Об этом сообщил куратор оборонно-промышленного комплекса, зампред правительства Сергей Иванов. Логика подключения к переговорному процессу Сечина в общем-то понятна. Он ведь еще и председатель совета директоров Объединенной судостроительной корпорации. Двойные полномочия чиновника, как надеются эксперты, помогут устранить препятствия на пути к заключению контракта.

Французы вроде бы готовы его подписать. Называется даже примерная цена сделки - 600 миллионов евро за корабль. Но дело упирается в объемы заказа и, главное, место его выполнения. Наши судостроители предлагают следующую схему: первый "Мистраль", доработанный под требования российских военных, французы делают на своих верфях. А еще два-три вертолетоносца по импортным технологиям построят у нас.

Делиться производственными секретами и лишать национальные компании крупного заказа в Париже не торопятся. Тем более когда речь идет о передаче другой стране военных технологий. Российские переговорщики стоят на своем и одновременно поглядывают на голландские и испанские верфи. Там вертолетоносцы тоже собирают и, возможно, будут сговорчивей.

Пока специалисты обсуждают условия контракта, в минобороны уже определили место дислокации будущих кораблей. По словам начальника Генштаба Николая Макарова, больше всего в них нуждается дальневосточная группировка ВМФ России. Если покупка "Мистраля" все же состоится, первый вертолетоносец отправится на Камчатку.

В том, что стороны рано или поздно придут к соглашению, адмиралы, похоже, не сомневаются. Тем более что опыт военно-технологического сотрудничества с Францией у нас уже есть. Долгие годы Россия закупала в этой стране приборы ночного видения для танков Т-90. А недавно с одной из французских фирм был заключен договор о лицензионном производстве такой аппаратуры на нашем заводе. Приобретать на стороне "железо" для своей армии сегодня соглашаются очень немногие страны. Нормальной практикой во всем мире стала оборонная кооперация. Россия здесь не исключение. Достаточно вспомнить, что по нашей лицензии в той же Индии налажено производство танков Т-90 и истребителей Су-30 МКИ. Делясь с зарубежными коллегами своими ноу-хау, Москва вправе рассчитывать на обратный процесс. А на интеллектуальную собственность разработчиков военных технологий никто не покушается.

Приобретая за рубежом готовый продукт или технологии, мы вовсе не отказываемся от развития национального ОПК. Во многих случаях такие контракты преследуют две цели. Первая - закрыть в армии нишу по какому-то образцу вооружения и военной техники, пока ее не готова качественно производить собственная оборонка. Вторая - с помощью высокотехнологичного иностранного продукта наладить выпуск аналогичного, но уже российского. По такому пути наши военные пошли, закупив в Израиле небольшую партию беспилотных летательных аппаратов - БПЛА. Первый замминистра обороны Владимир Поповкин на днях заявил, что новых покупок импортных беспилотников не планируется. Зато получить контракт на производство нескольких сотен БПЛА смогут российские фирмы, проявившие интерес к тендеру, который организует военное ведомство.

Высказался Поповкин и о судьбе морской ракеты "Булава-30". По его словам, ее испытания, скорее всего, возобновят осенью. Причем впервые испытывать хотят сразу три новые ракеты. Сейчас их под строгим контролем военпредов собирают на одном из предприятий ОПК. Тройная проверка должна ответить на главные вопросы: на каком этапе производства и почему происходят сбои.