Финансовые и количественные показатели ГПВ-2020 еще в стадии финальной доработки, но, как заявил на встрече с президентом в пятницу вице-премьер Сергей Иванов, "это уже в цифрах зафиксировано". Однако он указал на то, что необходимо разработать федеральную целевую программу по реформированию оборонно-промышленного комплекса, направленную на выполнение ГПВ-2020, и запросил на это еще 100 млрд руб. в год, то есть 1 трлн руб. на десять лет. "Тогда у нас полная уверенность и гарантия, что госпрограмма вооружения в объемах и номенклатуре, определенной Минобороны и другими заказчиками МВД, ФСБ, МЧС, будет выполнена",— заявил вице-премьер.
Как заявил ранее президент России Дмитрий Медведев, задача новой госпрограммы вооружения на 2011-2020 годы — "довести ежегодное обновление вооружений и военной техники до 9-11% в год", что позволит к 2020 году поднять долю современных вооружений до 70%. В этой программе уже заложена покупка 1,5 тыс. новых самолетов и вертолетов и 200 систем ПВО. Это будет уже четвертая госпрограмма вооружения за постсоветский период. ГПВ на 1996-2005 годы "забуксовала" уже через год после старта. Уровень оснащения вооруженных сил современными вооружениями и военной техникой снизился к 2000 году до 20%. Следующая программа на 2001-2010 годы также оказалась нежизнеспособной. Она отличалась перекосом в сторону стратегических ядерных сил и предполагала финансирование закупок обычных вооружений по остаточному принципу. Ныне действующая госпрограмма вооружения до 2015 года была утверждена в октябре 2006 года. На ее реализацию было отпущено почти 5 трлн руб. В ее рамках, в частности, запланировано оснащение новой и модернизированной боевой техникой 40 танковых, 97 мотострелковых и 50 десантных батальонов, 5 ракетных бригад (60 оперативно-тактических ракетных комплексов "Искандер"). ВМС должны получить 31 корабль, ВВС — более тысячи самолетов и вертолетов.
Однако пока закупочные партии исчисляются несколькими десятками единиц боевой техники. Массовые закупки, согласно ГПВ-2015, должны начаться в этом году. Как заявил "Ъ" редактор профильного издания Moscow Defense Brief Михаил Барабанов, эту программу уж так переделали и переписали, что говорить о ее выполнении или невыполнении не имеет смысла. В ней, например, изначально не было закупок 48 истребителей Су-35, а тем более французского универсального десантного корабля Mistral, отметил эксперт.
Что касается запрошенных вице-премьером Ивановым дополнительных 100 млрд в год на реформу ОПК, то, по словам Василия Зацепина из лаборатории военной экономики Института экономики переходного периода, "за счет простого увеличения финансирования, что является типичным методом господина Иванова, решить проблему перевооружения нашей армии невозможно". Об этом говорят хотя бы хронические неудачи с испытаниями межконтинентальной баллистической ракеты морского базирования "Булава", а ведь это самый дорогостоящий проект российского оборонно-промышленного комплекса (ОПК). По мнению эксперта, необходимо больше открытости в контроле за расходами на оборонку, больше ответственности контролирующих структур. С другой стороны, считает Михаил Барабанов, с учетом развала российского ОПК, 100 млрд руб. в год — сумма не слишком большая и скорее недостаточная для его реанимации. Эта цифра, по оценке эксперта, лишь констатирует нынешнее катастрофическое состояние ОПК. С ним согласен эксперт Центра анализа стратегий и технологий Андрей Фролов, который отмечает, что госпрограмма вооружения давно стала заложницей весьма ограниченных возможностей российской оборонки, особенно в области высокотехнологичных вооружений.
Как заявил ранее президент России Дмитрий Медведев, задача новой госпрограммы вооружения на 2011-2020 годы — "довести ежегодное обновление вооружений и военной техники до 9-11% в год", что позволит к 2020 году поднять долю современных вооружений до 70%. В этой программе уже заложена покупка 1,5 тыс. новых самолетов и вертолетов и 200 систем ПВО. Это будет уже четвертая госпрограмма вооружения за постсоветский период. ГПВ на 1996-2005 годы "забуксовала" уже через год после старта. Уровень оснащения вооруженных сил современными вооружениями и военной техникой снизился к 2000 году до 20%. Следующая программа на 2001-2010 годы также оказалась нежизнеспособной. Она отличалась перекосом в сторону стратегических ядерных сил и предполагала финансирование закупок обычных вооружений по остаточному принципу. Ныне действующая госпрограмма вооружения до 2015 года была утверждена в октябре 2006 года. На ее реализацию было отпущено почти 5 трлн руб. В ее рамках, в частности, запланировано оснащение новой и модернизированной боевой техникой 40 танковых, 97 мотострелковых и 50 десантных батальонов, 5 ракетных бригад (60 оперативно-тактических ракетных комплексов "Искандер"). ВМС должны получить 31 корабль, ВВС — более тысячи самолетов и вертолетов.
Однако пока закупочные партии исчисляются несколькими десятками единиц боевой техники. Массовые закупки, согласно ГПВ-2015, должны начаться в этом году. Как заявил "Ъ" редактор профильного издания Moscow Defense Brief Михаил Барабанов, эту программу уж так переделали и переписали, что говорить о ее выполнении или невыполнении не имеет смысла. В ней, например, изначально не было закупок 48 истребителей Су-35, а тем более французского универсального десантного корабля Mistral, отметил эксперт.
Что касается запрошенных вице-премьером Ивановым дополнительных 100 млрд в год на реформу ОПК, то, по словам Василия Зацепина из лаборатории военной экономики Института экономики переходного периода, "за счет простого увеличения финансирования, что является типичным методом господина Иванова, решить проблему перевооружения нашей армии невозможно". Об этом говорят хотя бы хронические неудачи с испытаниями межконтинентальной баллистической ракеты морского базирования "Булава", а ведь это самый дорогостоящий проект российского оборонно-промышленного комплекса (ОПК). По мнению эксперта, необходимо больше открытости в контроле за расходами на оборонку, больше ответственности контролирующих структур. С другой стороны, считает Михаил Барабанов, с учетом развала российского ОПК, 100 млрд руб. в год — сумма не слишком большая и скорее недостаточная для его реанимации. Эта цифра, по оценке эксперта, лишь констатирует нынешнее катастрофическое состояние ОПК. С ним согласен эксперт Центра анализа стратегий и технологий Андрей Фролов, который отмечает, что госпрограмма вооружения давно стала заложницей весьма ограниченных возможностей российской оборонки, особенно в области высокотехнологичных вооружений.
комментарии (0):
ЭКСПОРТ НОВОСТЕЙ/RSS