По мере совершенствования техники и роста масштаба применения менялись взгляды на использование винтокрылой авиации. Если первое появление на поле боя было связано с единственной целью - спасение, то постепенно они стали использоваться для нанесения огневого поражения в помощь штурмовой авиации (на которую во время Второй мировой войны приходилось до 80% самолето-вылетов). К середине 1970-х вертолеты превратились в достаточно эффективное средство борьбы с танками (во время арабо-израильской войны 1973 года - 18 боевых вертолетов Израиля в одном вылете уничтожили 90 танков). Но как бы не менялась роль винтокрылой авиации, в ходе любых боевых действий последнего полувека она оставалась самой востребованной и самой воюющей авиацией!

Год	Страна, регион
1943	Бирма, Индия
1945-1954	Индокитай
1946-1949	Греция
1948-1955	Малайзия
1950-1953	Корея
1952-1956	Тунис, Марокко
1954-1962	Алжир
1955-1959	Кипр
1956	Египет
1956	Иордания
1962-1975	Индокитай
1978	Заир
1979-1989	Афганистан
1982	Фолклендские острова
1991	Ирак
1994-1995;                 1999-2004	Чечня
2001 по н.в.	Афганистан
2002 по н.в.	Ирак

Примечание - В таблицу не вошло участие вертолетов в специальных операциях (Иран, Сомали), африканских конфликтах малой интенсивности (Уганда, Судан), войне с наркомафией в Южной Америке (Колумбия) и   чрезвычайных ситуациях и бедствиях (Чернобыль, ураган 'Катрина', лесные  пожары в Калифорнии), соизмеримых по масштабам с боевыми действиями.

 

Всю совокупность участия вертолетов в военных конфликтах можно условно разделить на несколько характерных типов: Индокитай, Афганистан (Афганистан/1), Чечня (Чечня/1 и 2) и Война с терроризмом (Афганистан/2 - Ирак), боевое применение вертолетов против мятежников (в американской аббревиатуре COIN, боевые действия малой интенсивности с использованием вертолетов, в том числе и наемников, в основном характерны для африканских и южноамериканских стран).

 

За свою 65-летнюю историю непрерывных боевых действий вертолеты, оборудование и вооружение, системы летной и технической эксплуатации, организация боевого применения, обучения и логистического обеспечения претерпели серьезные изменения. Сделав огромный шаг вперед, вертолет превратился в незаменимую боевую/транспортную платформу на поле боя, без которой наземные войска не трогаются с места. С началом нового века, начались коренные изменения в оснащении вооруженных сил, одновременно стал меняться облик, роль и место вертолетной авиации. Что же изменилось с точки зрения применения вертолетов? Каковы основные тенденции и особенности их использования в конфликтах последних лет?

 

Благодаря своим уникальным возможностям, вертолеты всегда применялись и будут применяться в исключительно жестких, суровых условиях (высокие температуры, горы, пыль, песок, снег, обледенение, интенсивная, длительная работа в отрыве от основных мест базирования, вахтовый метод:). Как назло, 'вертушки' всегда нужны, когда плохая погода. Например, в зимний период Чечня/1 почти 85% - СМУ и нелетная погода (в декабре 1994 года благоприятные метеоусловия - лишь 2 дня, январь 1995 года - 2, февраль - 4, март - 9 дней). Кроме плохой видимости, горные хребты затрудняют радионавигацию. Еще больше усложняет ситуацию отсутствие линии боевого соприкосновения, возможность бандформирований и террористов маскироваться под мирных жителей, быстро растворяться после нанесения удара, дожидаясь удобного момента для следующего. В совокупности условия реального применения были настолько сложными, что летно-технический состав и обеспечение оказывались не готовы к работе.

 

Из анализа вертолетных сил и средств, участвующих в различных конфликтах, можно выделить три основных момента. Первый - неизменное наращивание численности и налета вертолетов в ходе конфликта. Индокитай: 1965 г. - 428 вертолетов, 1967г. - 2000, 1968г. - 4200. Афганистан/1: начало 1980 года - 100, 1981 г. - 200, 1989г. - 300. Если в первом случае группировка увеличилась на порядок (простые, дешевые вертолеты), то во втором - в три раза. Одновременно увеличивается налет. После завершения фазы активных боевых действий в Ираке последние три года налет прирастает по 20% (2005 г. - 240 тысяч часов, 2006 г. - 334, 2007 г. - около 400), а в целом с февраля 2002 года превысил 2 млн часов. В Афганистане/2 налет, по сравнению с начальным этапом, вырос в 2,5 раза и уже превысил 240 тыс. часов. Интересно, что рост налета прямо пропорционален увеличению расходов на войну. Это естественно, что средства вкладываются в наиболее востребованную транспортную платформу.

 

Второй - повышение доли вертолетов по сравнению с другими средствами поражения и транспортирования. Если во времена 'холодной войны' на один вертолет приходилось 8-11 танков, 15-22 БМП, то уже в Чечне/1 это соотношение изменилось: 1 вертолет/1 танк и 2,5 БМП (или 6, с учетом БТР), один вертолет на 150 военнослужащих.

 

Третий - существенное смещение 'центра тяжести' в группировке от боевых к военно-транспортным машинам. На этапе формирования группировки Чечня/1: 47 боевых/43 транспортных, в ходе работы - 52 боевых/74 транспортных (усиление за счет МВД, МЧС и Пограничной службы). В бюджете на 2009 г. для АА США включено финансирование на закупку 198 вертолетов, из них только 60 боевых, в том числе легких ARH-70A - 28, тяжелых AH-64 'Апач' - 32 (модернизированных), остальные 138 многоцелевые/транспортные, в том числе легких UH-72A - 36, средних UH-60M/HH-60M 'Блэк Хоук' - 63 и тяжелых CH-47F 'Чинук' - 39 (23 - модернизированных и 16 - новых). Соотношение боевых и транспортных 1: 2,3.

 

Еще совсем недавно (во времена 'холодной' войны) распределение летного ресурса (количества вертолето-вылетов (в/в) и налета по задачам) планировалось следующим образом: огневые задачи - 45-50%; разведывательные - 10-15%; транспортные - 20-25% и специальные задачи - 20-25%, однако практика военных конфликтов изменила приоритеты (см. таблицу).

 

 

Если авиационная поддержка осталась на уровне 16-20% (Афганистан/1) и 17,2-22,6% (Чечня/1), то перевозка войск и грузов выросла с 17-19% до 33,3-39,4%, а вместе с ПСО и эвакуацией, которые тоже увеличилась с 9-11% до 14,1-23,8%, превысила 60%! Все это убедительно свидетельствует о смене вектора: от огневых задач в сторону транспортных, с одновременным повышением значения ПСО и эвакуации раненых. К сожалению, существенная доля летного ресурса расходуется на вспомогательные задачи: 12-15% (Афганистан/1) против 5,1-9,9% (Чечня/1), что свидетельствует о несовершенстве организации летно-технической эксплуатации и системы подготовки, в том числе и отсутствии дешевых, легких машин и тренажеров для восстановления навыков.

 

В целом, возрастание 'цены' человеческой жизни привело к необходимости резкого усиления транспортной составляющей. В Афганистане такой мощный военный блок, как НАТО, столкнулся с проблемой нехватки военно-транспортных вертолетов. Не на чем перевозить войска и грузы. Для расширения возможностей потребовалось резко увеличить интенсивность использования техники. По сравнению с мирным временем интенсивность использования вертолетов в военных конфликтах возросла многократно, например, интенсивность использования основного транспортного вертолета коалиционных войск СН-47 'Чинук' выросла в 5 раз! Однако прирост интенсивности в ходе боевых действий незначительный (на уровне 50-60 часов в месяц). К сожалению, даже внедрение новых технологий не позволило выйти на теоретически возможную производительность системы.

 

 

Интенсивность работы вертолетов определяется большой совокупностью причин (совершенством авиатехники, мобилизацией личного состава), но главным сдерживающим фактором остается низкое эксплуатационное совершенство. В конечном итоге вертолетчики выполняли поставленные задачи, но какой ценой?! Чтобы получить необходимый результат, люди работали круглосуточно. Несмотря на высокую интенсивность применения, неблагоприятные природно-климатические и плохие бытовые условия, высокие температуры, запыленность, резкое увеличение трудоемкости работ по ТО и Р, в течение длительного времени поддерживался высокий уровень исправности техники: Афган/1 - 92-95%, Чечня/2 - 75-100%, Афган/2 - не ниже 70%. В Индокитае выполнено 24 млн вертолето-вылетов, в том числе 18 млн боевых, налет составил 9 млн часов! (эскадрилья из 10 вертолетов непрерывно, в течение 10 лет, висела в воздухе). В Чечне за период с 1.12.1994 по 18.05.1995 года выполнено 12 280 вылетов, перевезено 14 тыс. тонн грузов, эвакуировано 7,5 тысяч раненых (половина исходной группировки) и перевезено 63 тыс. военнослужащих (четыре исходных группировки)!

 

 

Естественно, что с увеличением использования вертолетов и ростом эффективности усиливалось противодействие. Вертолет превратился в заманчивую мишень. По мере роста использования вертолетов выросло огневое противодействие.

 

Однако если в Афганистане это было дуэльное противостояние, то сегодня вертолетам стреляют, как правило, 'в спину'. По таблице видно, как повреждения в Афгане, где ракурсы обстрела вне зависимости от типа вертолета составляли 53-57% /43-47% (спереди/сзади), постепенно смещаются назад.

 

 

Потери в Индокитае за 10 лет составили более 3000 вертолетов. Обратите внимание, из них 800 - в воздухе, остальные на земле! (Заслуживает внимания современный опыт построения стоянок, когда вертолеты не стоят в линейку, а разделены бетонными стенами). Среднегодовые потери группировки составили около 10%. При этом коэффициент удельных безвозвратных потерь 0,006%. В Афгане/1 потери за 10 лет составили 333 вертолета, среднегодовые потери группировки 8-12%. Коэффициент удельных безвозвратных потерь 0,03-0,05%, причем в начальный период - 0,1%, а в конечный - 0,015%. В Чечне/2 за первые 6 месяцев с небольшим группа из 69 вертолетов совершила 7233 вылета, при этом потери составили 23 вертолета - 63,5% годовых (причем более половины из них без огневого воздействия), что в 5 раз выше, чем в Индокитае и Афганистане, однако, в целом за пять лет (с 9.08.99 по 12.09.04) мы потеряли 50 вертолетов, среднегодовые потери 9,8% вполне соизмеримы с другими военными конфликтами. Обращает на себя внимание увеличение доли небоевых потерь. В Ираке - около 50%, в Афганистане/2 - 70%. В любом случае нужно быть готовым за 10 лет потерять всю группировку!

 

Анализ восстановления показывает, несмотря на некоторое снижение темпа ремонта техники, подавляющая часть повреждений - 90% (Афганистан/2) и 67% (Чечня/1) - восстанавливалась в течение первых суток. Что касается типов техники, то соотношение тяжести повреждений (и потерь) боевых и транспортных вертолетов 1:2 лишь подчеркивает значимость транспортной платформы. В целом можно отметить относительный рост потребностей по восстановлению потерь группировки и сохранение значения региональной системы войскового ремонта.

 

Кроме боевых повреждений, на интенсивность применения отрицательно влияют эксплуатационные характеристики (надежность и эксплуатационная технологичность). Если по надежности удалось добиться серьезного продвижения (на 2 млн часов налета вертолетов в Ираке лишь 2 происшествия по вине АТ), то уровень эксплуатационной технологичности оставляет желать лучшего (недостаточная эксплуатационная технологичность существенно сдерживает возможности вертолетов, в некоторых случаях почти вдвое). Небольшое замечание: несмотря на то, что уровень надежности техники удовлетворяет нормативам, нельзя не заметить резкое падение уровня и перенос отказов в воздух (см. таблицу). По сравнению с Афганистаном мы сделали шаг назад - не только вертолеты, а вся система летной и технической эксплуатации стала менее надежной.

 

 

Во всех случаях результаты достигались за счет самонастройки системы боевой, летной, технической работы. Необходимо отметить достаточно широкие границы колебаний и продолжительность настройки системы. Продолжительный период ввода в строй приводил к неоправданным тяжелым потерям, особенно на начальном этапе. Как показывает опыт, большое значение имеет подготовка личного состава. Чем лучше подготовлен, тем меньше 'ломает дров'!

Главная проблема - подготовка, организация, восстановление боеспособности и восполнение потерь. Потребность в вертолетах будет только расти. Резервы есть, но как их найти и реализовать? Простой заменой одного боевого вертолета на другой, пусть даже более эффективный (хотя и это спорно), задачка не решается, только в системе. Сегодня активно ведется поиск путей использования резервов и новых дешевых форм организации самой системы эксплуатации, с привлечением современных вертолетных технологий и новых субъектов жизненного цикла (активное использование возможностей производителей техники) и, конечно, перехода на реальную, а не декларируемую эксплуатацию по техническому состоянию. К сожалению, на этом пути нас поджидают серьезные препятствия.

 

Первое - это цены. Цены на вертолеты и услуги растут столь стремительно, что традиционные способы не подходят. Если в конце прошлого столетия стоимость боевого вертолета была 3-8 млн долларов, то сегодня 30-100. Еще недавно ARH-70A, который еще и до серийного производства не дошел, стоил 10,5 млн долларов, а сегодня уже 12,3 (увеличение - 17,1%).

 

 

Как показывают события, парадокс в том, что рост стоимости не привел к снижению боевых (и небоевых) потерь, если ВС стоимостью в 100 млн долларов перечеркнет одна-единственная граната. С другой стороны, повышение стоимости неминуемо ведет к сокращению закупок. Однако существенное сокращение численности закупаемых боевых вертолетов противоречит необходимости резкого увеличения интенсивности использования и боевых возможностей в сложных метеорологических, природно-климатических и оперативно-тактических условиях. Ведущих вертолетостроителей мира мучает один и тот же вопрос: как обеспечить круглосуточную работу сложных боевых комплексов и добиться снижения стоимости? В противном случае так и будут 'дорогие игрушки сбиваться из ружья'.

 

Второе препятствие - проблема взаимодействия. В современных миротворческих операциях и конфликтах, в которых принимают участие десятки стран и ведомств (ВВС, СВ, морская пехота, национальная гвардия, а у нас еще и МВД, ФСБ, МЧС:), доходит до анекдотов (когда во время боевых действий (!) не заправляют и не снаряжают вертолет, лишь только потому, что он принадлежит одному ведомству, а топливозаправщик и средства поражения - другому). Все это породило острую необходимость рациональной организации боевого, технического и тылового взаимодействия войск и подразделений, унификации техники, языка и много другого, вплоть до разграничения взаимоотношений различных форм собственности (кто, за что и кому платит). Вопросы взаимодействия настолько сложные, что требуется длительный период притирки, сплачивания и т.п.

 

Третье - активное использование беспилотных летательных аппаратов в боевых условиях. До 80% налета БЛА США приходится на боевые действия. В СВ подготовлено более 2800 операторов БЛА. За последние 5,5 лет ежемесячно налет БЛА увеличивается более чем на 40%. В настоящее время на вооружении СВ США из 4000 ЛА 500 - беспилотные. Через 20 лет, по прогнозам специалистов, соотношение полностью изменится: из 4500 ЛА 2200 будет пилотируемых и 2300 беспилотных. Нельзя заблуждаться, беспилотные средства не способны решить все проблемы. Но, тем не менее, вертолетам нужно еще учиться и учиться с ними работать.

 

И последнее - дальнейшее расширение сферы использования: морское применение, полярные, сложные неблагоприятные погодные условия, наконец, применение в населенных пунктах. Вертолеты все дальше и дальше уходят в мировой океан, джунгли и пустыни, садятся на полюсы и поднимаются на горные вершины.

 

Подведем итоги. Вертолеты существенно повысили мобильность и огневую мощь наземных войск за счет использования воздушного пространства. Из доклада СКВО, по итогам проведения специальной операции по разоружению НВФ в 1994-1996 г.г на территории Чеченской республики, 'значение авиации СВ в боевых действиях неизмеримо велико':

 

Спустя 10 лет участники боевых действий в Ираке, Афганистане и на Ближнем Востоке на недавно прошедшей конференции HeliPower пришли к аналогичному единодушному мнению: 'Без вертолетов успеха добиться в современных военных конфликтах невозможно'. Следовательно, ':авиацию СВ необходимо совершенствовать, развивать, поднимать на более высокую ступень. И ни в коем случае не допускать до такого уровня, на котором она сейчас находится'.

Эффективность вертолетов зависит от их рационального применения, основанного на научном подходе, учитывающем все многообразие форм и способов вооруженной борьбы. Сегодня, после многолетнего 'топтания на месте', как никогда, необходимо системное научное переосмысление накопленного опыта и тенденций боевого применения. Вертолеты могут и должны работать еще лучше!

 

Конечно, данный материал не претендует на роль истины в последней инстанции. Скорее, это попытка, повод для размышления, открытой дискуссии и последующего формирования новой системы взглядов на будущее применение боевых вертолетов.