Это, пожалуй, самая уникальная спецодежда, которая когда-либо создавалась. Посмотреть на инженерно-конструкторское чудо корреспонденты "РГ" отправились в НПП "Звезда", где создавались и создаются все советские и российские скафандры для космоса.

Посторонним вход воспрещен

Вот он, "Орлан-МК" под N 1. Изрядно потертый, со следами многочисленных испытаний: прежде чем новичок отправится на "боевое крещение" к звездам, он уже на земле "принял на грудь" все возможные и, кажется, даже невозможные перегрузки.

- Говорят, что новая звездная униформа едва ли не "ходячий компьютер"? - спрашиваю у главного специалиста по испытаниям и эксплуатации скафандров для работы в открытом космосе Геннадия Глазова.

- Ну, мы-то его называем просто - "умный скафандр", - улыбаясь, замечает он.

Сам "мозг" уникальной спецовки спрятан в компьютере, который находится в накладном отсеке наспинного ранца скафандра. У космонавта же перед глазами будет находиться лишь жидкокристаллический дисплей. Именно на него автомат выдает все данные по состоянию систем "Орлана -МК" и подсказки, как и что нужно проконтролировать перед выходом в открытый космос. Но даже и это не самое главное. Если вдруг случится какой-то сбой,

тут же высветится соответствующая информация, раздастся звуковой сигнал и появится рекомендация, как себя вести. Тестирование ведется по 50 параметрам, и, как говорится, на все про все уходит лишь полминуты!

- Это очень важно, - делится космонавт Виктор Афанасьев, который семь раз работал вне борта космической станции и провел в общей сложности в абсолютном вакууме 38 часов. - Раньше, тренируясь, мы должны были запоминать все нештатные ситуации и держать в голове, что и как необходимо делать. А теперь космонавт получит дополнительную cтраховку.

Какие могут быть нештатные ситуации? Да самые разные. В скафандре выскочило за норму давление, забуксовал расход кислорода, подкачали органы управления... Но это теоретически. На практике российские скафандры отличаются завидной надежностью. Инциденты можно пересчитать по пальцам. Один из них, скажем, случился в феврале прошлого года: при выходе в космос Михаила Тюрина обнаружились неполадки в системе терморегулирования скафандра.

- Кажется, когда Тюрин его надевал, перегнулся один из трубопроводов? - уточняю я у Глазова.

- Наш скафандр не надевают, - поправляет он. - В него входят. Действительно, тогда произошло "пережатие". Чтобы исключить подобное, мы установили дополнительные резиновые втулки. Они остались и на новом скафандре.

Да, насчет "входа" - это правильно. В отличие от американского скафандра, который астронавт буквально натягивает, причем помогать ему должны как минимум еще двое, наши космонавты "входят в спецовку" через герметичный люк в спине. Это примерно как открыть и закрыть дверцу холодильника. Все настолько просто и удобно, что теперь и за океаном перенимают российский опыт. А ведь "Орланы" появились еще со времен Лунной гонки: нашу программу свернули, но скафандр успели не только сделать, но и испытать. Тот самый случай, когда конструкторские решения оказались настолько удачными, что и сегодня продолжают работать на перспективу.

Испытание "бомбежкой"

Возникает вопрос: а если компьютер выйдет из строя? Космонавт останется один на один с проблемой? Оказывается, нет. Тут же начнет работать специальный дополнительный блок, но уже, правда, в несколько усеченном режиме.

Дублирование всех основных систем, без преувеличения, одна из самых сильных сторон российских "Орланов". Здесь два вентилятора, два насоса, две гермооболочки, два герметичных стекла иллюминатора, два кислородных баллона... Даже металлическая оболочка звездной "спецовки" - алюминиевая кираса изнутри обклеена прорезиненной тканью. Если допустить, что по какой-то причине металл треснет, скафандр все равно останется целехоньким.

Вообще безопасность скафандра - разговор особый. Ведь на несколько часов, которые космонавт проводит за бортом станции, "спецовка" превращается для него в маленький космический корабль. И даже крепость. Тот самый "Орлан-МК" N 1 потому такой потрепанный, что побывал в самых драконовских экспериментальных передрягах. Вот, например, как проверяли на прочность стекла иллюминатора "Орлана-МК": с метрового расстояния по ним лупил маятник со свинцовым ударником на конусе. Сила удара - свыше 100 кг!

Конструкторы имитировали и "бомбежку" частицами диаметром меньше миллиметра, которые, носясь в открытом космосе со скоростью в десятки км/с, способны повредить обшивку. Конечно, такая встреча скорее из области фантастики, но разработчики просто не могли ее не учесть. И если даже вдруг случится подобная, мягко говоря, неприятность, тут же сработает встроенная система, способная поддерживать внутри скафандра необходимое давление в течение 30-50 минут. Этого более чем достаточно, чтобы успеть вернуться на станцию.

Надо сказать, что системы жизнеобеспечения скафандра рассчитаны на десять часов. Но, как правило, космонавты работают в открытом космосе не больше шести. Однако этого с лихвой хватает, чтобы потерять в весе до нескольких кило. Такая большая нагрузка. По сути космонавт находится внутри скафандра как в своеобразном термосе. Чтобы отвести излишки тепла, под кирасу надевается специальный костюм водяного охлаждения: в нем по тонким пластиковым трубкам циркулирует вода, уносящая лишние калории.

Извините, зачесался нос

Кстати, в новом скафандре предусмотрено специальное устройство, чтобы можно было... почесать нос. Смешно? Нисколько. Руки-то заняты, а от работы ничто не должно отвлекать. Появится здесь и "фляга" с водой, которой раньше тоже не было.

Весит "Орлан -МК" примерно 110 кг, чуть больше, чем предыдущая модификация. Срок службы отпущен ему четыре года и 15 выходов. Много это или мало?

- Это очень хорошо, - говорит Геннадий Глазов. - Три российских скафандра постоянно находятся на борту станции. Для сравнения: американцы свою "одежку", рассчитанную всего лишь на 180 дней, регулярно вынуждены спускать на Землю - для "техобслуживания".

- А что, за нашими на МКС и ухаживать не надо?

- Все предельно просто, - отвечает Глазов. - После работы их надо просушить, заменить баллоны с кислородом, поглотительные патроны, пополнить запасы воды.

Кстати, американские скафандры и намного тяжелее - 136 кг. И это без оборудования. Четыре года назад произошел казус. Находящиеся тогда на орбите Геннадий Падалка и астронавт Майкл Финк готовились выйти в открытый космос, чтобы починить один из гироскопов, поддерживающих ориентацию МКС. Когда Финк стал проверять свой "гардероб", неожиданно выяснилось: у его скафандра полетела система охлаждения. Еще один американский скафандр вышел из строя еще раньше, но шаттлы из-за катастрофы "Колумбии" стояли на приколе, а потому отправка в ремонт затормозилась.

Словом, пришлось американцу примерить российский "костюмчик". Финк тогда все удивлялся: мол, надо же, пришелся аккурат впору. А ничего удивительного и не было. Потому что еще одна отличительная особенность российских "Орланов" - универсальность. В них могут работать и невысокие космонавты ростом 165 см, и настоящие гренадеры под 190 см: подогнать не проблема, есть специальные тесемки. Единственная часть, которая для каждого подбирается индивидуально, - это перчатки. Только когда они сидят на руке как влитые, пальцы обладают необходимой чувствительностью.

- Но американцы считают, что наши перчатки слишком жестковаты, - обращаюсь к Глазову.

- Действительно, у нас на перчатках более толстые пальцы, - объясняет Геннадий Михайлович. - Почему? За счет накладок, защищающих от холода. А у американцев перчатки очень тонкие. И бывали случаи, когда работу в открытом космосе вынужденно прекращали из-за того, что у астронавта мерзли руки. Пришлось им вводить электрический обогрев. Мы же обходимся без него.

Почти Карлсоны

Чем еще, кроме "умной головы", отличается "Орлан-МК" от своих предшественников? Раньше для работы в тени на шлеме применялись обычные лампы накаливания. Сейчас их заменили светодиоды, и освещение что надо.

Еще одно неоспоримое преимущество российских скафандров связано с так называемой процедурой десатурации. Если совсем просто, то это когда перед выходом идет вымывание азота из крови космонавта, чтобы не было кессонной болезни. Так вот в "Орланах" на это уходит лишь 30 минут, а у его заокеанских коллег - 4 часа. Комментарии излишни.

Любопытный момент. Конструкторы "Звезды" изготовили совершенно уникальное летное устройство для спасения космонавтов - "спасатель". Внешне оно сильно напоминает обычную раму, имеющую, правда, аж 16 реактивных двигателей. Устанавливаться устройство должно на наспинный ранец "Орлана": некоторые уже окрестили подобную комплектацию "скафандр с мопедом". Для чего? Если, не дай бог, во время работы вне станции космонавт оторвался от ее поверхности, он просто включит двигатели, и струи сжатого воздуха вернут его обратно.

Система испытана на Земле. Но вот на орбиту ее пока не пускают: безопасность при перемещении по поверхности станции в "Орлане-МК" будут, как и раньше, обеспечивать два страховочных фала.

Сколько стоят "Орланы"? Если честно, то российские специалисты такие вопросы не любят. Просто говорят: на порядок дешевле, чем американские. И не потому, что это такая уж большая коммерческая тайна. Просто слишком несопоставимые суммы выделяются на подобные уникальные космические разработки у нас и за рубежом. Но прикинуть можно. Скафандры НАСА, по неофициальным источникам, обходятся где-то в 10-15 млн долларов. Вот и считайте: значит, наши - около миллиона тех же "зеленых". Недешево.

В чем полетимна Марс?

Сергей Поздняков, генеральный директор - главный конструктор НПП "Звезда":

- Речь о создании именно марсианского скафандра не идет. Но есть темы, связанные с перспективным скафандром, предназначенным для изучения других небесных тел. Экспедиция на Марс продлится более года. Поэтому сначала надо понять, какой корабль нужно строить, с какими системами жизнеобеспечения. Понять, какой кислород там должен быть - сжиженный, газообразный либо шашки химические...

Сегодня наша главная задача - шаг за шагом осуществлять глубокую модернизацию "Орланов". Первые компьютеризированные "Орланы-МК" готовы к работе. А мы уже заряжаемся для следующей партии скафандров, которые изготовим через несколько лет.