По сообщению пресс-службы IAI, выполнение контракта — самой крупной сделки по передаче России западных военных технологий со времен окончания Второй мировой и ленд-лиза — начнет выполняться в следующем году. Срок действия соглашения — 3 года, причем «Оборонпром» должен будет выплатить авансом 280 млн долл., а остальные 120 млн — по ходу выполнения работ. После подписания стороны высказались о том, что передача современных технологий очень укрепит сотрудничество двух ВПК, а также межгосударственные отношения.

IAI гордо опубликовала на официальном сайте фотографии с Христенко во время подписания контракта, хотя его визит не афишировался. Но определенные меры совместного информационного прикрытия были предприняты: в Израиле и в Москве стали утверждать, что БПЛА, мол, будут собирать для «гражданских экологов», для МВД и ФСБ, но не для Минобороны. Поскольку разведывательные БПЛА не несут никакого вооружения, их при желании можно всегда числить «гражданскими» и даже использовать для наблюдения за лесными пожарами. Но сделку с IAI пробивали не экологи с МВД, а руководство Минобороны, которому нужно позарез много беспилотных аппаратов для корректировки огня, оперативной и тактической разведки. И вообще, когда израильтяне помогут наладить серийное производство БПЛА, их дальнейшее использование будет внутренним делом РФ.

По словам главкома ВДВ Владимира Шаманова, в августе 2008-го над его войсками в Абхазии, которые готовились двинуться в Западную Грузию, постоянно висели БПЛА израильского производства, и сбить их не получалось. Грузины за два дня точно узнали, что готовится вторжение на втором после Южной Осетии фронте, и успели попрятать большую часть своего тяжелого оружия и увести войска. Российские генералы действовали без современных средств разведки и часто вслепую наносили удары в пустоту. Уже через несколько месяцев после войны ныне первый замминистра обороны Владимир Поповкин (ответственный за перевооружение) отправился в Израиль во главе военной делегации за БПЛА.

Переговоры шли трудно и долго. Израиль опасался передавать России новейшие технологии, и в Пентагоне высказывали сомнения. Пришлось сначала закупить у IAI, вроде как для испытаний, несколько партий различных БПЛА (до 50 штук), заплатив от 150 до 200 млн долл. Пришлось фактически отказаться от экспорта оружия в Иран и согласиться вернуть аванс  166,8 млн долл. за зенитный комплекс С-300, о чем недавно объявил Чемезов.

Общие расходы на совместную с IAI программу промышленной сборки БПЛА в России уверенно приближаются к млрд долл., но делать нечего — отечественные, по словам Поповкина, не могут сравниться с израильскими «ни по одному из параметров». Единственный принятый на вооружение отечественный БПЛА «Типчак», изготовленный концерном «Вега», летает недалеко (40 км) и низко в зоне поражения стрелкового оружия. Стоит он дорого, и картинку видеокамера выдает смазанную, а мотор трещит, как газонокосилка. В августе 2008-го, утверждает Поповкин, один «Типчак» своим грохотом сразу испугал и российских, и грузинских солдат, которые его дружно обстреляли. Говорят, именно «Типчак» в Гори привел в панику самого Михаила Саакашвили и его охрану, которая кинулась закрывать шефа телами. Могли решить, что летит целая аэромобильная штурмовая бригада на вертолетах.

Главком ВВС Александр Зелин вполне поддерживает Поповкина, но министр обороны Анатолий Сердюков высказался более дипломатично, что если оборонка будет в состоянии производить пригодные БПЛА, «то, пожалуйста, мы готовы их закупать». Совсем недавно гендиректор «Веги» Владимир Верба обещал скорый научно-технический прорыв и ликвидацию отставания от Запада в три года. Впрочем, если израильтяне помогут, может, и будет обещанный прорыв.

БПЛА в России пытаются делать многие, но выходит плохо, поскольку не из чего: нет нужных двигателей со слабым тепловым излучением, композитных радиопрозрачных материалов, современных наземных систем управления и обработки данных. Продолжать мастерить БПЛА из советских остатков или из коммерческих западных комплектов для авиамоделирования бесперспективно, и помощь IAI нужна срочно. А все заявления о будущем, совершенно самостоятельном, производстве БПЛА были, похоже, нужны прежде всего для давления на Израиль, чтобы тот побыстрее подписал контракт.

«Мистраль» не так нужен, как БПЛА, но и его купят. Такова теперь генеральная линия. Объявлено, что госрасходы на закупку нового оружия будут стремительно расти: с 380 млрд руб. в 2010-м до 980 млрд в 2013-м. Расходы на разработку новой техники (НИОКР) будут расти много медленней: от 107 млрд руб. в 2010-м до 186 млрд в 2013-м, а их доля в общем оборонном закупочном бюджете снизится с 22 до 16 процентов. Из цифр явно следует, что запланированное ускоренное перевооружение будет в значительной мере опираться на иностранные НИОКРы. Все точно так же, как в реформе автопрома.