А собаки - лучше!

«О том, чем занимались участники исследовательской группы, в институте не знал практически никто. Когда меня вызвали к директору А. В. Покровскому, он достал из шкафа костюм для собаки, сшитый из кожи. Кожа была хорошая, мягкая. «Знаете, вроде нормально, но одежда не прилегает к телу собаки. Мы задумались о другом материале. Прошу вас заняться этим вопросом. Только шейте дома или здесь по вечерам, чтобы никто ничего не видел. И жене не говорите!» Так мне пришлось освоить ещё одну профессию - портного».

Вскоре капитан Серяпин был зачислен в эту таинственную группу, а затем познакомился и с Сергеем Королёвым, принимавшим активное участие в работе военных медиков.

«В мои обязанности входило создание нужной атмосферы для животных и тренировка собак. В то время шли споры, кого запустить на ракете в первый полёт. Учёные из Академии наук ссылались на американцев, которые проводили эксперименты на шимпанзе. Мы тоже заказали обезьян из Сухуми. Но вскоре стало известно, что американцам ни одну не удалось приучить. Обезьяны не могут долго сидеть спокойно. Они рвут провода, очень подвижные. Американцы пробовали послать их в космос под наркозом. Но мы отказались от этой затеи. Собаки же, в отличие от обезьян, могут спокойно сидеть сутками и даже десятками суток».

В 1951 году, за шесть лет до полёта Лайки, на полигоне Капустин Яр в Астраханской области состоялся первый запуск советской высотной геофизической ракеты с двумя собаками на борту - Дезиком и Цыганом. На высоте 100 км приборный отсек с животными отделился и падал до высоты 7 км, после чего открылся парашют. Полёт прошёл удачно.

Смелый сбежал в степь

После Дезика и Цыгана через руки Александра Серяпина прошли все советские «четвероногие космонавты», включая знаменитых Лайку, Белку и Стрелку. Во время первых запусков произошёл случай, который внёс важные коррективы в дальнейшую подготовку к полётам животных, а затем и человека. Вечером, накануне очередного запуска, пёс по кличке Смелый по недосмотру убежал в степь. А ведь утром ему лететь в паре с другой собакой!

«Послали за ним машину, кричали, шумели. Вертолёт подняли. А солнце уже садится. Всё, пропала собака! И вот мы сидим думаем, что делать? Доложить Королёву - это будет скандал. Представляете, каких денег запуск стоит! И тут солдат, по вине которого всё и произошло, предлагает: «Доктор, около нашей столовой столько собак бегает! Нельзя ли там кого взять?» Мы решили: возьмём. И если собака там погибнет, скажем: вот, мы своих собак готовим на центрифуге, в барокамере, на вибростенде. А эта, которая была не готова, погибла. Значит, мы всё правильно делаем. А если останется жива, то зачем тогда их вообще крутить, вертеть? Надо приучить только, чтобы сидели спокойненько, и всё!

Выбрали подходящего по весу щенка. Принесли, накормили, напоили, помыли в ванне. Подстригли места, где должны располагаться датчики. И оказалось, что нам попался такой чудесный пёс! Спокойный совершенно. Что мы с ним ни делаем, он только лижет руки. Я думаю: ну ладно, завтра узнаешь, почему мы так с тобой возимся! Утром запуск. Вот капсула приземлилась. Еду к ней, а у самого сердце скачет. Подъехал, заглянул: обе собаки на меня смотрят! В это время съехались все. И Королёв тоже. Он сразу: «Что за собака?!» Каждую псину знал - кличку, всё остальное. «Откуда взялась?» Ну, мы всё ему рассказали. И тут он произнёс свою крылатую фразу: «Товарищи, запомните: настанет такое время, когда в космос будут летать отдыхать по профсоюзным путёвкам!» Конечно, после этого случая из программы подготовки многое было исключено».

В 1956 году на одном из совещаний Королёв вдруг выступил с предложением: «А давайте вместо собак запустим человека! На такой же геофизической ракете». Прошло пять лет, и в космонавтике наступила новая эра.