Согласно материалам дела, через несколько минут после взлета самолета из аэропорта Адлера Васянович передал бортпроводнице Дарье Владимировой записку для капитана. На желтом листке в клеточку было написано: "Я террорист-смертник, я пронес на самолет бомбу. Мои требования: летите в Австрию, иначе я взорву самолет. Не шутите".

"Мы восприняли его угрозы реально, - рассказала на суде Владимирова, - было страшно, мы не знали, что от него можно ожидать". Послание Владимирова передала старшему бортпроводнику Галине Вахидовой, которая тут же радиосвязью отправила сигнал бедствия экипажу.

"Командир попросил описать пассажира, который передал записку, - рассказала во время допроса Вахидова. - Связь с экипажем поддерживали каждые 10--15 минут, докладывали обстановку в салоне".

По словам свидетелей, Васянович вел себя спокойно и больше не пытался завязать разговор с кем-либо. "Он держал на коленях сумку, а правая рука была спрятана под курткой, и мы не знали, что там у него", - отметила Васильева.

Однако, несмотря на угрозы, самолет продолжил полет в штатном режиме в аэропорт Внуково в Москве. "Мы действовали по обстановке, - сообщил в суде второй пилот Сергей Бойченко. - Васянович никак не мог контролировать курс: если вы сидите в самолете, то откуда вам знать без соответствующих приборов, куда мы летим?"

После приземления в Москве самолет 20 минут стоял на отдельной полосе. Экипаж ждал, пока подъедет группа захвата.

"Пассажиры стали возмущаться, один мужчина начал выкрикивать: у нас тут что, террорист?!" - вспоминала Васильева. Сразу же после того, как Васянович вместе с остальными пассажирами вышел из самолета, он был задержан бойцами спецназа.

Следствие квалифицировало действия Васяновича как "покушение на угон воздушного судна с угрозой применения насилия опасного для жизни" и "заведомо ложное сообщение об акте терроризма". Как оказалось, захватчик страдает параноидальной шизофренией. Причем всего за несколько часов до посадки в самолет, он был выписан из психбольницы, где проходил принудительное лечение после убийства своей матери в 2002 году.

Судебно-психиатрической экспертизой, проведенной в ходе следствия, Васинович был признан невменяемым. Эксперты установили, что он страдает "бредовыми идеями преследования". В Австрию же он хотел сбежать из-за навязчивой идеи о ведущейся за ним слежке. Теперь суд может назначить ему только принудительные меры медицинского характера. То есть отправит обратно в психушку.

"Я не согласен с диагнозом, но лучше в больницу, чем в тюрьму", - вполне здраво рассудил Васинович, в целом согласившись с вмененными ему деяниями.