Летчик-космонавт Юрий Батурин полагает, что «демилитаризация» ЦПК не оправданна. «Через несколько лет, когда у американцев будет создан и начнет летать новый космический корабль, а также с учетом того, что прописано в космической политике США, где есть очень серьезная военная составляющая, Минобороны России будет вновь создавать отряд военных космонавтов. Причем при огромных затратах», – приводит мнение Юрия Батурина ИТАР-ТАСС.

 

Итак, налицо – еще одна «небоевая потеря» Минобороны: подлежат расформированию две воинские части – собственно ЦПК и 70-й отдельный испытательный тренировочный авиационный полк особого назначения имени В.С.Серегина. Здесь на протяжении почти полувека готовили к полетам на российских космических кораблях наших космонавтов, американских астронавтов и покорителей околоземного пространства из 20 стран.

Странная, однако, тенденция: в ходе нынешнего реформирования Вооруженных сил ликвидируются самые эффективные воинские соединения и части, полностью укомплектованные профессионалами (например, бригады спецназа ГРУ), иначе говоря, та самая профессиональная армия, которую на словах создает лейтенант запаса Анатолий Сердюков. Но что еще страшнее – расформирование ЦПК и авиаполка поставит крест на всей российской пилотируемой космонавтике, не предложив никакой замены.

 

Лишь три страны в мире реализуют подобные программы – США, КНР и Россия. Усилия Минобороны, направленные на уничтожение ЦПК, могли привести к тому, что в этом кратком списке останутся только Америка и Китай.

 

Этого нельзя было допустить. Поэтому распоряжением правительства РФ от 1 октября 2008 года №1435-р в Роскосмосе создается Федеральное государственное бюджетное учреждение (ФГБУ) «Научно-исследовательский испытательный центр подготовки космонавтов имени Ю.А.Гагарина», а закрытый военный городок № 1 по Указу президента РФ от 19 января 2009 года № 68 преобразуется в закрытое административно-территориальное образование (ЗАТО) – поселок Звездный городок Московской области.

 

ЧУДЕСА В РЕШЕТЕ

 

Правительство поручило Росимуществу определить совместно с Роскосмосом и Минобороны «перечень находящегося в федеральной собственности имущества, включая земельные участки и воздушные суда государственной авиации, ранее закрепленные за Российским государственным научно-исследовательским центром подготовки космонавтов имени Ю.А.Гагарина» и передать все это ФГБУ.

 

Вот тут и начинаются чудеса в решете. Вроде бы у Минобороны есть и земля, и здания, и самолеты. А отдавать – нечего. Участки земли, хотя и закреплены за военным ведомством, но без кадастровых номеров. Надо проводить землеустроительные работы, паспортизацию зданий и сооружений, на что отвели девять месяцев. Однако за этот всем известный срок Минобороны не только не «разродилось» соответствующими документами, но даже не «забеременело».

 

Сейчас в Звездном какие-то подозрительные личности уже вовсю ловят рыбку в мутной воде непростых межведомственных отношений – предлагают на «ничейной земле» строить дачи для генералов, пытаются «протолкнуть» в формируемые органы муниципальной власти людей, связанных с криминальными группировками. Кстати, это не такое уж и редкое явление нашей жизни. Например, по данным Московской областной избирательной комиссии, на последних выборах в органы муниципальной власти более 150 кандидатов в мэры и депутаты оказались людьми с криминальным прошлым. Они всегда появляются там, где царит неразбериха, порожденная нежеланием или неспособностью власти – в данном случае военной – навести порядок. В таких условиях можно легко поживиться государственным добром. И невольно закрадывается мысль: кому это выгодно?

 

Здания, сооружения, дорогая подмосковная земля – все это отдать бесплатно? Может быть, отнюдь не с целью соблюдения государственного интереса Минобороны намеревалось избавиться от «организации, не оказывающей непосредственного влияния на поддержание боевой готовности войск»? Например, в недрах управления военной торговли МО родился некий холдинг, который сейчас пытается захватить магазины и другие объекты торговли и бытового обслуживания бывшего гарнизона. Или чиновники Минобороны хотят по-прежнему владеть зданиями, сооружениями и дорогой подмосковной землей?

 

«ХРУСТАЛЬНЫЙ» САМОЛЕТ

 

Согласно ранее достигнутым межведомственным соглашениям, Минобороны должен расстаться и с «летающим» имуществом – авиационным парком. Много лет назад его организовал первый человек Земли, вышедший в открытый космос, летчик-космонавт СССР первого набора, дважды Герой Советского Союза генерал-майор Алексей Леонов. Поэтому не случайно именно он 10 апреля на встрече в Кремле доложил президенту России Дмитрию Медведеву о том, что Министерством обороны не соблюдаются условия передачи авиапарка.

 

В состав авиаотряда ЦПК входят учебно-тренировочные самолеты L-39 «Альбатрос» (Aero L-39 Albatros) иностранного производства, самолеты-лаборатории Ил-76МДК, предназначенные для воспроизведения режимов невесомости, «лунной» и «марсианской» гравитации на предельно возможных режимах, Ту-154 – для подготовки космонавтов по навигации и наблюдению объектов на земной поверхности.

 

Только у американцев есть подобные машины, но они по всем характеристикам хуже. «Я ответственно, как пилот, могу сказать: у нас эти самолеты лучше. И заставить сейчас их решать транспортные задачи – это все равно, что на «Мерседесе» возить кирпичи, то же самое», – говорит Алексей Леонов.

 

Самую большую ценность для ЦПК представляет уникальный самолет Ту-154, предназначенный для подготовки космонавтов к решению задач мониторинга Земли. В нем иллюминаторы из кварцевого стекла по 450 мм и два иллюминатора размером 750 на 800 мм. «Мы называем его «хрустальный», – пояснил Леонов.

 

Распоряжение о передаче всего движимого и недвижимого имущества из военного ведомства гражданскому готовилось еще в то время, когда министром обороны был Сергей Иванов. Предполагалось, что военными передается вся инфраструктура и имущество. «Конечно, и земля, и самолеты», – уточнил присутствовавший на встрече в Кремле заместитель председателя правительства Российской Федерации Сергей Иванов.

Почему же Минобороны меняет согласованные всеми сторонами условия передачи имущества, в частности не хочет отдавать «хрустальный» самолет?

 

Анатолий Сердюков объясняет это тем, что самолет используется военным ведомством для выполнения Договора по открытому небу. Но проданный стратегический аэродром в Кубинке тоже эксплуатировался с этой целью и являлся пунктом въезда/выезда для инспекции самолетов и аппаратуры наблюдения. Еще три расположены в Улан-Удэ, Магадане и Воркуте. Не есть продажа единственного в европейской части Российской Федерации аэродрома открытого неба нарушением международного соглашения? Об этом почему-то не вспомнили в военном ведомстве.

 

Кстати, в Договоре об открытом небе записано, что самолет-наблюдатель может быть любого типа, главное – за 30 дней до полета уведомить о машине других участников соглашения. Военное ведомство этим широко пользуется. Например, в прошлом году было выполнено 46 наблюдательных полетов над территориями европейских стран в рамках Договора по открытому небу. «В ходе полетов использовались российские самолеты Ан-30Б и Ту-154М-ЛК-1», – сообщили в Управлении пресс-службы и информации Минобороны РФ.

 

Зачем Минобороны так упорно держится за «хрустальный» Ту-154М-ЛК-1, созданный на базе пассажирского Ту-154М? На встрече в Кремле Алексей Леонов подчеркнул: «Его использовать как пассажирский самолет – это неразумно». Может быть, и на него уже нашелся выгодный покупатель?

 

Осталось только установить арендную плату за пользование аэродромом Чкаловский, который распоряжением правительства РФ определен как место совместного базирования авиационной техники Роскосмоса и Минобороны.

 

Действия своего подчиненного не может понять Верховный главнокомандующий Вооруженными силами страны. «…В соответствии с теми решениями, которые до этого принимались, все передается целиком, то есть весь комплекс, не только штатное расписание и какие-то организационные элементы, но и, собственно, материальная база, то так и должно быть сделано», – сказал Дмитрий Медведев на встрече с космонавтами 10 апреля.

 

Видимо, ни два года срочной службы, ни офицерские курсы, после которых Анатолию Сердюкову было присвоено звание «лейтенант», не дали министру обороны полного представления о воинской дисциплине, по крайней мере в части выполнения указов прямого начальника, каким для него является Верховный главнокомандующий – президент Российской Федерации.

 

ЛЮДИ И МАНЕКЕНЫ

 

Однако самая большая ценность ЦПК – это люди. Здесь служат офицеры, которых без натяжки можно назвать «штучными» специалистами. Их не готовят ни в одном вузе страны, ни в одной воинской части. Это те, кто сам прошел обучение в ЦПК и сегодня имеет многолетний опыт подготовки космонавтов. Заменить их некем. Между тем в военном ведомстве к ним относятся, как к манекенам, которые можно легко переставить из одной витрины магазина в другую без потери качества.

 

«Вольница» военных чиновников не укрепляет морально-политическую обстановку в воинском коллективе. Десятки сокращаемых офицеров вынуждены выбирать: продолжать службу на любой должности в любом регионе либо бороться за свои права – на жилье, на полагающиеся денежные выплаты, в конце концов, оставаться людьми, а не превращаться в манекенов.

 

Конкретно речь идет о 104 военнослужащих, каждому из которых предложили написать рапорт об увольнении «по собственному желанию», вместо того чтобы уволить их по оргштатным мероприятиям. Экономия Минобороны, если рапорты, составит около 6 млн. руб. Но в армии, как говорится, дураков нет. Поэтому офицеров придется вывести в распоряжение главнокомандующего ВВС. На службу ходить им будет некуда, но денежное содержание платить придется. «Сэкономленные» 6 млн. испарятся в течение двух месяцев, и в дальнейшем ежемесячно Минобороны будет нести убытки в размере около 3 млн. руб.

 

Таким образом, позиция чиновников военного ведомства в отношении 104 офицеров наносит ущерб стране. И не только материальный, но, что гораздо важнее, политический. Без специалистов, которым предстоит расстаться с ЦПК, срывается подготовка американских астронавтов к полетам на Международную космическую станцию. Руководство Минобороны ради сомнительной экономии готово выставить Россию на всеобщее осмеяние.

 

В дни, когда были написаны эти строки, на МКС готовилась отправиться 20-я основная экспедиция. Начиная с нее, станция переходит на новый режим полета – численный состав экипажа увеличится сразу вдвое и будет состоять из шести человек. До конца года в ЦПК должны пройти подготовку еще два экипажа нового состава. Таким образом, объем работы у специалистов ЦПК увеличивается тоже вдвое. Выполнять ее придется в условиях расформирования воинских частей, передачи собственности из одного ведомства в другое и полной неопределенности дальнейшей судьбы более 300 офицеров.

Еще задолго до окончательной ликвидации воинских частей снимается вооруженная охрана с военных объектов. Таким образом, дополнительно создаются благоприятные условия для тех, кто хочет поживиться в Звездном городке и на примыкающей к нему территории.

 

При переформировании ЦПК планировалось, что в нем должно остаться все необходимое для подготовки космонавтов и астронавтов: современная, во многом уникальная лабораторно-тренажерная база, опытные и высококвалифицированные специалисты. А в действительности все может получиться с точностью до наоборот.