Во время своего визита в Мумбай президент США Барак Обама заявил о возможности отмены всех ограничений на экспорт в Индию продукции и технологий двойного назначения. Сообщение, тщательно обернутое в предназначенные для внутриамериканского употребления разговоры об аутсорсинге в IT-индустрии, несет в себе важное указание на интенсификацию американо-индийских контактов в военно-технической сфере, до того имевших крайне ограниченный характер, особенно на фоне прежних советских и европейских успехов, а также нынешнего российского присутствия.

ВЗАИМНАЯ ЗАИНТЕРЕСОВАННОСТЬ

Многие аналитики связывают активизацию США на индийском направлении, помимо целого ряда чисто экономических вопросов, с задачей глобального противостояния гегемонии Китая в Азии и на Тихом океане. Дели в этом смысле - перспективный партнер.

Пекин уже довольно давно руководствуется в регионе Индийского океана стратегией, носящей поэтическое название «нитка жемчуга». Ее суть в опоясывании зоны влияния Индии цепочкой надежных союзников, а в идеале - и военных объектов. Последние шаги Поднебесной в ходе реализации этой стратегии - расширение присутствия в пакистанском Кашмире и строительство там транспортной инфраструктуры к западному Китаю, а также создание военно-морской базы в Гвадаре. КНР планирует заодно развернуть свою станцию слежения на Мальдивах (судя по ряду сообщений, там может появиться и порт, способный принимать атомные лодки с баллистическими ракетами), возводит станции электронной разведки и создает элементы портовой инфраструктуры в Бирме и Шри-Ланке. Страны же Восточной Африки (традиционные экономические партнеры Дели) уже испытывают определенное давление со стороны китайского капитала.

В данных условиях Вашингтон ведет себя, как опытный рыбак, аккуратно подсекающий клюющую рыбу. Индия совершенно не собирается становиться ключевым элементом «антикитайского фронта», чьи контуры в последнее время все отчетливее выступают на картах Южной Азии и Азиатско-Тихоокеанского региона в результате череды встреч, сделок и контактов высокопоставленных чиновников Госдепа. Однако Дели не может игнорировать медленное и методичное продвижение Поднебесной в своих жизненно важных сферах влияния, и идея использовать для противодействия этому наступлению американский рычаг выглядит крайне привлекательно. Чему вдобавок способствуют резко ухудшившиеся отношения США с традиционным союзником Вашингтона - Пакистаном, который, кстати, входит и в число близких друзей Пекина.

Общий объем сделок, заключенных в ходе визита президента Обамы, достиг 10 миллиардов долларов. Их основу составляют соглашения по поставкам в Индию самолетов гражданской и военно-транспортной авиации производства корпорации «Боинг». По первому пункту закупается 33 пассажирских «Боинга-737». По второму - 10 транспортников C-17 Globemaster III с перспективой приобретения еще 6 машин. Есть и довольно интересный контракт на 800 миллионов долларов, по которому Индия получит более сотни новейших турбореактивных двигателей F141 компании «Дженерал электрик» (они устанавливаются на истребители F/A-18E/F Super Hornet).

Американцы проявляют активность и на ряде других направлений сотрудничества с Дели, традиционно связанных с технологиями «двойного назначения». Так, Группа ядерных поставщиков дала разрешение на трансфер в Индию ядерных материалов и технологий, что открыло фантастический по емкости рынок строительства АЭС. Изрядную долю на этом рынке, помимо российского Росатома и французской AREVA, намерены занять японо-американские альянсы GE-Hitachi и Toshiba-Westinghouse. Насколько можно судить, военно-техническое сближение Дели и Вашингтона, неизбежное по целому ряду причин, ускорилось и благодаря решению допустить индийцев к передовым достижениям в области ядерно-топливного цикла в обмен на преференции американским подрядчикам.

ПОДОПЛЕКА ПРИСТУПА ДРУЖБЫ

Впереди у военного ведомства Индии маячит весьма ответственная задача. Третий год решается судьба тендера на многоцелевой тактический истребитель для ВВС страны (программа MMRCA - Medium Multi-Role Combat Aircraft), в ходе которого предстоит найти замену устаревшим МиГ-21. Несколько сотен этих машин еще остаются на вооружении индийской авиации. Согласно действующему постановлению правительства по конкурсу должно быть закуплено 126 современных самолетов, которые закроют потребность в многофункциональном фронтовом истребителе. Это крупнейший контракт на поставку истребителей в мире за последние 20 лет, и внимание ему оказывается повышенное.

На столь лакомый кусок претендуют сразу несколько авиапроизводителей. Во-первых, французский концерн «Дассо», пытавшийся было протолкнуть в Индию Mirage 2000-5, а когда не вышло - Rafale (на его невеликие шансы также прозрачно намекнули индийские военные, но «Дассо» отличается некоторой долей здорового упрямства в подобных вопросах). Во-вторых, не менее дежурный участник таких конкурсов - шведский «Сааб» с JAS-39 Gripen NG/IN, который славен в основном пока только тем, что успешно заменил в Чехии и Венгрии советские МиГ-29 ранних модификаций. И, наконец, основные претенденты: Россия с МиГ-35, общеевропейский EADS с Eurofighter Typhoon и США, от которых «Локхид» предлагает F-16 Block 70, а «Боинг» - тот самый F/A-18E/F Super Hornet, чьи двигатели Индия только что закупила.

В последнее время американская сторона регулярно «окучивает» Минобороны Индии по вопросу присоединения к программе JSF и закупке перспективных истребителей F-35, однако понимания не встречает - проект «дешевого» самолета пятого поколения становится все дороже, а сроки операционной готовности первых машин вновь отодвигаются.

С ОПОРОЙ НА СОБСТВЕННЫЕ СИЛЫ

Обещания Обамы о технологическом трансфере легли на благодатную почву. Индия уже не первый год строит свою стратегию военно-технического сотрудничества «по китайскому образцу»: жестко и последовательно снижает объемы закупаемой военной техники, предпочитая развертывать лицензионное производство, а также развивать собственную промышленность с опорой на импортируемые технологии.

Эта линия была выбрана еще во времена правления Индиры Ганди. Началось все с выпуска истребителей МиГ-21ФЛ, стартовавшего в 1966 году. А уже к концу 80-х СССР запустил в Индии промышленные мощности для сборки танков Т-72М1 и истребителей-бомбардировщиков МиГ-27МЛ. Подобные схемы применялись и в отношении западных партнеров Дели: в разные годы индийцы изготавливали по лицензии франко-британские истребители-бомбардировщики SEPECAT Jaguar, германские транспортные самолеты Do.228 фирмы «Дорнье», французские вертолеты и целый ряд образцов стрелкового оружия.

Сейчас индийские заводы точно так же собирают истребители Су-30МКИ и передают своей армии первые партии танков Т-90С. И тут имеет место не только «отверточная сборка». Уровень производства идет вниз по ключевым элементам технологической цепочки: например, с 2007 года в Индии собирают двигатели РД-33 для семейства истребителей МиГ-29, к которым относится и уже упоминавшийся МиГ-35. Можно с некоторой осторожностью предположить, что вскоре мы увидим начало совершенно легального изготовления индийской версии тех реактивных двигателей F141, которые сегодня Соединенные Штаты намерены поставлять в Индию «в коробке». Ведь для конкурса MMRCA выбрано требование довести количество заказов, размещаемых на индийских предприятиях, до 50% (обычно этот показатель не превышал 30%).

КАК ВЗЯТЬ СВОЕ?

В этих условиях российский ОПК старается «выкручиваться», переходя от столь желанных поставок готовой продукции (а учитывая финансовые возможности Дели, счет тут потенциально может идти на десятки миллиардов долларов) к инжиниринговым, сервисным и ремонтным услугам, поставкам комплектующих и запчастей, а также консультациям по развертыванию новых военных производств в Индии.

Очень многие эксперты указывают на то, что цепочка «лицензионная сборка - трансфер технологий» порочна, так как в конце концов поставщик своими руками создает потенциальному клиенту высокоразвитую оборонную индустрию, которая сделает закупки оружия ненужными. Подобный сюжет сейчас развивается и в военно-техническом сотрудничестве России с Китаем: тот активно пытается перенести основной акцент на проведение совместных НИОКР (фактически на усиление изъятия передовых российских технологий на нужды ОПК Поднебесной).

Однако, с одной стороны, выбор здесь невелик: если ты хочешь присутствовать на одном из самых емких оружейных рынков в мире, тебе придется играть по местным правилам. Или найти другого столь же щедрого клиента, что маловероятно. С другой стороны, следует учитывать и далеко не самое богатое военно-промышленное лобби России, на уровне конечных исполнителей заинтересованное в сохранении финансового потока (пусть даже краткосрочного) от плотных международных контактов хотя бы и в форме консультаций и передачи технологий.

В этой логике придется искать компромисс. К примеру, локализация части производства ключевых комплектующих (в частности двигателей РД-33), подходящих для российских МиГ-35, которые претендуют на победу в конкурсе по многоцелевому истребителю, во-первых, может помочь загрузить отечественные предприятия потенциально крупнейшим экспортным заказом на боевую авиатехнику, а во-вторых, отвечает внутренней задаче развития индийской оборонной промышленности и интенсификации технологического трансфера.

По-видимому, именно поиск подобных точек сотрудничества и является самым продуктивным для России и Индии в условиях, когда Вашингтон заинтересован в Дели как в противовесе Пекину на евразийском пространстве, а снятие санкций открывает рынки Индостана для американских производителей оружия.