Вчера агентство Интерфакс сообщило со ссылкой на «высокопоставленного представителя структур в системе военно-технического сотрудничества» России, что связи с Ираном в этой сфере будут свернуты: «Решение Совета Безопасности ООН для любой страны является обязательным для выполнения. Естественно, будет заморожен и контракт на поставки Тегерану зенитных ракетных систем С-300». Директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов заметил, что новые санкции Совбеза не позволят России выполнить контракт на поставку С-300, а также помешают продолжить техническое обслуживание уже поставленных Ирану систем противовоздушной обороны малой дальности «Тор-М1».

Однако вскоре официальный представитель МИД России Андрей Нестеренко сообщил, что средства ПВО, за исключением переносных зенитных ракетных комплексов, «не охватываются регистром ООН по обычным вооружениям, на который содержатся ссылки в резолюции по Ирану». Под вечер это подтвердил глава МИД России Сергей Лавров. А директор Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству Михаил Дмитриев заявил: «С-300 не подпадают под санкции СБ ООН, поэтому в отношении их поставок Ирану Россия никак не связана резолюцией Совбеза, и работа по этому контракту идет... Ограничения, естественно, вводятся, но они касаются только наступательных вооружений».

Пункт 8 новой резолюции Совбеза ООН №1929 запрещает поставку Ирану танков, боевых бронированных машин, крупнокалиберных артиллерийских систем, боевых самолетов, ударных вертолетов, боевых кораблей, ракет и ракетных систем. Системы ПВО в этот список не входят. Однако там же содержится призыв ко всем странам «проявить бдительность и сдержанность» при поставке Ирану «любых других вооружений и сопутствующих материалов».

Иранцы производят своими силами многие виды вооружений, упомянутых в резолюции Совбеза. Но без надежного прикрытия от ударов с воздуха вся эта техника может быть уничтожена в считанные дни. Так уже было в Югославии в 1999 году в ходе натовских бомбежек и в Ираке во время западных ударов в 1991 и 2003 годах. Неудивительно, что США и Израиль настойчиво уговаривают Россию не поставлять Ирану С-300. Сенатор-республиканец от штата Аризона Джон Кайл, известный как решительный оппонент подписанного в апреле российско-американского договора о стратегических вооружениях, уже подверг резолюцию СБ ООН критике за то, что она не запрещает продажу Ирану С-300 и достройку с российским участием АЭС в Бушере. Вчера Сергей Лавров подтвердил, что запуск реактора на станции состоится этим летом в августе.

Тем не менее, пожелавшие остаться неизвестными источники «Времени новостей» в иранских дипломатических кругах уже не сомневаются в сворачивании темпов военно-технического сотрудничества между Москвой и Тегераном. «Контракты в этой области не ограничиваются системами С-300. Иран уже закупал в России истребители МиГ-29 и штурмовики Су-24. На вооружении иранской армии находятся танки российского производства. Ко всей этой технике необходимо регулярно закупать запасные части, производить ремонт», -- заметил собеседник «ВН». Он напомнил, что ежегодный объем военно-технического сотрудничества с Россией даже без учета крупных контрактов достигал миллиарда долларов: «Однако теперь некоторые иранские политики говорят, что надо снижать эти объемы, так как России доверять нельзя. Надо искать других партнеров и развивать собственную военную промышленность».

По данным нашей газеты, в Тегеране болезненно восприняли не только сам факт принятия новых санкций и согласия с ними России, но и форму недавних высказываний высокопоставленных российских чиновников на иранскую тему. Когда в конце мая президент Махмуд Ахмадинежад эмоционально призвал своего российского коллегу «быть осторожнее» и не следовать во всем политике США, на эти высказывания откликнулись советник российского президента Сергей Приходько и министр иностранных дел Сергей Лавров. «По нашему протоколу высказывания президента должен комментировать президент, иначе это воспринимается в Тегеране с недоумением», -- сказали «ВН» источники в иранской столице.

Тем временем в России объясняют, что к иранской проблеме подходят «исключительно прагматично». «При принятии такого рода решений мы все тщательно просчитываем», -- заметил «ВН» высокопоставленный российский дипломат на условиях анонимности. Он напомнил, что ежегодный товарооборот между Россией и Ираном без учета военно-технического сотрудничества едва дотягивает до 3,5 млрд долл., в то время как объем торгового сотрудничества России с США достигает 20 млрд долл. в год.

В министерстве экономики и финансов Ирана нашей газете подтвердили, что Россия не входит в первую десятку основных торговых партнеров этой страны. Как объяснил «ВН» заместитель министра экономики и финансов Ирана Бехруз Алишири, в 2009 году товарооборот составил 1,5 млрд долл., это даже меньше данных российской стороны. При этом годовой объем торговли Ирана с Китаем равен 30 млрд долларов.

Многие эксперты полагают, что Россия не собирается поставлять Ирану С-300 и лишь намерена использовать эту тему как аргумент в торге с Западом. Однако с западными странами появились новые разногласия на эту тему. Вчера Андрей Нестеренко указал, что в некоторых западных странах обсуждается возможность введения в дополнение к санкциям Совбеза собственных мер против Ирана. Он подчеркнул, что «подобные решения, если под них попадут российские юридические и физические лица, чреваты принятием ответных мер».

Несколько лет назад США ввели собственные санкции против компании «Рособоронэкспорт» и еще нескольких наших организаций, обвинив их в нарушении американского закона о противодействии распространению оружия массового поражения и технологий его создания в Сирию, Иран и Северную Корею. Вероятно, это был ответ на поставку в Иран российских систем ПВО «Тор-М1» и на заключение контракта по С-300. Вашингтон отменил санкции досрочно в мае этого года, но сейчас их угроза замаячила вновь.