Американская газета New York Timеs в статье от 8 апреля назвала этот корабль «орионским». «Орион» – название нового пилотируемого корабля США, который должен совершить свой первый полет в 2014–2015 годах. Намек более чем прозрачен: в свое время сверхзвуковой пассажирский самолет Ту-144 был назван на Западе «конкордским», а космический челнок «Буран» – «шаттлским».

Основанием для этих довольно обидных прозвищ стало не только то, что отечественные конструкторы позаимствовали внешние формы: Ту – у «Конкорда», а «Буран» – у «шаттла», хотя справедливости ради нужно отметить, что при разработке советских машин их создатели использовали собственные инженерные решения. Западные острословы в шутливой форме отразили очевидный факт: проектируя эту технику, СССР решал не национальные задачи в области науки и техники, а слепо стремился к достижению целей, провозглашенных Европой и Америкой. Это и стало одной из главных причин нежизнеспособности обоих советских проектов.

Новый российский корабль, как и «Орион», рассчитан на шесть человек и, подобно своему американскому собрату, обладает ограниченной способностью к многократному использованию – до 10 раз. Без «Ориона» США вообще не будут иметь доступа в космос, ибо их «шаттлы» спишут в конце 2010 года. Преемник челноков станет также ключевым элементом возрождаемой американской лунной пилотируемой программы.

Но зачем аналогичный корабль создают в России? С ролью средства доставки людей и грузов на МКС, а также спасательной шлюпки для ее экипажа успешно справляются трехместные «Союзы». Более того, новый российский корабль будет в лучшем случае готов под занавес эксплуатации международного комплекса, то есть к 2018–2020 годам. Никаких проектов – преемников МКС, которые потребовали бы пилотируемого корабля большей вместимости, у Роскосмоса нет.

Правда, начальник управления пилотируемых программ Роскосмоса Алексей Краснов однозначно дал понять: Россия и после 2020 года будет концентрировать свою деятельность на околоземной орбите. Чтобы оценить «инновационность» данных намерений, достаточно вспомнить, что к этому времени полету первой советской орбитальной станции исполнится полвека, а Китай – страна, на сорок с лишним лет позже России отправившая своего представителя в космос, уже в следующем году планирует вывести на околоземную орбиту собственный пилотируемый комплекс.

Видимо, амбициозность подобных замыслов Роскосмоса и дала основание вашингтонскому Центру стратегических и международных исследований назвать именно Китай, а не Россию главным соперником США в космосе. Более того, по мнению того же центра, чрезмерная «зацикленность» НАСА на создании «Ориона», по сути, основанного на старых аполлоновских технологиях, привела к тому, что агентство перестало выполнять свои функции локомотива инновационного развития США. Но при этом «Орион» – ступень к осуществлению новой программы, стоящей на качественно более высоком уровне, чем МКС. Подобной программы у Роскосмоса нет и в помине.

Перспектива «мертворождения» преемника «Союза» весьма реальна. Ведь острой необходимости в нем, как у американцев в «Орионе», нет. Отсюда – высокая вероятность недофинансирования и разного рода проектно-конструкторских и производственных задержек. К тому же вряд ли российское правительство одобрит строительство очередного, девятого по счету (с учетом МКС), околоземного комплекса.

Это означает, что российский шестиместник окажется не у дел. Его наиболее вероятным применением станет либо обслуживание лунной программы США, причем на вспомогательных ролях и по демпинговым ценам, ибо Америка рассчитывает в осуществлении данной программы исключительно на собственные силы, либо «вывоз» на околоземную орбиту представителей стран, не имеющих своих пилотируемых транспортных систем.