В проходной ОКБ висят алюминиевые барельефы: бородатый человек (видимо, Циолковский) с привинченными к рукам крыльями возносится над землей, т.е. над головами сотрудников конструкторского бюро, бредущих тут в сумраке перегоревших поточных ламп. Тут все точно не менялось с 70-х годов. Точно так же, как не менялся принципиально и планер знаменитого МиГ-29, который впервые взлетел в 1977 году.

 

Премьер-министра провели на территорию ОКБ, где когда-то трудились главные конструкторы Артем Микоян и Михаил Гуревич. Сейчас же Путина сопровождали гендиректор Михаил Погосян и начальник КБ Алексей Литвинович. В зале статических испытаний их коллега Марк Равинский показал, как с помощью тросов, домкратов и противовесов специалисты испытывают все тот же МиГ-29, модифицированный для Индии (самый перспективный импортер наших самолетов).

- А вот тут у нас тренажер, на котором летчики отрабатывают полеты на таком самолете. - Погосян указал Путину на огромный металлический шар, то и дело перевалившийся с боку на бок на мощных поршнях. - Там сидит пилот, и все, что он видит, можно видеть на вот этих мониторах.

 

Премьера подвели к экранам, которые имитировали фонарь истребителя: "под самолетом" проплывали деревья, реки, холмы, была видна кромка берега, а за ним - море.

- Это Гоа, - пояснили Путину.

 

Вдруг на экране показался какой-то аэродром, и летчик, недолго думая, вдруг дал по нему эффектный ракетный залп.

 

- Что он делает? Ведь это же наш аэродром! - в замешательстве пробормотал стоявший рядом летчик-испытатель, Герой России Павел Власов, и с опаской покосился на глядящего на все это Путина.

 

- Ну нет... это же наш пилот, а аэродром - индийский, так что все нормально! - нашелся кто-то.

 

Слава богу, еще ракетами "Бук" украинские расчеты с земли не стреляли.

 

Путина из цеха повели в КБ.

 

- Когда у нас появится "МиГ" пятого поколения - у американцев ведь F-22 давно уже на вооружении... - спросили "Известия" у Литвиновича.

- У нас есть уже МиГ-35 поколения "4++", и то, думаю, в войсках он появится только года через четыре. А с пятым поколением мы, если честно, пока что только на этапе авант-проекта, - признался глава КБ. - Но это не только от нас зависит. Например, дело и в недофинансировании наших смежников, производящих оборудование...

 

- То есть в деньгах дело.

- Конечно, конечно...

- Вот, надеемся, что хуже не будет, - вставил начальник отдела фюзеляжей Евгений Пришлецов.

- Отставание есть, конечно, - продолжил Литвинович. - И это по армии видно: я приезжаю, а там только машины 1985 года. Летчики жалуются, мол, где эта новая техника? Мы ее только по телевизору видим! А пользуются ей только индусы и прочие...

 

Путин в компании с Литвиновичем прошелся по кабинету, посмотрел стенды и чертежи, мониторы компьютеров, а потом вдруг обратил внимание на потрясающий вид из окна (это был самый верхний этаж). Премьер, положив руки на подоконник, застыл перед панорамой: внизу Ленинградка, справа - "Алые Паруса", слева - "Триумф Палас", а между ними - целый лес элитных домов Сокола, возведенных как раз в его, путинский, период. Что-то, впрочем, так и осталось недостроенным. Путин с минуту глядел на все это (а все остальные за его спиной глядели на него), а потом быстро-быстро вышел.

 

- Хорошо, что он увидел, что мы все-таки рванули вперед: у нас теперь тут сплошные мониторы и ни одного кульмана! - радовался Литвинович.

На заседании Совета главных конструкторов Путин сообщил, что на помощь "МиГу" из бюджета выделят 15 миллиардов рублей на увеличение уставного капитала и еще корпорация получит заказ на 17,3 миллиарда рублей на закупку самолетов МиГ-29СМТ.

 

- Вы знаете, что во многих развитых странах мира сейчас идет ускоренный процесс качественного обновления технологической базы, - обратился премьер к главным конструкторам. - В первую очередь - на основе современных разработок в области нано- и биотехнологий, энергосбережения, развиваются передовые информационные и коммуникационные системы. Нужно признать: мы здесь далеко не в первых рядах!

 

Далее Путин с помощью цифр показал, насколько далеко. Так, доля нашей наукоемкой продукции на глобальном рынке составляет не более половины процента. А у США - 36%, у Японии - 30%. Объем высокотехнологичной компоненты в нашем экспорте не превышает 5% (у Китая - 22%, у Южной Кореи - больше 38%).

- Отмечу, что решению этих задач мы уделяем серьезное, повышенное внимание, - тем не менее признал премьер. - Ассигнования на науку из средств федерального бюджета начиная с 2001 года выросли с 23 до 149 миллиардов рублей: то есть более чем в шесть раз!

 

- И тем не менее, убежден, такую ситуацию, конечно, можно переломить, - продолжал Путин. - Просто даже нисколько не сомневаюсь! Причем нужно хорошо понимать, что успешное посткризисное восстановление и устойчивый рост отечественной промышленности возможны исключительно на новой технологической базе. По сути в ближайшие годы нам нужно коренным образом изменить структуру отечественной экономики, за счет этого снизить нашу зависимость от превратностей сырьевой конъюнктуры на мировых рынках, сформировать целый комплекс высокотехнологичных отраслей.

 

Это было что-то вроде аванпроекта. Когда-то надо начинать.