Как следует из формулы обвинения, 53-летний Яшар Паша-оглы Рашидов летел из Антальи в Петербурге рейсом Turkish Airlines. Во время полета подсудимый попросил у своих соседей листок бумаги и ручку и написал записку для командира экипажа (экипаж был турецкий), которую и передал ему через стюардессу. В записке сообщалось, что в самолете находятся люди с взрывным устройством, которое будет активировано в случае отказа изменить пункт назначения на Страсбург. В конце записки стояла подпись — лидер радикально-кемалистской партии Турции Яшар Паша-оглы.

Пока экипаж тянул время, "угонщику" принесли одну за другой три порции виски, выпив которые, он исполнил для стюардессы и пассажиров гимн Турции собственного сочинения. Кроме этого, он, по его словам, уведомил стюардессу, что сообщение о взрывном устройстве было ложным. В Петербурге на борт самолета поднялись оперативники УФСБ и задержали Яшара Паша-оглы Рашидова. При обыске самолета никаких взрывных устройств обнаружено не было. Было возбуждено уголовное дело, а задержанному предъявлено обвинение в попытке угона воздушного судна.

Сомнения в адекватности пассажира, появившиеся еще в момент совершения им преступления, подтвердила судебно-медицинская экспертиза, признавшая господина Рашидова невменяемым. В мае этого года Северо-Западное следственное управление на транспорте вынесло постановление о применении к несостоявшемуся угонщику принудительных мер медицинского характера, после чего дело для принятия решения было направлено в городской суд Петербурга.

Во вторник в суде, выслушав речь представителя гособвинения, подсудимый Яшар Паша-оглы Рашидов, выступил с заявлением, в котором сообщил, что он заранее "на все согласен", а также что он считает себя одним из девяти величайших поэтов за всю историю человечества. Далее подсудимый огласил "поэтическое посвящение" судье Татьяне Герасименко, рассматривающей его дело: "Я жаждал изменить этот мир, но мне пробиться никак не давали, я был то турком, то русским всегда, но без ислама и православия". И лишь после этого подсудимый перешел к прозаической части своей речи, пояснив, что в Страсбург ему было необходимо попасть потому, что он обращался в Европейский суд по правам человека, требуя запретить издание и распространение священных книг Торы, Талмуда, Библии и Корана. Рассказывая о самом ЧП, подсудимый отметил: "Мою оригинальную неформальность приняли за неадекватность. Я же здоровый человек со здоровым рассудком. От чего меня будут лечить в психиатрическом стационаре закрытого типа? От светлых мыслей?". Он пытался убедить госпожу Герасименко, что перед ней новый светский лидер Турции, продолжатель дела Кемаля Ататюрка, последователи которого, турки-кемалисты, намерены "вымести ислам из Европы". Поскольку для руководства своими последователями господину Рашидову необходимо оставаться на свободе, то он просил суд ограничиться амбулаторным лечением. "Умысла на угон не было, я и в Страсбург не собирался — это была шутка", — резюмировал Яшар Паша-оглы Рашидов. Кроме этого, подсудимый считает, что его обвинение должно быть переквалифицировано на покушение на заведомо ложное сообщение об акте терроризма.