный в феврале этого года на конференции по разоружению в Женеве российско-китайский проект международного договора о предотвращении размещения оружия в космическом пространстве, применения силы или угрозы силой в отношении космических объектов, а также на нашу инициативу по мерам транспарентности и укрепления доверия в космической деятельности.
     При этом факты свидетельствуют, что в США разрабатывается ряд ударных вооружений космического базирования, которые могут появиться во Вселенной уже в ближайшей перспективе.

3. Стратегические наступательные вооружения. На протяжении всей истории отношений Москвы и Вашингтона в сфере ограничения и сокращения стратегических ядерных арсеналов американцы постоянно стремились переиграть нас в ходе переговорного процесса, сломать сложившуюся компоновку нашей стратегической триады и обеспечить для себя односторонние преимущества. И сегодня за океаном придумывают разного рода уловки к разрабатываемому тексту подлежащего пролонгации Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-1), который подписан в 1991 году и срок действия которого истекает в декабре 2009 года. В частности, Белый дом предлагает сосредоточиться на мерах транспарентности и доверия. Он за то, чтобы новые договоренности основывались на подходах московского Договора о сокращении стратегических наступательных потенциалов 2002 года (Договор СНП), который не предусматривает проверок его выполнения. Скрытая цель таких ухищрений проста - сделать 'резиновой' трактовку возможной договоренности, которая не мешала бы США в будущем совершенствовать ядерные арсеналы. С прекращением же действия Договора СНВ-1 может исчезнуть и весь механизм контроля, включающий системы инспекций, уведомлений и обмен данными.
     Наблюдаются сложности и с самим Договором СНП, срок действия которого истекает 31 декабря 2012 года. США потенциально могут выйти за лимиты, установленные этим договором, за счет произвольной интерпретации придуманной ими же самими формулировки 'оперативно развернутые стратегические боезаряды' ('оperationally deployed strategic warheads') и 'оперативно не развернутые стратегические боезаряды' ('оperationally non-deployed strategic warheads'). Это позволит им в 2,3 раза превысить установленный этим договором максимальный потолок на стратегические ядерные боезаряды в 2.200 единиц - до уровня 5.047 единиц. Подобное станет возможным в результате неучета Вашингтоном новых 'оперативно не развернутых стратегических боезарядов', которые должны поступить на вооружение стратегических ядерных сил США в 2008 - 2012 годах - в пределах 2.455 - 2.855, а может, и больше. Их предполагается держать на централизованных базах хранения в качестве 'стратегических ядерных боезарядов резерва реагирования' (responsive strategic nuclear warheads). В случае же необходимости они могут быть быстро включены в состав американского стратегического ядерного арсенала в качестве 'возвратного потенциала'.
     Вашингтон не ратифицировал другой важный договор из этой серии - Договор СНВ-2, подписанный в 1993 году, хотя Россия сделала это еще в 2000 году.

 4. Районы, закрытые для ПЛАРБ и ПЛА. роведя в середине 1990-х годов по инициативе нашей страны несколько раундов переговоров по вопросу об ограничении деятельности стратегических ракетных и ударных подводных лодок у берегов друг друга в подводном положении, американские представители категорически отказались от продолжения таких дискуссий. Тогда они выдвигали только один довод: нельзя, мол, устанавливать 'запретные зоны для плавания подводных лодок в Мировом океане'. А мы и не предлагали этого. Нас сильно беспокоило лишь появление американских субмарин в непосредственной близости от наших берегов, главным образом около военно-морских баз и районов боевой подготовки флотов. К тому времени по вине американской стороны произошло свыше 20 крайне опасных коллизий подлодок сторон с атомными энергетическими установками у наших берегов. Хорошо, что они не привели к серьезным драматическим последствиям.

5. Крылатые ракеты морского базирования с ядерными боезарядами. США отказались ввести ограничения на развертывание КРМБ в ядерном снаряжении большой дальности (свыше 600 км), по которым на взаимной основе предлагал договориться еще Советский Союз, даже подготовивший в 1987 году дискуссионный проект соответствующего двустороннего соглашения.

6. Тактическое ядерное оружие. Вашингтон до сих пор не ответил ни на одно из многочисленных предложений ни СССР, ни России о запуске переговоров о сокращении тактического ядерного оружия или, по крайней мере, о сужении пространственной сферы его размещения, ограничив границами соответствующих национальных территорий. Причины тому известны: США, с одной стороны, продолжают создавать новые виды тактического ядерного оружия (например, ядерную боеголовку с хитрым названием 'reliable replacement warhead', которое можно перевести как 'боеголовка нового поколения повышенной надежности'), а с другой - хранят его на территории ряда европейских и азиатских стран. Нет гарантий и того, что оно может появиться и в Польше в качестве ядерных боеголовок американских ракет ПРО. Пентагон также до сих пор придерживается концепции 'не подтверждать и не отрицать' наличия ядерного оружия на борту своих кораблей и подводных лодок, что повышает степень непредсказуемости размещения ядерного оружия США.

7. Стратегия применения ядерного оружия. Вашингтон категорическим отказом встретил неоднократные предложения нашей страны о неприменении ядерного оружия первыми друг против друга (позиция минимум, изложенная Москвой еще летом 1982 года) или о неприменении ядерного оружия вообще (программа максимум). Согласно действующей в настоящее время у США военно-стратегической доктрине Вашингтон может применить любые виды ядерного оружия в первом превентивном или упреждающем ударе, причем без каких бы то ни было оговорок и исключений. Здесь также нельзя не учитывать то обстоятельство, что существующий до сих пор генеральный план ведения ядерной войны США (Single Integrated Operational Plan) содержит список целей нанесения ядерных ударов на территории семи государств мира, включая Россию.

8. Испытания ядерного оружия. Являясь фактически самой крупной ядерной державой в мире, Соединенные Штаты отказались юридически присоединиться к одному из широко поддержанных международных договорных актов, препятствующих совершенствованию ядерных боезарядов, - к Договору о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), который уже подписали 178 государств и ратифицировали 144 страны мира, в том числе Россия.
     Ратификация же Вашингтоном этого документа явилась бы важным шагом не только с точки зрения выполнения особого условия вступления данного акта в силу (дело в том, что США входят в список 44 государств, чья ратификация по условиям договора необходима для его введения в действие). Эта ратификация оказала бы содействие укреплению системы международной безопасности и режима нераспространения ядерного оружия в целом, важнейшей составляющей которых является и сам ДВЗЯИ.

9. Безъядерные зоны и зоны мира. США остаются принципиальными противниками провозглашения отдельных районов земного шара зонами, свободными от ядерного оружия, или безъядерными зонами, в особенности в Европе и в морских акваториях, окружающих европейский континент.
     Так, они отказались от инициатив по созданию безъядерных зон в Центральной Европе и в районе Балтийского моря, предлагавшихся соответственно в 1960-х и 1990-х годах Советским Союзом и многими другими странами. Москва даже подготовила постатейный проект договора о безъядерной зоне на Балтике, охватывавший территорию всех государств региона и морскую акваторию Балтийского моря, опубликовав его в эпоху 'гласности' в журнале 'Мировая экономика и международные отношения' в 1989 году.
     США резко выступили против создания зоны мира в Индийском океане, идею которой активно продвигали в 1970 - 1990-е годы неприсоединившиеся страны, в особенности прибрежные и материковые государства бассейна Индийского океана, в то время как СССР (а затем и Россия) энергично поддержал эту идею. Надо сказать, что в 1990 году Москвой также был подготовлен полный проект международного договора, который предлагал создать такую зону, охватывающую территорию 44 государств бассейна Индийского океана, с приданием ей одновременно и безъядерного статуса.

10. Военно-морские вооружения и военно-морская деятельность. Вашингтон никогда одобрительно не высказывался в пользу предложений, выдвигавшихся еще Советским Союзом в этой сфере, хотя сам, начиная с соглашения Раша-Баго 1817 года об ограничении военно-морских вооружений на Великих озерах с Великобританией, неоднократно являлся участником ряда многосторонних соглашений по сокращению этого вида вооружений и ограничению военно-морской деятельности.

11. Переговоры об ограничении военной деятельности в Индийском океане. Соединенные Штаты не раз отклоняли выдвигавшиеся нами инициативы об ограничении военно-морской деятельности и о мерах доверия в военно-морской области. Правда, было исключение: при администрации Джимми Картера они провели с нашей страной в 1977 - 1978 годах четыре раунда переговоров 'об ограничении военной деятельности в Индийском океане'. Поначалу стороны договорились на них о поэтапном подходе к решению проблемы, начиная с соглашения не увеличивать достигнутый уровень военного присутствия в регионе и быстро перейти к сокращениям ВМС. Даже начали разработку проекта текста соглашения. Но американцы явно забеспокоились, что оно положит конец их базовой стратегии и ограничит их внушительное военно-морское присутствие в этой части Мирового океана. В итоге в феврале 1978 года они прервали начавшийся диалог и никогда не возобновляли его вновь.

12. Обычные виды вооружений наземного и воздушного базирования. США и их ближайшие партнеры по НАТО нарушили ряд важных положений Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ). Они вообще отказались от ратификации его адаптированного варианта. В результате США и НАТО в целом на 22 - 30 процентов превысили общие лимиты по всем пяти видам обычных вооружений, определенным договором (танки, боевые бронированные машины, артиллерия, самолеты и вертолеты), и на 26 - 45 процентов превзошли его фланговые ограничения. А в абсолютном выражении это составляет 23 тысячи единиц военной техники. США разместили свои войска на территории Болгарии и Румынии. Похоже, что американский воинский контингент навсегда останется и в Косово после незаконного самопровозглашения его 'независимости', где Пентагон располагает тремя военными базами.
     Приведенные выше факты показывают, что США не заинтересованы в ограничении своей военной деятельности и сознательно создавали застой в разоруженческом процессе. Вполне очевидно, что такое положение не может продолжаться вечно. Длительная пауза в процессе контроля над вооружениями не только отвлекает значительные ресурсы от целей созидания, но и ведет к появлению реальных вызовов мировой стабильности и безопасности.
     Вполне очевидно, что страны, заинтересованные в придании нового импульса разоруженческому процессу в ХХI веке, должны продумать комплекс мер по его выводу из искусственно навязанного и искусно культивируемого застоя в этой сфере. Сокращение избыточных арсеналов должно быть тщательно сбалансированным и взаимовыгодным циклом. Разумеется, оно не должно подрывать принцип равенства и одинаковой безопасности, производиться в ущерб естественному развитию и совершенствованию национальных вооруженных сил всех государств мира в интересах защиты территориальной целостности и суверенитета.
     Параллельно с этим следовало бы заменить доктрину 'стратегического сдерживания' на политику 'стратегической сдержанности', которая никому не угрожала бы. Ведь именно стратегическое сдерживание, возникшее на заре ядерного века и укоренившееся в годы 'холодной войны', заставляет накапливать на всякий случай чрезмерные запасы оружия. Сдержанность, заявил, выступая недавно в Берлине, Президент России Дмитрий Медведев, 'требуется от всех, чтобы остановить эскалацию по любому вопросу, разорвать порочный круг односторонних действий и реакции на эти действия. Отказаться от попыток форсировать развитие событий и проводить политику уже свершившихся фактов. Для начала неплохо бы просто взять паузу и осмотреться, где мы оказались и во что погружаемся, будь то Косово, расширение НАТО или противоракетная оборона'.
     Главную роль в продвижении двух органически связанных процессов - 'материального и доктринального разоружения' - могли бы сыграть ведущие ядерные и неядерные государства мира, в особенности страны - участницы 'Группы восьми', на которых лежит особая ответственность за поддержание устойчивой военно-стратегической и социально-экономической стабильности в мире. Императив реанимации процесса контроля над вооружениями вообще должен постоянно находиться в повестке дня и соответствующих комитетов сессий Генеральной Ассамблеи ООН, и специально созданной Конференции по разоружению, и в ходе двусторонних контактов всех государств мира независимо от параметров их военного потенциала и ориентации их военных доктрин.