Полигон Капустин Яр назван по имени небольшой деревни неподалеку. Раньше он принадлежал исключительно ракетным войскам стратегического назначения. Здесь проводили стендовые испытания и запускали грунтовой колесный «Тополь» и «Тополь-М». В начале 90-х годов Капяр стал межвидовым и получил безликое название Знаменск. Какое знамя имелось в виду, так и осталось неясно.

Сейчас это довольно большой военный гарнизон с населением около 30 тыс. человек. Выгоревшая за лето степь утыкана многочисленными белыми столбами, поддерживающими ряды колючей проволоки. Тут и там желтые таблички с предупреждающими надписями, исполненными красным цветом. Железнодорожная одноколейка. На полустанках короткий состав из выцветших зеленых вагонов приостанавливается, к нему спешат сменившиеся с дежурства военнослужащие многочисленных здесь обособленных объектов. Среди пассажиров степного экспресса много женщин в форме. На пути поезда не только полустанки -- есть даже станция Узловая. И все это полигон Капяр.

...Стреляющая машина замерла на боевой позиции в полукилометре от смотровой площадки. Установка для запуска мишеней, которая представляет собой основательно переоборудованный комплекс «Оса», где-то в 15--20 км от нас. Прибывают доставленные из Москвы самолетом иностранные гости. Со многими из них представители нашей оборонной промышленности уже встречались и на выставках, и в их странах. Часть государств уже приобрела комплексы «Тор» более ранних модификаций. Предыдущий комплекс вооружен теми же ракетами, что и на модернизированном, это оптимизирует возможные закупки. Особенность «Тора» в том, что он закрывает инфраструктуру, конкретные объекты боевого управления на последнем этапе, если не достигли цели комплексы большой и средней дальности, и выполняет тем самым роль «чистильщика».

Как правило, иностранные гости не хотят афишировать свой интерес к «Тору», поэтому для пользы дела называть их не станем. Да и россиянам это ни к чему: прознают могущественные конкуренты и окажут давление на руководство той страны -- у России не покупать. Скажем лишь, что в астраханскую степь приехали представители семи государств с разных континентов.

В зале под смотровой площадкой, где проходит презентация комплекса, стоит гул, поскольку трудятся одновременно несколько переводчиков. У некоторых стран, особенно это характерно для Латинской Америки, систем ПВО нет вообще. Есть лишь зенитные орудия и переносные зенитные ракетные комплексы (ПЗРК) «Игла» российского производства. Но для нормального прикрытия важных объектов с воздуха требуется минимум 8--12 комплексов, таких, как «Тор». Нет у этих стран и специалистов противовоздушной обороны, в чем Россия также сможет помочь.

«Тор-М2Э» -- машина сложная. Приходящий на завод регулировщик, человек с высшим образованием, три первых года просто «носит приборы», не понимая до конца, какие там процессы происходят. И только потом может самостоятельно настраивать аппаратуру. Машина способна работать автономно. Она оснащена аппаратурой глобального позиционирования ГЛОНАСС-GPS, у нее коробка-автомат, даже кондиционер собственного, «купольского», изготовления.

И вот наступает «момент истины». Запущены четыре мишени «Саман». «Тор-М2Э» автоматически обнаруживает цели, сопровождает их, вырабатывает алгоритм и определяет приоритет в уничтожении целей. С интервалом две секунды «Тор-М2Э» пускает четыре ракеты.

Подбрасываемая мощным пороховым зарядом, ракета на сотую долю секунды застывает, как бы в раздумье, куда полететь, но включившийся маршевый двигатель непостижимо резко влечет ее в сторону и вверх. И через считанные секунды на фоне фиолетового предгрозового неба вспухают один за другим четыре круглых разрыва -- ракета перехватила другую ракету, цели поражены.

Почему-то в этот момент мне припомнилась история, как американцы, желая преподнести конгрессу США положительные результаты испытаний системы национальной ПРО, устанавливали на цель -- баллистическую ракету радиомаячок. В результате противоракета наводилась точно. А нельзя ли и здесь, в небе над астраханской степью, сделать так, чтобы «Саман» в случае промаха самоликвидировался?

«Нельзя, -- говорит мне заместитель генерального директора предприятия «Авитек» -- изготовителя ракет для «Тора» Марк Гозман, -- в обломках мишени обязательно находят следы от осколков ракеты-перехватчика, а часто и сами осколки». Так что не подделаешь. Да и зачем -- рано или поздно подвох обнаружится, и репутации предприятия будет нанесен непоправимый ущерб. А это потерянные миллионы долларов.

Суровые лица гостей из радикальной исламской страны озаряют буквально детские радостные улыбки. «Этим комплексом мы свою страну защитим от вражеских ракет», -- прямо написано на них. Тем не менее во время встреч с заказчиками из мусульманских стран Марка Израилевича Гозмана коллеги по концерну по понятным причинам начинают дружно называть Марк Иванович. Хотя г-н Гозман побывал в Иране в прошлом году на презентации «Тора», и с визой у него проблем не было.

Только на торжественном ужине по случаю удачных стрельб узнаю, что название комплекса «Тор» происходит не от имени скандинавского бога войны, а от термина «баранка». В том смысле, что пусковая установка в центре, а все вокруг представляет собой секторы обстрела. Возможно, это одна из версий, но вот если выстроить в хронологии предыдущие комплексы, можно увидеть некую «геометрическую закономерность» -- раньше комплексы назывались «Круг», «Куб», «Квадрат», а теперь еще и «баранка». Хотя ведь это тоже круг.

Общаясь с оборонщиками, узнаешь много интересного и даже забавного. Жаль, что о многом из услышанного писать нельзя. Разве что эзоповским языком. Вот, например, как иностранным заказчикам присваивают шифры, которые затем идут в многочисленных, в том числе секретных, документах. Возможно, разведки мира бьются над этим, а все очень просто. Одна из стран получила свой шифр по номеру комнаты, где шли переговоры. Как говорят знающие люди, и цифры, означающие регионы на номерах автомобилей, придумали бухгалтеры. Например, московский регион 77 означал номер комнаты с кассой. Часто цифры возникают из соображений секретности. Например, автомобильный номер региона стреляющей машины «Тора» не соответствует астраханской «тридцатке».

Рассказывают, как во время презентации «Тора» в одной мусульманской стране русский механик чрезвычайно крепкого сложения не поладил с местным майором, который испытывал комплекс на ходу. Все хотелось майору «взять» неприступный бархан, к тому же нажимал он на кнопки, на которые нажимать инструкцией в этой ситуации категорически запрещалось. Потом в объяснительной записке механик написал примерно так: «...И майор почему-то оказался на песке». Сделка едва не была сорвана.

На этот раз сделок не было. Но уверенный шаг к ним, несомненно, сделан.