За Израилем не улетели
По словам Поповкина, ни один из российских образцов не выдержал конкуренции с израильскими БПЛА, которые были закуплены в 2009 году для нужд Минобороны. При этом, замминистра заявил, что тактико-техническое задание промышленности было сформулировано достаточно четко.
«Мы не можем просто так сказать предприятию: делай, может что-то получится. Когда ты не можешь что-то сделать, а тебе надо отвечать, и срок подходит, ты начинаешь выдумывать»,— отметил Поповкин, комментируя упреки промышленников о том, что «военные не знают, чего хотят».
Генштаб готово обойтись и без самолетов
Источник в Минобороны сообщил GZT.RU, что военные до сих пор не знают, чего хотят от БПЛА, поскольку до сих пор четко не сформулированы задачи, которые должны решать эти летательные аппараты в армии.
«Это как с нанотехнологиями. Никто не знает, для решения каких конкретных задач они нужны, но все утверждают, что не просто нужны, но и необходимы. Например, для ударных функций, в том числе высокоточных, хватает средств ракетной артиллерии — зачем разрабатывать беспилотник, если уничтожить объект можно „Москитом“, „Гранитом“ (ракетные комплексы корабельного и наземного базирования — GZT.RU)»,— недоумевает представитель военного ведомства.
По его словам, для оперативно-стратегических задач (наблюдение за территорий противника во время планирования боевых операций) достаточно возможностей космической группировки. На тактическом уровне (во время боя) в качестве разведчиков можно использовать устройства, вмонтированные в обычные боеприпасы — это в 14 тысяч раз дешевле, чем создавать летающую платформу, пусковую установку к ней, три грузовика с аппаратурой, которая будет обеспечивать полет и обучать несколько десятков человек команды.
В армейском хозяйстве сгодится все
Представитель Генштаба, пожелавший остаться неназванным, добавил, что сейчас тактико-технический заказ (ТТЗ) на беспилотники формулируется не ради повышения боевых качеств военных подразделений, а чтобы «пристроить» уже имеющиеся у заводов аппараты, разработанные «по наитию».
«Некоторые промышленники даже упрекают нас, что мы хотим того, что нам удобно, а не то, что они способны произвести. Так в этом и задача — найти то решение, которое максимально удобно для применения. Удобно именно нам, военным, а не промышленникам»,— отметил военный.
Он добавил, что курьезная ситуация сложилась с израильскими БПЛА, купленными в 2009 году. «Ну запустили их, ну убедились что летают, но посмотрели на картинку в мониторе. А что с ними делать дальше — никто пока не знает»,— пояснил представитель Генштаба. По его словам, сейчас российская военная промышленность располагает около 50 различных вариантов беспилотников, при этом из-за неясности задач, которые планируется решать с помощью БПЛА, дальнейшая их разработка выглядит бессмысленной.
«Первоначально БПЛА вылетали на сторону противника, проводили фотосъемку, потом совершали посадку, с них снимались фотопленки, проявлялись и использовались в работе. Затем пленку заменили на камеры различных диапазонов — световой, инфракрасный и т.д. Но данные все равно приходилось „снимать“ после возвращения БПЛА. Теперь следующий шаг — передача данных в режиме реального времени. Но что это за данные и как их использовать, никто пока толком не понимает»,— пояснил собеседник GZT.RU.